Сводные телохранители

Осетина Эльвира

Вздохнув, я прошла к кровати и сев на неё, подогнула под себя ноги. Но первая решила задать беспокоящий меня вопрос:

– Почему Адрианс так себя ведет?

– Как именно? – спросил Николас.

– Я, как будто ему не нравлюсь, – пожала я плечами.

– Ну, начнем с того, что Адрианс тебя толком не знает, ты для него новый член стаи, и сейчас он видит в тебе угрозу, потому что ты покусилась на его место.

Я даже рот открыла от растерянности.

– Я не покушалась.

– Это ты так думаешь, – терпеливо продолжил объяснять мужчина. –

А вот он думает иначе. Отсюда и реакция. Кроме того, ты – омега. От тебя пахнет одуряюще. Ты, для нас всех, как ходячий феромон. И Адрианс злиться еще сильнее. Отсюда и его поведение. Он пытается справиться с инстинктами, но у него плохо получается, потому что у него нет от тебя защиты.

– Я не нападаю же на него, – пробормотала я растеряно.

– Твой аромат говорит иначе, – ответил мужчина. – Ты делаешь это инстинктивно. Особенно сейчас, находясь в кругу самцов. Тебе необходимо закрепиться на новой территории, и ты пользуешься оружием, которое у тебя есть.

– Но я не…, – попыталась я опять оправдаться, но Николас улыбнулся одними губами, и продолжил объяснять:

– Твоя мать воспитывала тебя, как обычного человека, поэтому тебе будет очень тяжело, но я буду стараться сглаживать все углы, и в конце концов, надеюсь, что ты сможешь привыкнуть. Во-первых, я научу тебя не агрессировать так сильно, и понять, что мы тебе не враги, мы – твоя стая. Твои – самцы. Наша задача – тебя защищать.

– Я не агрессирую! – с раздражением высказалась я.

– Это инстинкты твоей просыпающейся сущности, Ева, – покачал головой мужчина. – Любая омега себя так ведет на новой незнакомой ей территории. Единственное оружие омеги – это афродизиаки и секс. Таким образом, ты пытаешься нас всех подавить. И с каждым днем всё сильнее и сильнее пахнешь. Но ты должна понять, что тебе не надо нас подавлять. И тогда мы все вместе научимся сосуществовать.

Я в ответ лишь хмыкнула, и почему-то не сдержалась и добавила:

– У меня всё равно нет выхода, теперь я – ваша омега.

Николас повернул голову на бок, словно настоящее животное, и сказал:

– Ты сказала это так, будто для тебя это приговор.

– А разве нет? – зло выпалила я, сама не понимая, почему завожусь, вроде же совершенно спокойная была.

– Нет, – покачал головой Николас. – Это не приговор. Это просто твоя суть и ничего больше.

– Серьезно? Моя суть? – еще больше разозлилась я. – Быть безотказной подстилкой для любого самца – это и есть моя суть?

Последние слова я уже проорала прямо в лицо Николасу, при этом умудрившись спрыгнуть с постели и подойти к нему впритык.

В ответ он резко схватил меня, посадил к себе на руки, и прижал к своей груди.

Я начала вырываться, даже пару раз его стукнула, а поняв, что ничего не получается, рассвирепела еще сильнее, и уже начала орать:

– Отпусти! Отпусти меня, сейчас же!

Но Николас держал и молчал.

Я билась в его железных объятиях очень долго, даже кусала его и царапала, и, кажется, шипела. Пока, не выбившись

из сил, обмякла и расплакалась от бессилия.

Николас же продолжал держать меня на руках, гладил по голове и баюкал, как маленького ребенка. Даже, что-то успокаивающе шептал. И я не заметила, как уснула.

А проснулась уже утром, в своей постели.

Просто открыла глаза, чувствуя себя намного лучше. Сначала я решила, что мне всё приснилось, но затем, когда я увидела, что так и не сняла свой халат, и в нем уснула, то поняла, что нет.

Эта безобразная истерика, что со мной случилась – была правдой.

Боже, вот стыдобище, а….

Но долго посыпать голову пеплом я не стала. Ибо время уже поджимало.

Сделав привычную зарядку, я размяла затекшие мышцы, и пожалела, что давно этого не делала. Мама говорила, что тело надо всегда держать в тонусе, тогда и сознание не будет так сильно шалить.

И вот, расслабилась, и нате – безобразный срыв, за который мне теперь будет стыдно перед мужчиной.

Но, что было, то было. Чего уж теперь…, и я отправилась умываться.

На этот раз, я не стала врываться в ванную и сначала прислушалась к тому, что происходит за дверью. А затем и постучала.

Мне никто не ответил, и вообще, кажется, оба мужчины находились в кухне или гостиной, судя по доносившемуся аромату еды из-за закрытой двери в другом конце коридора, и звукам музыки.

Приоткрыв дверь ванной, через щелочку я убедилась, что никаких сюрпризов не будет, и пошла приводить себя в порядок.

Порадовало то, что следов от вчерашней истерики почти не осталось. А темные круги под глазами – не в счет. Их замажу тоналкой.

Приняла душ, почистила зубы, и улыбнувшись себе в зеркало, я отправилась делать дневной макияж и прическу.

И вновь привычные действия меня успокоили.

А еще очередное видео от любимой «бьюти блогерши».

Своими шутками и иронией над собственной жизнью, она, как и всегда повысила мне настроение на целый день вперед.

Мне нравилось примерять на себя образ Барби. Легкомысленная девушка, в розовом, почему бы и нет?

Завила волосы в крупные локоны, распустила их по плечам, сделала не слишком яркий дневной Барби-макияж в розовом цвете, надела, пастельно розовые обтягивающие короткие брючки, белый топик, белые туфли на высоком каблуке, и взяв белую маленькую сумочку, в которую уместился телефон, зеркальце и помада, отправилась на кухню.

Мужчины уже сидели за столом, и враз повернули головы.

Я увидела на их лицах легкий шок, сменившийся восхищением, и победно улыбнувшись, прошла в кухню и поздоровалась, стараясь не смотреть ни на кого из них, и в то же время на обоих.

Да, сегодня моей ширмой был образ легкомысленной девочки в розово-белом, но это могло спасти меня от серьезных разговоров.

Съев свою порцию бекона с яичницей, запив всё это дело кофе и в который раз порадовавшись, что меня больше не пичкают овсянкой, я посмотрела с готовностью на мужчин.