Сводные сёстры
Шрифт:
— Ах ты мой Тигр, как же я тебя люблю! — Теперь уже она схватила его, прижалась лицом к мохнатой морде и потерлась носом о мокрую «пуговицу». — Хоть ты меня всю и разлохматил!
Девочка спустила пса на пол. Тигр, с бешеной скоростью виляя коротким хвостом, выскочил из комнаты и помчался вниз.
— Эй, они уже здесь! — Нэнси повернулась к Эмили. — Что с твоей прической?
— Скажи всем, что я буду через минуту. — Эмили схватилась за расческу.
— И правда, как пшеничные хлопья, — бросила Нэнси, направляясь к дверям. — Может,
— Ну, спасибо тебе за поддержку, Нэн.
— Всегда рада помочь, — и Нэнси исчезла за дверью.
— Заходите же, проходите! — доносился снизу взволнованный голос матери. — Вы выглядите просто прекрасно. Мы вас так ждали! Нэнси, где Эмили?
— Самолет опоздал, как всегда, — гудел мистер Уолнер.
— Ну ничего. Теперь мы все вместе, и это главное, — захлебывалась мать.
Эмили подошла к лестнице, прислушиваясь к голосам в холле и чувствуя, как колотится сердце.
«Все будет хорошо, — подумала она. — Все будет просто замечательно».
Девочка глубоко вздохнула и побежала вниз, перескакивая через две ступени.
— Привет! — Она хотела обнять Джесси, которая уже почти стянула с себя куртку сливового цвета, но вместо этого обхватила куртку. Обе дружно рассмеялись.
— Все равно привет! — со смехом воскликнула Эмили. — Ты здорово выглядишь!
Джесси была очень хорошенькой. Вес в ней было миниатюрным и изящным, за исключением огромных светло-голубых глаз. Каждый раз, глядя на длинные волнистые волосы золотистого оттенка, красивый высокий лоб и молочно-белую кожу, Эмили вспоминала ангелов со старинных картин, которые она когда-то видела в музее. На Джесси красовался бледно-голубой свитер в тон к глазам и потертым джинсам.
— Спасибо, — ответила она, отдавая куртку отцу. — Ты тоже хорошо выглядишь.
У Джесси был тихий мягкий голос, прекрасно сочетавшийся с ее внешностью. Взгляд девочки упал на волосы Эмили и на секунду задержался на них. Затем она обернулась к миссис Уолнер.
— Здесь так хорошо! Мне так нравится ваш дом! — Она бросилась обнимать мачеху.
Эмили видела, что мать искренне тронута.
— Эй! Не забудьте про Рича, — встряла Нэнси.
— Ну конечно, мы про него не забудем! Как можно забыть про такого красивого юношу! — Миссис Уолнер просто сияла от радости. — Даже если он так по-мужски сдержан и молчалив! — добавила она шутливо.
Рич, такой же белокожий, как и сестра, покраснел, как помидор.
— Нужно же здесь хоть кому-то быть сдержанным, — заметила Нэнси.
Все рассмеялись, кроме Рича — красного, смущенного всеобщим вниманием. Это был худой жилистый парнишка, длинный, как верста, с огромными ступнями. Его белесые волосы торчали во все стороны, словно солома, а на подбородке краснели юношеские прыщики. В белых теннисных тапочках он ужасно напоминал кролика из мультиков.
«Тринадцатилетние подростки такие нескладные», — подумала Эмили. Она с трудом представляла себя в этом возрасте, хотя тринадцать ей было всего
— Что ты читаешь? — спросила она Рича.
Он молча протянул ей книгу в твердой обложке, с которой, похоже, не расставался ни на минуту.
— У этого парня всегда с собой книжка, — мистер Уолнер неодобрительно покачал головой.
— Это Стивен Кинг, — пробормотал Рич так тихо, что Эмили еле расслышала.
— «Кладбище домашних животных». Ты ведь ее читала, Нэнси? — спросила она.
— Я больше не читаю Стивена Кинга, — Нэнси поморщилась.
— Она теперь большая, она теперь вообще ничего не читает, — ехидно заметила Эмили.
Джесси одобрительно рассмеялась.
— Здесь так хорошо. Мне кажется, что мы будем тут счастливы, — мягко сказала она миссис Уолнер.
— Уверена, мы все будем счастливы, — подхватила та.
— Это так здорово — иметь сестру своего возраста, — Джесси повернулась к Эмили. — Мы будем вместе учиться и везде вместе ходить. Ты мне покажешь окрестности. Мы будем вместе готовить. Ты любишь готовить? И мы сможем меняться одеждой и…
— Боюсь, что меняться мы не сможем, — растерянно ответила Эмили. Джесси была гораздо мельче нее.
— Все будет просто замечательно! — Джесси бросилась обнимать Эмили.
— Я испекла пирог и наготовила сэндвичей. Вы, наверное, проголодались с дороги, — засуетилась мать.
— Умираю с голоду, — с готовностью откликнулся мистер Уолнер, обеими руками обхватывая живот. — От ожидания в аэропорту у меня всегда болит желудок.
Сколько она его видела, этот высокий лысеющий мужчина с остатками темных прядей на висках и затылке всегда казался Эмили каким-то не то расстроенным, не то несчастным. Может, у него постоянно болел желудок?
— Прежде чем мы сядем обедать, Джесси и Рич, наверное, захотят подняться наверх — распаковать вещи и осмотреть комнаты, — сказала миссис Уолнер.
— Отличная идея, — согласилась Джесси и потянула на себя огромный чемодан.
— Давай помогу, — Эмили ухватилась за ручку и тут же об этом пожалела. Чемодан невозможно было оторвать от пола.
— Оставь его. Я потом перенесу все вещи наверх, — на ходу успокоил ее мистер Уолнер, направляясь на кухню.
Нэнси уже увела Рича в его комнату, расположенную в самом конце коридора на втором этаже, — очень узкую и тесную. Всего несколько дней назад эта комната была кладовкой.
— Пойдем, Джесси, посмотришь, где мы будем спать, — радостно позвала Эмили.
— Отлично, — откликнулась та, улыбаясь миссис Уолнер. — Мы спустимся через несколько минут, я тоже вдруг проголодалась.
— Я пока все подготовлю, — мать торопливо направилась на кухню следом замужем. — Эй, Хью, подожди есть, оставь что-нибудь детям.
Джесси поднималась за Эмили, скрытые под половиком ступеньки скрипели и прогибались под их ногами.
— Ну, вот и пришли! — Эмили пропустила сводную сестру вперед.