Свободна

Литвин Светла

— Всё? Может, ещё на сигнализацию поставим? — спросила я.

— Тебя? — усмехнулся Слава, ловя возможность обнять меня покрепче.

— Перегибаю палку, да?

— Есть немного.

— Но мне никогда лисьи головы в коробках не присылали! Знаешь, я должна была про это подумать, ведь тот следователь, которому моё дело досталось после Архипова, он с таким ко мне презрением отнёсся, дружок видать его. Это точно он, не понимаю я, почему Кузнецов эту версию не рассматривает, — говорила я, прижимаясь к Купцову.

Чувствовать сейчас защиту было для меня

так важно.

— Да рассматривает, просто он прав. Циклиться на одной версии глупо, может это Карина, ты вроде как её подвинула, — с улыбкой произнёс Купцов.

Слава посмотрел на меня тем самым взглядом, которым смотрят на женщин мужчины, желающие их раздеть и уложить в койку не для сна.

— Та умница? Не закатившая тебе истерику и уличившая тебя в твоей же оплошности? Зачем ей это?

Версия Купцова не выдерживала никакой критики, но меня повеселила, сбавив на полградуса накал того ужаса, что я испытывала, получив в подарок голову лисы.

Бедное животное.

— Нужно спать идти. Утро будет мудреней, да может быть, по пальчикам кого найдут, — верно заметил Купцов, буксируя меня в свою спальню.

Я уже расстилала кровать, когда Слава, взяв из шкафа халат, хотел выйти из комнаты.

— Ты куда?! Я с тобой! — запаниковала я, и к этой панике прибавился страх, что мне никак не остаться было одной.

Ненормально же.

— Я в душ, — осторожно произнёс Купцов, взглянув на меня горящими глазами.

Я пыталась быть спокойной. Очень пыталась, но моя последняя нервная клетка почила ещё когда меня лапал похотливый Архипов и бросив всё, я ринулась за Купцовым.

— Я с тобой, но это ничего не значит! — заявила я.

— Ну спинку хоть потрёшь? А то я со своей рукой толком не могу, — с улыбкой самого дьявола, Купцов приподнял свою руку в гипсе.

Это был его козырь и отсидеться за дверью душевой мне не представлялось возможным.

Чёрт!

— Поможешь с рубашкой? — спросил Слава, едва мы зашли в ванную комнату.

Я посмотрела ему в глаза и не заметила никакого подвоха во взгляде карих глаз. Даже можно было назвать его невинным.

— Все эти дни ты вроде сам неплохо справлялся со своей одеждой, — напомнила я, но всё же пробежалась пальцами по пуговицам на рубашке.

Быстрей бы со всем этим покончить и лечь спать. Утро в объятиях Купцова далось мне сложно, даже начала драить дом, чтобы отвлечься. А стоя со Славой рядом, в не такой уж и большой ванной, когда ему предстояло раздеться, я стала забывать про голову лисы в коробке.

— Шесть лет без секса, будет сложно устоять...

— Шесть лет?! — оглушил меня Купцов, выбив почву из-под ног.

— Я что? Я это вслух сказала? — зажмурившись, спросила я, прикрывая рот ладонью.

Вот бы мне провалиться под землю!

Кровь прилила к лицу опалив его жаром, я стала цвета пожарной машины.

— Купцова! Да иди ты к чёрту! Ко мне то есть! — Слава притянул меня к себе, а затем своей одной здоровой рукой подсадил на столик, накрыв губы поцелуем.

— Нет, Слава! Не надо! — выпалила

я, пытаясь отпрянуть упираясь в его плечи.

В голове метались идиотские мысли о том, как я могла ляпнуть подобное признание вслух, что за наваждение. Но и их постепенно смёл неумолимый напор Купцова, от его близости я уже не могла сдерживаться.

— Нет? — уточнил Слава, его губы замерли в считаных миллиметрах от моих.

И я точно знала, что не могу сказать нет. Задыхаясь, я ответила ему на поцелуй, обхватывая мужскую шею, потому что очевидно уже не могла сопротивляться своим желаниям. Все мои границы были подорваны ещё в загсе при том фиктивном, а на самом деле настоящем поцелуе.

Пока язык Купцова переплетался с моим, по телу разносилось давно позабытое наслаждение, даже от столь малого я буквально дрожала в нетерпении. Уже и непонятно было, кто на кого набросился, я обняла Славу ногами, прижимаясь ближе. Одной здоровой рукой он умудрялся огладить всё моё тело, а я топила пальцы в его волосах, прижимая к себе.

— Шесть лет, — пыхтел в губы Купцов, кусая при поцелуе, явно злясь на меня.

— Молчи, прошу, — шепнула я, почти всхлипывая от захлестнувшись чувств.

Самой было страшно вдуматься сколько было потеряно и каких дел я натворила.

Не могла себе позволить мыслей, способных заставить меня всё прервать, а его слова подбивали на это. К счастью, Слава меня услышал, ни слова больше не проронив оборвал пуговицы на платье, я потянулась к его штанам. Всё случилось мгновенно, казалось, только зашли в ванную и вот с моих губ уже сорвался стон, и мы одно целое.

Снова...

Болезненное и жгучее наслаждение наполнило моё тело с такой силой, что из глаз покатились слёзы. Слава вцепился в моё бедро, притягивая к себе, грубыми толчками, а губами по шее так нежно.

Те чувства что накрыли не передать, никак не описать. Словно падение, когда земля из-под ног ушла и не знаешь в какую пропасть летишь, а падать в эту бездну так сладко, но только сам полёт, а ведь за ним будет и дно...

Сорваться было легко, а вот как вернуть всё на место? Уткнувшись лицом в шею Купцова, я не могла ослабить объятий. Просто боялась, как последняя трусиха встретиться с ним взглядом. Его вопросов боялась. Я готова была к чему угодно, но не к словам Славы после случившегося и после моего глупо вырвавшегося признания.

— Чёрт, с этой рукой, так не вовремя сломалась, — сокрушался Слава, и похоже сам не желал от меня отлипать.

Набравшись храбрости, я всё же первая выпрямилась, отпустив Купцова.

— Разве переломы бывают вовремя? — спросила его, глядя в глаза, а сама замерла в ожидании вопросов.

— Ну знаешь, могло бы и попозже случиться, с одной рукой мне будет сложновато наверстать, — усмехнулся Купцов, мягко спуская меня на пол.

За его словами последовал мягкий поцелуй, Слава так и подвёл меня к душевой, увлекая за собой в кабину. Я скинула платье и бросила на пол за дверцей, прижимаясь к голому... мужу.