Свиток дракона

1. Территория суда и губернаторская резиденция

2. Казенная гостиница

3. Большие Северные ворота

4. Монастырь Четырехкратной Мудрости

5. Тюрьма

6. Префектура

7. Особняк Татибаны

8. Синтоистский храм

9. Школа боевых искусств

10. Рынок

11. Харчевня

12. Арам богини Каннон

13. Креветочная харчевня

14. Большие

Южные ворота

15. Жилище Жасмин

16. Жилище Xидэсато

17. «Нищенский» пустырь

18. Военный гарнизон

(фамилия предшествует имени)

Сугавара Акитада — дворянин лет двадцати пяти, мелкий государственный служащий, направленный с особым поручением в провинцию Кацуза

Сэймэй — потомственный вассал семьи Сугавара и верный спутник Акитады

Тора — беглый солдат, поступивший на службу к Акитаде

Фудзивара Мотосукэ — губернатор провинции Кацуза, кузен Косэхиры

Секретарь Акинобу — помощник и правая рука Мотосукэ

Капитан Юкинари — начальник местного гарнизона

Префект Икэда — должностное лицо, надзирающее за порядком; подчиненный Мотосукэ

Князь Татибана — бывший губернатор провинции, отошедший на покой

Госпожа Татибана — его молодая жена

Учитель Дзото — настоятель монастыря Четырехкратной Мудрости

Кукай — помощник настоятеля Дзото

Хигэкуро — калека-борец, учитель боевых искусств

Аяко — его старшая дочь, ставшая вслед за отцом мастером боевых искусств

Отоми — его младшая дочь, глухонемая художница Крыса — уличный попрошайка Хидэсото — безработный солдат

Фудзиваре Косэхира — столичный дворянин, лучший друг Акитады

Такасина Тасуку — столичный друг Акитады

Госпожа Асагао — фрейлина императрицы

Минамото Ютака — начальник Управления по государственному надзору

Сога Йетада — министр юстиции

Сато, Сёму, Дзюндзиро — слуги в доме Татибаны

Шрам, Юси, Юбэй — уличные головорезы

Жасмин — уличная девка

Дзисаи — лоточник

Сэйфу — торговец шелком

(А также монахи, солдаты, горожане)

Хэйан-Ке (Киото)

Месяц желтеющей листвы (сентябрь) 1014 года

Наблюдателей в ту ночь в саду было двое. Один, пожилых лет, чуть нагнувшись вперед, прислушивался к легким шагам по тропинке, ведущей от крошечного павильона на задворках.

Молодая женщина возвращалась. Возвращалась одна!

Он залюбовался на мгновение тончайшим переливчатым шелком и сиянием золота в ее волосах. Лунный свет скрадывали кроны деревьев, к тому же к старости он ослаб глазами, поэтому не сразу заметил, что она плачет. У ворот женщина споткнулась; тонкая, выставленная вперед рука нащупывала путь. На пороге она оглянулась в сторону павильона, потом выскользнула на улицу и скрылась.

Старик улыбнулся беззубым ртом. Влюбленные поссорились. Хозяин его был на редкость красив. Неудивительно, что ему удалось покорить сердце столь знатной дамы, чьи роскошные наряды и золотые украшения в волосах недоступны простым смертным.

Он был доволен. Жизнь его в последнее время ограничивалась узкой полоской сада, обозреваемой с веранды, да тайными усладами сильных мира сего — витиеватым размышлениям об этих чужих страстях он одиноко предавался долгие и долгие часы. Мысленно он уже заглядывал вперед, думая о новых ночных забавах. Удовлетворенно вздохнув, старик заковылял к постели.

Второй соглядатай тоже был доволен. Крадучись, он проследил за парочкой до самого ее потайного гнездышка. Его зоркий глаз тоже заметил блеск золотых украшений в волосах дамы, когда та проскользнула мимо него на улицу. Какая неожиданная удача! Он и не надеялся, что она пойдет обратно так скоро, да к тому же в одиночестве. И последовал за ней.

Дама торопилась — почти бежала по пустынным улицам. Еще никогда она не ходила одна этой дорогой, как, впрочем, и другими. Обычно передвигалась в повозке или в паланкине — и всегда с провожатыми, — но сегодня совсем другой случай. Прежде, когда они ходили по этой дороге вместе, она всегда пряталась за вуалью и позволяла мужчине вести себя. Теперь же беспокойно оглядывалась по сторонам в поисках знакомых вешек.

Пару раз она свернула не туда, а однажды ей послышались шаги за спиной. Она подумала, что это ее возлюбленный, и обернулась, но никого не увидела. Дома вокруг по большей части были полуразрушены и пустовали. Остальные же прятались в гуще зарослей с наглухо закрытыми от незваных гостей воротами.

Походка ее стала неуверенной. В лунном свете серебрились дорожки слез на щеках. Эти встречи в уединенном павильоне были облечены ужасной тайной. Все теряло смысл перед их страстью. Она всей душой стремилась предаться в руки возлюбленного, и вот теперь совсем одна и в полном отчаянии…

Улицы были пустынны, но в окрестных зарослях сумрачные тени беззвучно двигались в поисках добычи. Где-то пискнула и метнулась прочь мелкая зверушка. Подобрав длинный волочащийся подол, она снова пустилась бежать, воображая, как по пятам гонятся голодные тигры и демоны с окровавленными клыками. Причудливые тени выступали из темноты запущенных садов, с ветвей доносились зловещие звуки. Какая-то ночная птица, взметнувшись, коснулась крылом ее шеи, и она в ужасе вскрикнула, моля о помощи милосердную Канон. [1]