Свидание у карусели
Шрифт:
Как бы размышляя вслух, он спросил:
– Жюльен рассказывал вам о своих родителях?
– Я же сказал, что нет. Может быть, всего один раз, поначалу, по я не помню, что именно. Он, знаете ли, не разговорчив был и помимо работы не очень-то с нами общался. По двум причинам: мы – старые и мы – хозяева.
– Что не мешало ему исправно трудиться и быть любезным с нами, – вставила Мари Сенешаль, желая смягчить слишком категоричные, по ее мнению, слова мужа.
Прежде чем вернуться в Йер, комиссар захотел еще раз осмотреть фургон, где жил Жюльен. Полиция уже взяла его на прицеп.
– Вам вернут
На выходе под ноги ему попалась книга карманного формата. Комиссар поднял ее, полистал и с удивлением обнаружил, что это стихи Рембо. Из книги выпали две стандартные фотокарточки. С них глядели два милых, юных девичьих личика.
Жардэ еще раз перечитал оба протокола о вскрытии, подготовленные доктором Перле с разрывом в несколько часов. В них. излагалась печальная очевидность фактов, облеченных в слова и формулировки. Стандартные фразы – жалкий ритуал! Бертран Абади и Жюльен Комбрэ были убиты одинаковым способом и, возможно, одним и тем же орудием. В первом случае пробит затылок, в другом – висок. Убийца не бросался на свои жертвы, ему достаточно было нанести всего лишь один удар.
На лбу у Жардэ заблестели капли пота – несмотря на все потуги вентилятора разогнать воздух, в комнате стояла удушливая жара. Когда вошел Бакконье, комиссар раздраженно бросил на стол протоколы вскрытия.
– Пройдемся еще раз, – сказал он. – Экспертиза считает, что смерть Бертрана Абади наступила между семью и восемью часами утра. Это совпадает с показаниями инженера со стройки Венсана Лардье. В желудке ничего не обнаружено, и Лардье тоже подтвердил, что Абади не завтракал. Смерть Жюльена Комбрэ наступила между половиной двенадцатого и полночью. Это означает, что он был убит вскоре после того, как мы с сыном пошли по его следу. На сей раз в крови – сильная доза алкоголя. И более того, мне кажется, хотя полицейскому и не должно «казаться», что обе жертвы были убиты в одном секторе, если не в том же самом месте.
– Но ведь тело одного из них было найдено в реке, а другого – на стоянке возле Луна-парка, в десяти километрах.
– Это наверняка инсценировка, хотя и скверная. В обоих случаях убийца хотел поскорее избавиться от жертвы, причем – и это однозначно – сделал это по месту их работы.
– Ваше заключение?
– Никаких заключений, всего лишь размышления вслух. Оба убийства связаны, это очевидно. И даже более того – второе, возможно, является следствием первого. Вы вызвали Венсана Лардье?
– Да, он ждет уже несколько минут в приемной.
– Пригласите.
В облике вошедшего комиссар уловил нечто большее, чем подавленность – огромную печаль и усталость. По всему было видно, что молодой инженер трудно перенес шок, вызванный смертью друга.
– Господин Лардье, я попросил вас зайти к нам, чтобы попытаться вместе прояснить некоторые детали, касающиеся убийства. Первый вопрос: уверены ли вы, что место, куда Абади отправился утром в день своей смерти, находится в долине Верпо?
– Вечером 13 июля он вышел из дома, чтобы поехать в Кро, на праздник и, следовательно, не покидал долину. Девушка, которую, по его рассказу, он провожал, сошла между Кро и нашим домом.
– Вы разговаривали об этом в тот вечер, когда он рано, по вашим словам, вернулся домой?
– Нет.
– Откуда вам известно, что он провел ночь дома и ушел спозаранку?
– У нас одна «меари» на двоих, вы знаете, так вот, накануне мне пришлось взять машину со стройки, чтобы ехать в аэропорт. Вернувшись, я нашел «меари» на прежнем месте у дома. А на следующее утро машины у дома не было. По все это я вам уже рассказывал, – сказал Лардье севшим голосом.
– Эксперты обшарили всю вашу «меари». У меня есть точный рапорт. Никаких следов крови внутри, что мало удивляет меня, и ни одного отпечатка пальцев на руле. Значит, руль тщательно вытерт, скорее всего тем, кто доставил труп к реке. Дальше же все усложняется. Зачем понадобилась эта неумелая инсценировка, если прямо-таки бросается в глаза, что ваш друг не был убит там, где найдено его тело? К чему этот риск – перевозить труп в другое место?
– Я тоже поначалу так рассуждал. Но потом понял, что в этом был, видимо, свой расчет.
– Но ведь рабочие стройки могли случайно увидеть то, что происходило…
– Не обязательно. Бригада до конца недели работает по ту сторону строящегося моста, там, где Верпо как раз делает большой поворот. Оттуда не видно места, где было брошено тело Бертрана.
– А не думаете ли вы, что кто-то из вашей бригады?..
– Мог убить Бертрана? С какой стати? У него не было врагов и потом, если бы его хотел убить кто-то со стройки, проще было бы устроить «несчастный случай на производстве» или симулировать таковой.
Жардэ обтер лицо носовым платком и распустил узел галстука.
– Прошу прощения, – сказал он. – Жуткая жара.
Он поискал нужную папку в груде бумаг, положил ее на стол, прижав рукой, но не раскрыл.
– Хочу еще раз обратиться к вашей памяти. Описывал ли вам Абади девушку, с которой познакомился на празднике в Кро? Знаю, что этот вопрос я уже задавал, но прошу сделать усилие, это важно. Малейшая деталь…
– Нет. Он говорил о ней восторженно, повторял, что девушка красивая, странная, не похожая на современных девиц. И это все. Знаете ли, Бертран часто увлекался разными девушками, и каждый раз находил их исключительными. Увлечения его прогорали как солома. Честно говоря, я никогда не придавал значения этим рассказам. Кто мог предвидеть…
Его голос дрогнул, и несколько секунд собеседники молчали. Затем Жардэ открыл папку, вынул две фотографии, найденные в фургоне Жюльена Комбрэ, и протянул их Венсану.
– Вы видели когда-нибудь этих девушек?
– Среди них есть та, что Бертран встретил в Кро?
– Не знаю. Но снова спрашиваю вас: «Вы знаете их?»
– Нет.
Сказав это, Венсан тем не менее внимательно посмотрел фотографии.
– Никогда не встречал, – подтвердил он. – Кроме того, сии ни слишком красивые, ни особенно загадочные. Правда, на такой фотографии красоту не передашь…