Сверхигра
Шрифт:
– Я тоже не Василиса Прекрасная, хоть и ночевала сегодня с Иваном-царевичем. Будь по-твоему, назовем его компакт-диском. Какие предложения?
– Поездка в Зону, других вариантов нет. В «GSC» и «4A Games» делать больше нечего, – пожал я плечами. – Ты как?
– Увы, пас, – пожала она плечами в ответ. – Я и сегодня официально на больничном, а если отлучусь еще раз в ближайший месяц, то начальство само отправит меня в параллельную безработную реальность – с «Дошираком» и видом на Южное Бутово. Пока не хочется, спасибо. Езжайте лучше вы с Татьяной, телерепортеру полезно будет выехать в регионы. Тем более ты ей нравишься, – неожиданно добавила она. – Мне кажется, ваша совместная поездка будет более продуктивной, ведь
– А кто ты?
– А я свою задачу уже выполнила, – ушла от ответа Олеся. – Пусть теперь блондинко трудится. У нее сиськи даже больше, чем у меня.
Немного помолчали, наблюдая за уличной суетой. В Киеве уже слегка подморозило, и машины катились по асфальту осторожно, боясь сыграть «в паровозик». Пешеходы воспользовались заминкой извечных супостатов и бесстрашно бросались под колеса.
– Как думаешь, Разбор здесь возможен? – первой спросила Олеся после долгой паузы.
– Мне кажется, для этого даже не надо привозить сюда игру. Читая новости, можно прийти к выводу, что Разбор на Украине идет уже несколько последних лет. По крайней мере, драки в Верховной раде можно смотреть на «ютубе» чаще, чем бои боксеров-профессионалов. Сейчас туда, кстати, Виталия Кличко выбрали. Лично я жду новых красивых нокаутов и поножовщины в прямом эфире.
– А как по-украински будет «Разбор»? Опять какой-нибудь смешной «нацуцурник»?
– Нет, ничего необычного. «Незалежний Розбiр» и перестрелка на Майдане.
Я рассчитался за кофе.
– Надо обдумать планы. Что ты намерен предпринять? – спросила Олеся, вставая.
– Свяжусь с Александром Сиротой и постараюсь уговорить его на индивидуальную поездку. Я писал о нем в чернобыльском путеводителе, вот и будет повод познакомиться поближе, в индивидуальном порядке, так сказать. Думаю, не откажет. Вот только как объяснить ему цель… Боюсь, узнав о поисках Аладдина, пошлет он меня в прекрасные эротические дали. Ну, да ладно, диск при мне, объяснить все можно наглядно, а твои чары, надеюсь, подействуют на господина сталкера. Настоящего сталкера.
– Хорошо, я пойду гулять по городу, а ты звони, как договоришься. Ни разу не была в Киеве, хотя столько слышала о нем. Подъеду сама по нужному адресу. Где тут можно купить карту?
Мы расстались.
В ноябре Киев не так прекрасен, как весной-летом, когда могучие деревья на бульваре Гоголя смыкают кроны, кафешки по-европейски выносят столики на тротуары, а столичные цыпочки резко укорачивают длину и без того куцых юбок. Такое количество красавиц на один квадратный километр мне доводилось видеть только в Дамаске, Каракасе, Владивостоке и Бейруте. Сейчас они укутались в свои бесформенные куртки и сапоги-ботфорты до колен, а деревья, напротив, оголились до предела, поэтому прогулку было решено отложить до более теплых времен.
Договориться с Александром не составило труда. Набрав телефон «Припять. ком» и назвав свое имя, я уже через пару минут записывал на листочке адрес и мобильный телефон его бессменного руководителя. Договорились встретиться к четырем часам пополудни. Олеся ответила на это сообщение, что занята походом в Киево-Печерскую лавру и приедет чуть попозже. Неуловимый террорист, любительница истории, заядлый игрок и наездница – широта ее интересов все больше и больше меня поражала. Когда только люди успевают работать?
Офис припятской организации находился в киевской тьмутаракани, в глубине спального микрорайона, окружившего станцию «Харькивська». Блуждая по широченным безликим проспектам, с улицы Ревуцкого на Тростянецкую, застроенным одинаково унылыми коробками, я представлял, что с ними случится, устрой завтра их обитатели свой Розбiр. Кто станет хозяйничать в районе, кого навечно закопают на территории огороженной автостоянки, чей штаб-укрытие расположится под кольцевым перекрестком, в подземном переходе?
Дом
Квартиру-офис припятчан тоже отгородили от любопытных глаз глухими жалюзи на окнах. Внутри – евроремонт во всех четырех комнатах, минимум мебели и разбросанная аппаратура. Больше всего поражал массивный советский фотоаппарат «Зенит» на высокой профессиональной треноге. Стены завешаны черно-белыми фотографиями Припяти и ЧАЭС, как доаварийными, так и выполненными недавно, причем явно на высоком уровне. В «презентационной» мое внимание привлекла стопка круглых кассет со старой кинопленкой. На таких обычно хранится военная хроника времен Великой Отечественной. На немой вопрос хозяин пояснил с гордостью: «Вот, выкупили наконец-то съемки легендарного припятского режиссера Михаила Назаренко. Там уникальные кадры есть – с жизнью города, эвакуацией. Гена Беленков, бывший заместитель секретаря комсомольской организации ЧАЭС, катушки сохранил, прятал несколько лет от кагэбэшников. Телеканал «Discovery» предложил ему двадцать тысяч евро за пленки и права, но Гена отдал нам в пять раз дешевле, по старой дружбе. Пришлось вот денег занимать, продать кое-что. Теперь оцифровка предстоит, еще дороже, но дело того стоит. Затраты вряд ли отобьем, зато такая память у нас останется!» Мне, любителю всяких исторических раритетов, оставалось лишь присвистывать и вытягивать шею.
Фото-память
Приёмная «Pripyat.com»
В офисе Сирота был не один. Невысокий здоровяк Антон «Moloch» Юхименко, знакомый мне по поездке двухлетней давности в Припять, возился с компьютером в просторной прихожей. Мы сердечно поприветствовали друг друга, энергично пожав руки.
«Молодой и радиоактивный», как читалось на футболке, шеф был поглощен созданием очередного сайта. В разговоре мелькали фамилии известных на весь мир музыкантов. Саша пояснил:
– Это наш новый проект. Если получится – будет… будет просто невероятно.
– А как связан ваш проект с Элтоном Джоном?
– Планируется концерт в Припяти, 26 апреля следующего года, на 25-летие аварии. Представляешь себе? Сцена на площади у ДК «Энергетик», огромная лазерная проекция в ночном небе, и на сцене поют Элтон Джон, Боно из «U2», Шина О’Коннор, другие суперзвезды. Трансляция на весь мир, деньги – в благотворительные детские фонды. Черт, если эта идея осуществится, буду считать, что жизнь прожита не зря! – Его глаза пылали огнем фанатика своего дела, невольно зажигая своим энтузиазмом.