Свечи
Шрифт:
– У меня есть знакомый пожарный инспектор, – вступил в разговор следователь, – а ещё есть человек, для которого карманы не являются преградой.
– Осталось решить, как поджечь эту богадельню, – сказал подполковник. – Прийти в регистратуру и поджигать истории болезни спичками вряд ли удастся.
– Есть один способ, – перебил подполковника профессор. – Если на маленькую горстку обыкновенной марганцовки капнуть одну капельку глицерина, смесь воспламенится секунд
– Кто же на глазах у всех будет капать глицерин в марганцовку? – возразила Наташа.
– Здесь никаких проблем нет, – сказал Владимир. – Если глицерин поместить в маленькую мензурку из тонкого стекла, всё это завернуть в бумагу, то стоит немного надавить на комок бумаги и выбросить его в урну, как устройство сработает.
Предстоящая операция, которая совсем недавно иначе как утопическая не воспринималась, мало-помалу стала приобретать вполне реальные черты.
В кабинете главного врача психиатрической клиники несколько позже тоже проходило совещание, но не на половинном уровне, а на нашем, грешном нулевом. В совещании принимали участие всего три человека: это главный врач, лечащий врач Александра – Геннадий Сверидов и его помощник – Пётр Тимохин.
– Я не могу понять, как им удалось сбежать! – возмущался главный врач.
– Это хорошо, что милиция их сразу взяла, – с облегчением вздохнул Пётр, – а то…
– Что, то? – не понял главный врач.
– А то, что если бы они попали в другую клинику и их признали здоровыми, то, сами понимаете, что было бы, – продолжил Геннадий.
– Вы хотите сказать, что мы содержали здоровых людей в психиатрической клинике?
– Если бы суд посчитал только так, то это ещё полбеды. – Геннадий с сожалением посмотрел на главного врача, – Беда в том, что профессора к нам никто не направлял, стало быть, речь идёт не о незаконном содержании человека в психиатрической лечебнице, а о похищении человека.
– А это уже от пяти до десяти лет лишения свободы. Принимая во внимание всемирную известность профессора, на пять лет рассчитывать не приходится, – подлил масло в огонь Пётр.
– Какой суд? – не понял главный врач.
– Наш, советский, – пояснил Геннадий.
Дверь кабинета открылась и на пороге появился заместитель главного врача.
– Виктор Николаевич, вы не забыли, что у нас сегодня совещание в главке?
Главный врач так посмотрел на своего заместителя, что тот непроизвольно вытянулся в струнку.
– Кто вам позволил врываться ко мне в кабинет без разрешения?!
– Вы, – робко ответил заместитель.
– Вон отсюда!
Заместитель
– Продолжим, – сказал главный врач. – На чём мы остановились?
– На тюрьме, – ответил Геннадий.
От этих слов руки главного врача затряслись. Только сейчас он понял, в каком положении оказался.
– Но ведь вы сами поставили ему этот диагноз!
– Мы только высказали своё предположение, а решение приняли вы, – тут же парировал Геннадий.
– Кстати, с просьбой о розыске двух душевнобольных вы обратились в милицию, а не мы.
Виктор Николаевич встал из-за стола, подошёл к журнальному столику и попытался налить из графина в стакан воды. Графин плясал в руках главного врача и лил воду куда угодно, только не в стакан.
– Да что вы так разволновались? – спросил Геннадий. – Слава богу, наши подопечные на месте.
Главный врач всё-таки налил в стакан воды и выпил.
– Если они сбежали один раз, – перешёл он на шёпот, – значит, могут сбежать и ещё.
– Поэтому нам надо сделать так, чтобы этого не случилось, – докончил мысль шефа Пётр.
Дверь кабинета снова открылась. На этот раз в неё вошёл завхоз.
– Виктор Николаевич, меня этот пожарник просто достал! – начал он с порога. – Теперь он хочет проверить абсолютно все палаты.
– А вы хотите, чтобы он достал меня?! – закричал главный врач. – Он меня вчера целый день насиловал! Решайте свои проблемы сами!
Завхоз недовольно попятился к выходу.
– Так показывать ему палаты?
– Показывайте, показывайте, он же от вас всё равно не отстанет.
Главный врач с раздражением начал давить на кнопку вызова секретаря. Та тотчас появилась в кабинете.
– Ты почему впускаешь ко мне? Я же говорил, что занят! – набросился на неё главный врач.
На глазах перепуганной девушки тут же показались слёзы.
– Так они меня не спрашивают, – оправдывалась она.
– Нет меня! Запри кабинет на ключ, если они тебя не слушают!
Секретарь ушла, дверь закрылась. Лязг замка несколько успокоил докторов.
– А что будет, если она уйдёт? – усмехнулся Пётр.
– У меня есть генерал, – главный врач вытащил из кармана ключ и показал собеседникам.
– Я предлагаю освободиться от этих больных, – зашептал Геннадий, – раньше, чем они освободятся от нас.
– Вы с ума сошли! – возмутился Виктор Николаевич.
– Неужели вы предпочитаете тюремные нары? – спросил Пётр.
На какое-то время Виктор Николаевич потерял дар речи, однако вскоре он взял себя в руки и спросил:
– Что вы предлагаете?