Сварогов

Шуф Владимир

Взяв у Дмитрия пенсне,

Сержа лик передразнила

Артистически вполне.

Даже тембром бархатистым

Голос Анны прозвучал.

– - Сходство есть с "Газетным Листом",

Браво!
– Дмитрий хохотал.

– - Я в купальне видел сцену...

Ах, страдал, как Тантал, он,

В чепчике узрев Сирену,

Край купальных панталон...

Пена льнула к ней морская,

И пред Сержем в лоно вод

Нисходила Волховская....

И все это граф возьмет!..

XVII

Ты уже уходишь, Анна?

Улыбаясь и грозясь,

Анна встала.
– - Что ты? Рано!

– - Лена верно заждалась!

С ней должны три магазина

Мы сегодня обойти.

– - Вот серьезная причина!

– - Да, серьезная, почти.

Тьму вещей купить нам надо:

Два концерта впереди!

– - Где увидимся?
– - У сада.

Непременно приходи.

Выйдя с нею парой чинной,

Дмитрий кликнул экипаж

И под зонтик парусинный

Сесть помог ей: "bon voyage!"

XVIII

Проводив глазами Анну,

Дмитрий думал: "Вот тоска!

Что мне делать? Пить -- не стану...

Ба! К Будищеву пока

Заверну!" В прелестной даче

Недалеко обитал

Собственник земель близ Качи,

Вилл владелец, генерал.

Он командовал уездом,

Предводитель был дворян...

У него перед подъездом

Звонит Дмитрий: "Дома пан?".

Лях-лакей в перчатках белых,

Улыбаясь, принял трость,

И в пленительных пределах

Дмитрий бродит, званый гость.

XIX

Из параднейшей гостиной

Он проходит в кабинет.

Сидя с деловою миной,

В блузу барскую одет,

Генерал сводил расчеты.

– - Здравствуй!
– встретил он, - Присядь.

Я сейчас!
– - Опять заботы?

– - Заношу доход в тетрадь!

Дмитрий в кресло сел, зевая,

Ногу на ногу сложив.

Обстановка деловая,

Бланков и бумаг архив

Рой в нем грез рождали сонных:

Что же может быть скучней

Дел, решений кассационных,

Копий, купчих крепостей?

XX

Не ясна ль бесплодность актов?

Ведь нельзя -- как с этим быть?
–

В силу купчих и контрактов

Нам любовь закрепостить?

Кассационное решенье

Нежных чувств не упразднит,

И нотариус в смущеньи

Купидоном с толку сбит.

Афродите, юной вечно,

Вряд ли копия нужна,

И доверенность беспечно

Может обмануть жена,

Но без ввода во владенье

В собственность приобретем

Сердце, лучшее именье,

Мы не форменным путем.

XXI

В кабинете министерском,

Где приятели сидят,

С делом был в контрасте дерзком

Лишь портретов женских ряд.

Грациозные головки

В рамах улыбались там

Скуке важной обстановки,

Копиям и крепостям.

И, довольные едва ли,

Дамы, ветреный народ,

С изумленьем созерцали

Планов и контрактов свод,

Шкаф, конторки и картоны

С литерами А--В--С,

Многотомные законы

С дополненьями в конце.

XXII

Но забыв маркиз оковы

И мадам де-Монтеспан,

Генерал, Людовик новый,

Был делами обуян.

Карандаш сжимая синий,

Он, как бойкий финансист.

Рядом цифр, значков и линий

Испещрял бумажный лист.

В двух местах резиной вытер,

Подчеркнул две суммы зло,

И заботно, как Юпитер,

Хмурил умное чело.

Стол с чернильницей массивной,

С грудой бронзы, через миг

Принял вид совсем архивный

От бумаг и счетных книг.

ХХIII

Замечтавшись в легкой скуке,

Дмитрий слышал в тишине

Скрип пера, он слышал звуки,

Словно к трепетной струне

Кто-то прикоснулся властно,

Пробежал вдруг арфы звон,

Мелодично, тонко, ясно

Голос пел, но удален.

Мнилось Дмитрию, что справа

Полки книг вдруг вверх ушли,

Томы химии, свод права,

Сельский вестник, весь в пыли.

Точно занавесь на сцене

Поднялась, и за стеной

Даль была, лучи и тени,

Солнце, сад, душистый зной.

XXIV

Из большой пурпурной розы

Вышла Анна, и смеясь,

С легким звоном, как стрекозы,

Над водою понеслась.

Майский жук летел за нею,

Напевая "зум-бум-дон",

Он, как следует лакею,

Нес за Анною картон.

Анна Дмитрию кивала

И смеялась, говоря:

"С Леной мы купили мало!