Свадебный танец
Шрифт:
— Как и вы.
У Франчески потеплело в груди, и пришлось сглотнуть, чтобы подавить эмоции. Она отвернулась и прочистила горло:
— Что ж, я научилась экономить… редко ходила за покупками. — Франческа не смотрела на Рошфора и не видела, как его лицо омрачилось болью и сожалением. — Я справлялась с трудностями. Но Перкинс…
— Какое отношение ко всей истории имеет чертов Перкинс?
— Он выиграл мой дом, сыграв с Эндрю в карты! — Франческа повернулась к Рошфору, внутри снова закипал гнев. — Этот… негодяй поставил на кон мой дом!
Глаза Рошфора закрыла
— Если я выплачу Перкинсу сумму, которую задолжал Эндрю, он разорвет бумагу о передаче дома в его собственность. Я продала что можно, однако таких денег мне не собрать. Но если…
Франческа сглотнула, не решаясь взглянуть на Рошфора. Неправильно просить его о таком. Женщина не может занять у мужчины такую огромную сумму, не подвергнув опасности свою репутацию. Франческа боялась, что Рошфор начнет думать о ней плохо. Некоторое время Франческа сомневалась и молчала.
А потом выпалила:
— Но если вы одолжите мне деньги, я заплачу Перкинсу. Я все верну вам, обещаю. Продам дом и получу достаточно…
— Вы не продадите дом, — решительно ответил Рошфор.
— Тогда я буду сдавать его в аренду на время сезона, но в таком случае для выплаты вам долга мне потребуется несколько лет, а если продать его, я смогу вернуть вам деньги и купить дом поменьше.
— Вы не будете сдавать дом. Не будете его продавать. И не будет никакого займа.
Франческа в отчаянии повернулась к Рошфору.
Лицо герцога было таким безжалостным, глаза такими холодными и спокойными, что все слова, которые Франческа хотела сказать, тут же растаяли.
— Будь я проклят, если позволю этому подлецу получить ваш дом. Крэнстон подготовит карету и отправит вас домой. — Герцог направился к двери.
— Рошфор! Что вы задумали? — Франческа в тревоге бросилась за ним.
Герцог повернулся и коротко ответил:
— Хочу повидаться с Перкинсом.
Глава 15
— Сенклер! Нет! — Франческа схватила Рошфора за руку. — Я не позволю вам просто заплатить деньги за меня.
— Не беспокойтесь об этом. Вряд ли я передам Перкинсу какие-то деньги. Скорее он захочет немедленно вернуться на континент.
— Сенклер! — Глаза Франчески расширились в тревоге. — Вы решили его избить? Нет, не надо. Правда, он того не стоит. Вы сами пострадаете.
Герцог поднял одну бровь:
— Вы думаете, я не смогу справиться с пронырой Перкинсом?
— Он убил человека!
— Я тоже могу быть опасен. По-своему.
— Я это знаю, — поморщилась Франческа. — Но вы джентльмен и следуете кодексу чести. Для Перкинса же не существует никаких правил.
— Если честно, когда дело касается Перкинса, для меня тоже не существует никаких правил.
— Нет, пожалуйста… не участвуйте в дуэли. Я никогда не прощу себе, если с вами что-то случится.
— Не очень-то вы в меня верите, моя дорогая.
Франческа хотела запротестовать, но Рошфор помотал
— Не будет никакой дуэли. Обещаю вам. Я справлюсь с Перкинсом и без этого.
Франческа отпустила руку Рошфора, хотя хмуриться не перестала.
— Перкинс будет драться нечестно. Не верьте ему.
— Уверяю вас, я и не собирался.
Рошфор направился к двери, но остановился и снова повернулся к Франческе. Она стояла посреди кабинета и смотрела на него в отчаянии большими темно-синими глазами.
Рошфор пробормотал проклятие и, шагнув назад к Франческе, обнял ее и стал целовать. Пораженная Франческа сначала не двигалась, а потом обвила шею герцога руками и прижалась к нему всем телом. Рошфор целовал ее глубоко и неторопливо, а когда отстранился, Франческа тяжело задышала, и сердце стучало как бешеное.
А потом Рошфор вышел из кабинета в холл и позвал Крэнстона. Франческа безвольно опустилась в кресло. Она слышала, как герцог и дворецкий тихо разговаривали, но не понимала о чем. Вскоре в кабинет вошел Крэнстон и поклонился:
— Миледи, карета подана. Вас отвезут домой.
— Спасибо, Крэнстон. — Франческа заставила себя улыбнуться, хотя подозревала, что попытка вышла неудачной.
Крэнстон помог Франческе надеть мантию. Она накинула капюшон и направилась за дворецким к двери. Как и было сказано, карета Рошфора ждала снаружи, и Крэнстон помог Франческе забраться внутрь. Она подозревала, что дворецкому интересно, что за странности творятся между ней и Рошфором, но, разумеется, ничем себя не выдавал.
Франческа надеялась до отъезда увидеть герцога, однако тот, очевидно, отдал Крэнстону распоряжения и тут же покинул особняк. Нервы до сих пор звенели, и Франческа глубоко вздохнула, стараясь успокоиться.
С Сенклером все будет хорошо, сказала она себе. Франческа слышала, как Доминик хвалил бойцовские качества Рошфора, говоря, что тот отлично держится и что он не хотел бы оказаться его противником в бою.
Однако не беспокоиться Франческа не могла. Перкинс с легкостью застрелит безоружного человека. Если Сенклер погибнет, пытаясь ей помочь, она никогда себе этого не простит. Франческа уже жалела о поездке в Лилльский особняк. Лучше лишиться дома, чем позволить Рошфору пострадать или умереть.
А еще, кроме вины и тревоги, было какое-то другое чувство, от которого кружилась голова… Благодарность — да, но нечто большее. Конечно, Франческа пришла в восторг оттого, что ей не придется покидать дом, однако то чувство превосходило даже эйфорию. Это было глубокое сладкое тепло, внутреннее удовлетворение от осознания, что Сенклер все еще о ней беспокоится.
Герцог Рошфор нашел Галена Перкинса очень скоро. Сначала он направился в игровой дом на улице Пол-Мол, где раньше часто бывал лорд Хостон. Дом все еще работал, но Перкинса в нем не оказалось. Расспросив хозяина, Рошфор узнал, что Перкинса здесь больше не принимают, так как тот покинул страну, задолжав солидную сумму. Однако его можно найти в других местах на Пол-Мол или в клубе на улице Беннетт.