Суженый босс

Куин Меган

И, черт возьми, я не думала, что стану дочерью, которая так много врет своей семье. Не могу сказать, что мне нравится этот аспект нашего делового соглашения.

— Могу поспорить, завтра они пришлют поздравительное печенье. — Бабушка зевает и вытягивает руки над головой. — Я устала. Столько впечатлений и вкусной еды. Мне пора спать.

Рэт тоже встает из-за обеденного стола и говорит:

— Я оставлю вас, чтобы вы могли отдохнуть.

— О, нет, нет, нет. — Бабушка качает головой. —

Не желаю слышать ничего подобного. Может, я и старая, но не старомодная. Я знаю, что вы двое хотите провести ночь вместе. Оставайся, оставайся.

О, боже.

— Бабушка, — быстро говорю я, захлебываясь слюной от быстрого вдоха, который сделала, когда она предложила эту идею. — У Рэта здесь нет вещей.

— О, я знаю. Именно поэтому тебе следует быстрее собрать сумку. Собери несколько вещей, потому что будь я проклята, если помешаю вам двоим насладиться помолвкой. — Она приподнимает брови, а затем театральным шепотом добавляет: — Захвати нижнее белье. Мужчинам это нравится.

Видите, что-то вон там на полу? Это я плавлюсь от унижения.

— Бабушка.

Она отмахивается от меня.

— Ой, не пытайся одурачить старушку, я знаю, что происходит в его кабинете. — Она подмигивает и похлопывает Рэта по руке. — Я бы тоже не смогла остаться в стороне от этих мускулов. А теперь поторопись и собери вещи на неделю. Я не планирую встречаться с тобой до окончания выходных.

До окончания выходных, то есть семь дней у Рэта. Она что, спятила?

— Бабушка, мы стараемся, э-э… соблюдать… целомудрие до свадьбы.

Предвкушение и все такое.

— Глупости, — насмехается она. — Я не позволю своей внучке выйти замуж, не протестировав матрас. — Став серьезной и очень строгой, она указывает на меня пальцем и говорит: — Собирай чемодан прямо сейчас, ты едешь к нему домой.

Бедняга Рэт просто стоит, переводя взгляд с меня на нее, и, скорее всего, наслаждается моментом. Когда я поднимаю на него взгляд, прося о помощи, он пожимает плечами и говорит:

— Я попрошу водителя подождать

Господи, как же он помогает!

* * *

— Ты собираешься злиться весь вечер?

Мы поднимаемся на лифте в его квартиру. Я прислонилась к металлической стенке, скрестив руки на груди, и глядя куда угодно, только не на него.

— Ты мог бы сказать что-нибудь, ну, например, что в твоей квартире идет ремонт.

— На самом деле она находится в процессе ремонта.

— Так почему же ты не сказал этого? — спрашиваю я, наконец, поворачиваясь к нему.

Он просто пожимает плечами и выводит меня из лифта, когда двери разъезжаются.

Он открывает дверь своей квартиры, единственной квартиры на этаже, и сначала пропускает меня.

Уф,

типичная квартира богатея. Красивые высокие потолки, окна от стены до стены, открытая планировка, которая позволяет видеть всю квартиру, за исключением спален и ванных комнат. Отделка однотонная, и, несмотря на то, что здесь все выглядит стерильно и нет ничего лишнего, в квартире чувствуется домашний уют: повсюду его фотографии, его парней и Джулии.

Он бросает ключи на столик рядом с дверью и говорит:

— Чувствуй себя как дома. Судя по всему, ты останешься здесь надолго. Западная часть квартиры находится на стадии ремонта, так что, если не хочешь, чтобы тебе в рот попала гипсокартонная пыль, то старайся держаться подальше оттуда. Мы остановимся в восточной.

Только богатые люди называют части своего дома восточной и западной.

— Когда ты говоришь «мы», что ты под этим подразумеваешь?

— Я имею в виду, что мы оба останемся в восточной части квартиры.

— И мы…

— И мы будем делить кровать и ванную комнату.

Я поднимаю руку.

— Так, помедленнее, мистер. Кровать. Почему мы должны делить кровать, когда у тебя есть диван… — Я сажусь на него и приземляюсь на что-то похожее на твердый камень. — Какого черта, имея столько денег, ты сидишь на валуне и смотришь телевизор? Боже, чувак, это ужасно. — Я пытаюсь подпрыгнуть на нем, но ничего не получается. — Почему так жестко?

— Не успел толком опробовать. Большую часть времени провожу в спальне.

— У тебя полно денег, найми людей, чтобы они опробовали его для тебя.

— Зачем нанимать кого-то, если я могу попросить свою невесту сделать это? Я принесу тебе простыни и одеяла.

— О нет, даже не думай. — Я встаю, хватаю чемодан и направляюсь к его спальне, по крайней мере, к тому, что считаю его спальней. Когда открываю дверь передо мной предстает самая огромная кровать, которую я когда-либо видела. Безупречно заправленная, углы подогнуты и подоткнуты, и идеальное количество декоративных подушек. Я закатываю чемодан внутрь и говорю: — Сойдет. Здесь достаточно места для нас обоих. Тебе лучше бы не храпеть.

— Я собирался сказать то же самое.

— Пффф, я сплю как ангелочек.

Он оглядывает меня с ног до головы.

— Это мы еще посмотрим.

Так как уже поздно, мы сразу начинаем готовиться ко сну. Я переодеваюсь в ванной, пока он переодевается в своей гардеробной, а затем мы вместе чистим зубы. Он — в простой черной футболке и фланелевых штанах, я — в так называемой монастырской пижаме: кроме рук и ног, ничего не видно.

Когда мы выключаем свет в ванной, я уже собираюсь забраться в кровать, как Рэт спрашивает: