Суженая для Альфы
Шрифт:
Мужчина на это привычно закатил глаза и глубоко вздохнул, взъерошив растрепанную шевелюру.
– Даже отвечать не буду, хоть бы что новое придумала, – цокнул и с шумом встал со стула, – хотя чего ожидать от бутербродницы.
Щеки Лены покраснели от злости. Наира замерла, предчувствуя крупную вспышку гнева; подружка всегда резко воспринимала намеки на ее непутевые журналистские таланты. Крупных статей у нее и вправду пока не было, да и возле стола с закусками на мероприятиях она оказывалась чуть ли не в первых рядах, но за деньги не продавалась, с честью отстаивая свое мнение
– Ладно, Наир, я пойду. Как только всё решится со стажировкой, обязательно тебе позвоню, – покрутился перед зеркалом, накидывая шарф. – Запеканка была вкусной, ты превзошла себя.
Целомудренный поцелуй в щеку, хлопок входной двери, и в квартире девушки остались одни.
– Ну и типчик, рыба отмороженная, – размахивая ладонью, Лена пыталась остудить пылающее от негодования и еще тлеющего гнева лицо.
– Ты сама его провоцируешь, – бесполезное занятие переубедить ее в таком состоянии, но и молчание будет неправильным, – что за детский сад, нравитесь – не нравитесь, только меня огорчаете.
Это противостояние не то чтобы ее огорчало, но на нервы действовало изрядно. Снова тренькнул дверной звонок.
– Что-то за… – подумала Наира, что вернулся жених, – был…
Но на пороге стоял демон; в человеческом обличье, конечно, но для Наиры, впервые столкнувшейся с подобной боевой трансформацией, разницы не было – опасность, исходящая от него, разливалась в воздухе, и от нее ноги ощутимо тянуло холодом.
– Послание, – лицо словно высечено из камня, ни капли эмоций.
Протянутое письмо в виде сложенной канцелярской бумаги было сложено вдвое, не подписано, но они оба знали, от кого оно. Не дожидаясь ответа, посланник развернулся и быстро спустился по лестнице.
– Ух ты, что за экземплярчик? – восторженно спросила Лена, глядя вслед мужчине коровьими глазами.
– Забудь о нем, – громко захлопнула дверь, – вряд ли он говорит многосложными предложениями, вам даже поговорить не о чем будет.
– А кто сказал, что нам понадобятся разговоры?
Оптимизм ее удивлял, но, зная упорство, с каким та добивалась цели, в особенности, мужчин, Наире стоило побеспокоиться о подруге, но, озабоченная собственными проблемами, не обратила внимание на решительный блеск в ее глазах.
«Избавься от него».
Почерк был размашистый, буквы вогнутые, словно текст писали с агрессией, с силой вдавливая ручку в бумагу.
Наиру впервые охватила злость. На нее вдруг навалилось всё разом – и несвоевременная стажировка жениха, и отложенная на неопределенный срок свадьба, да еще и эта двусмысленная ситуация с опасным незнакомцем. С яростью сминая листок, девушка думала, как выкрутиться из этой западни. Для начала нужно узнать, что этому двуликому нужно от нее, а самое главное, как без потерь от него избавиться. Что ж, стоит встретиться с ним в субботу, прощупать почву и решить, как себя вести. Видно, роль бесхребетной мямли его не отвадит.
Глава 4
–
– Почему? – громко сглотнула, чем вызвала его стон.
– Потому что ты моя, – пальцем обвел контур ее нижней губы, – эти губы принадлежат мне, ты вся принадлежишь мне. А самое главное…
Пауза затягивалась.
– … Ты сама этого хочешь.
Ее губы жестко смяли яростным желанием. Мужчина брал свое, не спрашивая разрешения – напористо, неумолимо, с полной уверенностью в своем праве. И мучительно, с наслаждением застонал, когда девичьи руки коснулись его шеи.
Наира проснулась среди ночи вся в поту, потом опять забылась и провалилась в темную бездну, будто парила в невесомости. Снова проснулась. Снова уснула. И так всю ночь. Так что утро субботы она встретила разбитая, с глубоким чувством усталости и неудовлетворения, с припухшими от недосыпа глазами, ощущая неприятную липкость кожи. Застонала, с силой прижав подушку к лицу, когда вспомнила о намечающейся принудительной встрече.
В кондитерской было не протолкнуться, хотя обычно утро субботы проходило в полусонном состоянии – одинокие люди в их спальном районе подтягивались к обеду, а женатые предпочитали уютное семейное кафе неподалеку, оборудованное детской площадкой и животным уголком.
Знай ее отец, что она работает обычным продавцом в небольшой кондитерской, скривил бы презрительно губы. Без образования и опыта работы другой работы не найти, так что знай она заранее, как повернется ее жизнь, обязательно настояла бы на обучении в университете, не полагаясь на семью.
К закрытию поток людей уменьшился, и к вечеру она еле стояла на ногах. Машина приехала за ней ровно в семь – ни раньше, ни позже.
Альтаир в это время просматривал досье. Ольховская Наира Артуровна. Прибыла в город год назад, работает в кондитерской, имеет жениха, с двуликими связь не поддерживает. И всё. Никакой информации до приезда, словно и не существовало ее вовсе.
– Пока что смогли достать только это, – кивнул на папку Стас, начальник охраны альфы, – документы поддельные, даже копать глубоко не пришлось.
– Думаешь, очередная беглянка из отчего дома? – побеги полукровок у них были не то чтобы регулярным явлением, но время от времени всё же случались.
– Скорее всего, – пожал плечами безопасник, – кину запрос среди наших, может, есть на нее ориентировка.
Раздался стук в дверь.
– Девушка прибыла, альфа, – почтительно склонился Вацлав, демон-полукровка из службы безопасности. Пожалуй, это был единственный смесок, которого Альтаир уважал. В отличие от своих собратьев, тот имел присущий чистокровным боевой нрав, представления о чести и был немногословен, за что вожак ценил его особенно.