Сувенир
Шрифт:
В одной руке Шон нес фонарик. Правой он крепко ухватил топор.
Никаких признаков боггана в коридоре они не обнаружили. Лампы и телекамера оставались на прежних местах.
Они вошли в кухню.
Дверь в подвал была приоткрыта.
— Вот откуда пришел этот маленький засранец, — прошептал Шон.
— Может, он там, внизу, — Энджела поймала его за руку.
— Скоро увидим.
Шон подошел к шкафу, вытащил из ящика новую высокоамперную пробку, затем осторожно приблизился к полуоткрытой двери подвала.
Энджела
Энджеле показалось, что он возится целую вечность, хотя на самом деле прошло всего несколько секунд.
— Есть, — наконец услышала она его голос, — годится.
Он отошел к панели с реле и щелкнул выключателем.
Ничего не произошло.
Он попробовал несколько раз включить и выключить свет. Никакого эффекта.
Шон громко выругался. Энджела без сил прислонилась к стене. Несмотря на лучи фонариков, ей казалось, что тьма наступает на нее со всех сторон. Взгляд Энджелы рассеянно блуждал по стене там, где лестница упиралась в потолок, и вдруг остановился, прикованный к тому, что она увидела.
— Шон! Смотри, — она показала.
Шедшие вдоль стены скрепленные в пучок провода, в том числе и главная изоляционная трубка, питавшая электроэнергией весь дом, были повреждены и оборваны. Большого куска изоляционной трубки вместе с содержавшейся в ней проводкой недоставало. Оба конца выглядели так, будто их перегрыз какой-то зверь.
Энджела обернулась к Шону. Ее лицо было пепельно-серым.
Шон оторвал потускневшие глаза от повреждения и посмотрел на нее. И обнаружил, что, хоть и сам боится, но ее несчастный вид разбивает ему сердце.
— Должно быть, как только реле разомкнуло цепь, он сразу же спустился сюда. Пока мы еще оставались наверху, — пробормотал он сквозь зубы.
— Тогда, значит, он все понимает, правда? Он понял, что мы пытаемся загнать его в ловушку. А еще он знает, что такое электричество и как работают лампы. Разве не так?
Шон ничего не сказал.
— Это не просто глупое животное, — неумолимо продолжала Энджела. — Так или нет?
Шон неохотно кивнул. Теперь он понял, что тварь наделена чем-то значительно большим, нежели простая звериная хитрость.
Сверху донесся звон бьющегося стекла. Небольшая пауза, и снова громкий треск.
Они опрометью кинулись вверх по подвальной лестнице. Шон бежал первым.
Расшвырянные юпитеры с разбитыми вдребезги лампами и линзами валялись по всему коридору, как поваленные молодые деревца. Осколки хрустели под ногами. Маленькая телекамера лежала на полу. Вид у нее был такой, словно по ней хватили кувалдой.
Но они не успели даже полностью осознать нанесенный ущерб. Со второго этажа снова донеслись звуки разрушения.
— Он все ломает! — пронзительно вскрикнула Энджела.
Перепрыгивая
Все до единой лампы в комнатах второго этажа были разбиты, растерзаны, превращены в груду обломков. Гостевая спальня, ванная, коридор, их спальня, туалет… Никаких признаков монитора не было. От целой оконной створки осталось лишь воспоминание. Шон ринулся к окну, чтобы выглянуть наружу. Останки монитора свисали с подоконника на обрывке провода, как подвешенный за хвост опоссум.
Энджела снова издала пронзительный крик:
— Он забрал запасные батарейки!
Шон быстро обвел комнату лучом фонарика. Энджела была права. Нигде никаких батареек.
Энджела принялась истерически всхлипывать.
— Он где-то здесь, наверху. Хочет заманить нас в ловушку!
Выкрикнув это, она повернулась, схватила со столика ключи от машины и стрелой кинулась к двери.
Шон следовал за ней по пятам.
Они промчались вниз по лестнице, через кухню на задний двор.
Энджела рывком распахнула дверцу своего "пинто", села за руль и попыталась включить зажигание.
Мотор не завелся.
Шон откинул капот.
На месте аккумулятора зияла пустота.
Он побежал за дом, к своей машине.
Ей был нанесен такой же ущерб.
— Что же делать! — запричитала Энджела, кидаясь к Шону и цепляясь за него, словно утопающая.
Шон быстро и напряженно соображал. Он взглянул на топор, который держал в одной руке, потом на фонарик в другой. Даже если бы они использовали фонарики один за другим, батарей могло не хватить до рассвета. Но в доме были спички. Конечно, если богган не нашел и их. С другой стороны, если бы они сейчас убежали, то через четыре минуты были бы у Марка и Верн.
И провели бы остаток жизни в бегах.
Шон вскинул топор на плечо, высвободился от Энджелы и двинулся обратно к черному ходу.
— Шон, что ты делаешь! — истошно выкрикнула Энджела.
— Возвращаюсь в дом.
— Шон! — опять вскрикнула она, кидаясь за ним.
Он обернулся и посмотрел ей прямо в лицо, но не остановился.
— Он там, внутри! — свистящим шепотом сообщил он. — Сейчас я до него доберусь.
— С ума сошел, — всхлипнула Энджела.
— Возможно. А ты можешь предложить что-то лучшее?
— Шон, — взмолилась она, — давай уйдем отсюда. Далеко-далеко.
Он остановился и пристально взглянул в ее залитое слезами лицо.
— Шон! Прошу тебя!
— Я должен, — просто сказал он. — Другого выхода нет.
И ушел, оставив Энджелу стоять во дворе.
Он начал прочесывать дом сверху, с чердака, методично переходя из комнаты в комнату, закрывая за собой двери. Подвал он оставил напоследок.
Добравшись до верхней ступеньки подвальной лестницы, Шон почуял запах мертвечины, ощутил присутствие зла — и понял, что богган там.