Сущий рай
Шрифт:
— Она часто приходит сюда выпить с нами чаю. Вы разве не знали? Может быть, мне пойти сказать Анне? Я — Марта.
— Я так и догадался. Анна говорила мне про вас. Как у вас тут дела?
— Это, в общем, забавно, но денег мы зарабатываем немного. — Марта сделала гримасу, как бы желая показать, что деньги — вопрос второстепенный. — А что вы делаете?
— Ну а у меня совершенно дурацкая служба. Работаю библиотекарем у одного троглодита по фамилии Риплсмир, — неосмотрительно сказал Крис.
—
— Вы бы этого не сказали, если б увидели его хоть раз. К тому же мне мало что перепадает из его богатств.
— А скажите, он, наверное, покупает массу книг?
— Массу.
— И вы не дали нам ни одного заказа!
Марта смягчила упрек кокетливым взглядом и улыбкой. На этот раз ответная улыбка Криса была чуточку кривой: вечный золотоискатель копает, а выкопав, опять принимается копать. Однако вместо резкого ответа, которым он собирался дать ей отпор, он поймал себя на том, что отвечает больше на ее взгляд, чем на упрек.
— Посмотрим, может быть, можно будет что-нибудь сделать…
— О, устройте это, прошу вас! Это было бы просто замечательно — иметь в качестве покупателя великого Риплсмира.
— Замечательно! — иронически сказал Крис.
— Ну вот, теперь вы надо мной смеетесь.
— Вовсе нет, — возразил Крис, но все-таки слегка покраснел.
— Я так и знала, что вы будете надо мной смеяться, — добавила Марта с очаровательной гримаской.
— Почему?
— Анна мне говорила.
— Что я люблю насмехаться?
— Как вам сказать, она говорила, что вы какой-то чудной и можете быть очень жестоким и безжалостным, и…
— Словом, второй Торквемада.
— Но по вашему лицу этого совсем не скажешь, — призналась Марта, и ее голос прозвучал почти ласково. — Я представляла вас коммунистом, угрюмым и в красном свитере…
— Я — коммунист? — удивился Крис. — А впрочем, почему бы нет?
— Нет, вы не можете быть коммунистом!
— Глупости. Многие в высшей степени почтенные люди были коммунистами. Да, вот Платон был коммунист и апостолы тоже.
— Вы маленький бесенок! — засмеялась она и легонько ударила его по щеке. Он схватил ее за руку и, к своему замешательству, немедленно почувствовал, что это прикосновение взволновало его.
— Ну как, прав я или нет? — спросил он, выпуская ее руку, так как обнаружил, что флиртует с ней и что ему это нравится.
— О, тогда все было совсем другое!
— Почему другое? Вы хотите сказать, из этого ничего не вышло? — поддразнил ее Крис. — Но это потому, что их идеи были ошибочными. Древние, видимо, ничего не знали о диалектическом материализме и, по-видимому, даже не слыхали об экономике…
Надо сказать, что Марта нимало не беспокоилась о подобных предметах. Как ни прискорбно отметить,
— Знаю я вас! Знаю, как вы любите над всеми издеваться! Но со мной это не пройдет, Крис, вот я вас сейчас задушу!
— Пустите! — сказал Крис, смеясь и стараясь высвободить галстук. — Пустите, Марта, или… или я поцелую вас!
Возможно, Марта не слышала этой ужасной угрозы, или, если слышала, то не считала Криса способным на такой низкий поступок. Во всяком случае она продолжала его трясти. Тогда Крис, недолго думая, отвел ее руки от галстука, схватил ее за плечи и, прижав ее к себе, поцеловал от всего сердца…
— Вот как!
Это было возмущенное, почти уничтожающее «вот как!», такое «вот как!», от которого всякий почувствовал бы себя виноватым.
— Что это у вас тут делается? — строго сказала Анна. — Крис!
Это была минута ужасного замешательства. Пожалуй, Крис чувствовал даже не столько неловкость, сколько глупость своего положения. Глупо, когда тебя застают целующимся с девушкой, которую ты видишь первый раз в жизни. И как глупо со стороны Анны напускать на себя этот вид недовольной хозяйки, чуть ли не матроны. Он уставился на нее, не зная, что сказать. Марта положила конец замешательству, расхохотавшись и сделав вид, что она представляет их друг другу.
— Мистер Хейлин и мисс Весткот, впрочем, вы, кажется, уже знакомы?
— У нас была политическая дискуссия, — сказал Крис, подходя к Анне и пожимая ей руку. — Как живете, Анна?
— Где это вы пропадали? — спросила Анна несколько высокомерным тоном. — Что это за страсть напускать на себя какую-то таинственность и расстраивать людей? Ваши родные ужасно о вас беспокоились.
— И прислали Гвен навести справки? — сказал Крис.
— Он замечательно устроился, — перебила Марта. — Библиотекарем у этого невероятно богатого старика Риплсмира. Вот повезло, правда? И Крис обещал покупать для него все книги у нас.
— А, вот как! Вы, однако, тут спелись, — ревниво сказала Анна. Казалось, она размышляет над этой новостью насчет Риплсмира. Потом добавила: — Поднимитесь ко мне, Крис. У меня масса писем для вас.
— От моих домашних? — живо спросил Крис. — Не нужны мне их письма. Почему они не могут оставить меня в покое?
Тем не менее он поднялся вслед за Анной в ее комнаты; она передала ему несколько писем. Крис положил их в карман, даже не взглянув на них.
Снова наступило неловкое молчание.