Существо
Шрифт:
Розыскав Томаса, заскочил с ним в автобус, затем в отходящий вагон метро. Вжались в поручни, потому что свободных мест не было.
– Ну, что она ответила? – задыхаясь спросил Томас, что весьма предсказуемо.
Его всегда пробирало на разговорчики про нас со Стефани. Уже третий год жалею о том, что рассказал другу, о своих чувствах к Спаркс.
– Кто? Стефани?
– Нет, наша инспекторша. Конечно Стефани!
– Это уже по твоей части. Ты же любишь женщин постарше, – теперь пришла моя очередь поглумиться над Томасом. И по пятибалльной шкале друг оценил эту шутку –
– Я не спрашивал, выдержал паузу.
– Она сама предложила мне помощь с сочинением,
– И что ты ответил? – Томаса распирало любопытством.
– Согласился,
– Она должна будет приехать к тебе? Или ты к ней? – Дон Жуан требовал подробностей. Томас, ну ей Богу, как ребенок.
– Нет. Мы встречаемся в библиотеке,
– Библиотека?! – переспросив, он громко засмеялся. Его придурковатый смех притягивал внимание окружающих.
– Томас, заткнись! – шипел я на него.
– Боже! Да она издевается! – громкий смех Томаса, заполнял каждый уголок вагона. А мне приходилось краснеть.
Друг продолжал ерничать, придумывая все больше дурацких шуточек, а, когда мы приехали на его остановку, пожал мне руку, прощаясь, и снова засмеялся, когда вышел из вагона. Вот же придурок! «Хорошо смеется тот, кто смеется последним»– мысленно утешал себя я. Опершись на поручень, стало клонить в сон. Сейчас бы упасть лицом в подушку и отдаться миру отдыха.
В толпе серых лиц заметил светлый облик девушки, которая сидела в пяти метрах и неотрывно глядела на меня. Русые, с золотым отблеском волосы доходили до талии, а большие глаза сверкали голубизной. Она была очень симпатичной, но какой-то неухоженной. Одежда была ни чем непримечательной: светлые джинсы, бирюзовый свитер, который был ей не по размеру и потертые черные кеды. Ее тоже смутил мой пристальный взгляд. Теперь она узнает, какого это, когда тебя наглым образом разглядывают. Незнакомка резко отвернулась и стала разглядывать свои руки как ни в чем не бывало. Странная она. Может, она воровка? Подумывает, как бы незаметно пробраться ко мне в карман. Пока она отвлекает жертву, какие-нибудь карликовые люди начнут резать своими грязными ручонками сумку? Подозревая девушку в нечистых делах, медленно подтянул рюкзак под руку, так чтобы закрыть карманы. Но лицо ее мне было знакомо. Где же я ее видел? Возможно, на том же самом месте. На ее «рабочем» месте – в метро.
Незнакомка снова и снова поднимала на меня взор и отворачивалась. Так продолжалось, пока не пришла моя очередь выходить. Двери открылись, и все так же прижимая рюкзак к себе, внимательно наблюдал за ее действиями. Нырнув в толпу, быстро выбежал на платформу и стал искать «воровку». С облегчением поняв, что она осталась в вагоне, закинул спокойно рюкзак на спину и, непринужденной походкой пошел к выходу.
Запах мокрого асфальта вперемешку с убивающими выхлопами машин сопровождали меня до самого дома. Не успел я дойти до своего двора, как услышал сзади шлепанье, как если бы ребенок прошел по луже. Все бы ничего, но вокруг меня не было ни души. Я остановился, и
– Ну, что тебе надо? – вступил с «воровкой» в контакт.
Она промолчала.
– Зря шла! Денег у меня нет! И на телефоне тоже!
Зачем напомнил про телефон, дурень?
Переговоры, где говорит один человек, ни к чему не вели. «Воровка» изображала глухонемую.
– Мани нет! Понятно? – показывал жестами, чтобы у нее не оставалось мотивации идти за мной.
– Кыш отсюда! – топал ногой, словно прогонял привязавшуюся кошку.
– Фу, нельзя! Домой!
Как еще ей объяснить, чтобы она топала отсюда?!
Махнув рукой на все попытки поговорить с ней, пошел домой. Навострил слух и, как охотник стал прислушиваться к посторонним звукам. Вцепившись руками в лямки портфеля, снова услышал сзади шаги.
– Ты реально глухая?! – агрессивно крикнул ей, поворачиваясь.
– Что?! – воскликнула женщина с глазами как у спаниеля.
– Эм… – растерялся я, не ожидав увидеть вместо «воровки» кого-то ещё.
– Извините, это не вам, – промямлил в ответ. Неловко вышло.
– Совсем страх потеряли, – возмущенно сказала себе под нос, обходя меня.
– Накурятся этой своей химией, – не переставала она бурчать, уже зайдя во двор.
Я уже не вслушивался в то, что говорила оскорбленная женщина. Как оказалось, моя соседка. Приросший к асфальту, теперь и я прикинулся статуей. Всматривался в полумрачную улицу, где всегда плохо горели фонари, хотел убедиться, что девчонка ушла. Она словно растворилась в воздухе. Неужели? В следующий раз увижу – полицию вызову…
2
– Маркус… Старик, вставай. Наша остановка! – трепал меня Томас за плечо, вытаскивая из сна.
Громкий мотор автобуса будил сильнее, чем друг. Словно контуженный, я продрал глаза и увидел нашу остановку. Отдавил себе руку и теперь она жутко ныла. Лучше бы не просыпался.
– Просыпайся, Маркуша! – бодро воскликнул Томас и вышел из автобуса.
Моросящий дождь попадал в глаза, а хмурые тучи укрепляли желание поспать. Надев капюшон, я пошел следом за другом.
– Давай договоримся, что это был последний раз, когда ты меня так назвал,
– Как? – не понял Томас.
– Маркуша, – с отвращением произнес я.
– А что не так-то?
– Брат так называет меня. Мы с ним не в ладах. Всегда раздражало,
– Как скажешь… Маркусик, – скорчил друг довольную мину.
Мне оставалось смиренно вздохнуть, чтобы не продолжить перепалку, ибо в последний дни я был весьма раздражителен и легко шел на конфликт.
– Старик, ты чего серый такой ? – спросил друг.
– Серый? – зевнул я.
– Я тебя бодрым давно не видел. Выглядишь ужасно,