Супермен должен умереть-2
Шрифт:
— Ты прав, — сказал я. — Прости мне эту минуту слабости и нерешительности.
— Когда над решением одной задачи бьются несколько человек, всегда есть надежда, что решит ее кто-то другой, а тебе самому не придется напрягаться, — сказал Гарри.
— У тебя такое хоть раз прокатывало? — спросил я.
— Дважды.
— Везет, — сказал я. — Мне таких подарков никто не делал.
— Да у тебя и задач-то таких раньше не было.
Самолет
Понять, кто из них сканер при исполнении, кто группа поддержки, а кто просто куда-то полететь решил, не представлялось никакой возможности, поэтому я начал нулить их по степени свечения ауры, начиная с самых ярких.
Это оказалось совсем несложно, несмотря на расстояние. Ауры гасли, как задуваемые внезапным порывом ветра свечи, и к тому моменту, как шасси "боинга" коснулись взлетно-посадочной полосы, я был единственным некстом в аэропорту.
Гарри открыл глаза.
— Как успехи? — беззаботно спросил он, словно от ответа на этот вопрос не зависели, помимо прочих, вопросы его личной свободы и безопасности.
— Сделал, что мог. Всех нашел, всех обнулил.
— Но ты же знаешь, что существуют сканеры, отслеживающие общий фон города. а он с твоим прибытием должен был немного изменится?
— Знаю, — сказал я. — Но, насколько мне известно, они сидят где-то в центре и сделать по этому поводу я ничего не могу. К тому же, в те времена, когда я был сотрудником управления, они контролировали только область внутри МКАДа. В любом случае, будем надеятся, что они не смогут определить источник аномалии до того, как мы пройдем паспортный контроль.
— Ты продолжаешь сканировать?
— Разумеется, — сказал я. — Бывал до этого в Москве?
— Доводилось.
— Убил кого-нибудь интересного?
— Тебе их имена ничего не скажут.
— А, значит, их еще и несколько было?
В аэропорту особых волнений, намекающих на внешнтатную ситуацию, не наблюдалось. Карантин никто не объявлял, выходы не перекрыл, спецназ в спешном порядке не выскакивал из бронированных машин. Я счел это обнадеживающим признаком, но все равно нервничал, когда протягивал свой фальшивый пограничнику. Документ, как утверждал Гарри, был сделан на совесть, да и я ныне не числился в списке живых, но все равно было тревожно.
— Добро пожаловать в Россию, господин Полсон, — сказал таможенник, шлепая печать и возвращая мне паспорт.
— Спасибо, — сказал я, отошел на пару метров и остановился, чтобы подождать Гарри, который шел сразу за мной.
Английский спецагент тоже прошел проверку без проблем.
В такси мы не разговаривали.
Конечно, риски, что водила, опознавший в нас иностранцев и для начала зарядивший пятьсот евро за поездку
Мы расплатились с таксистом около отеля, вошли в вестибюль, тут же вышли через другую дверь, отшагали полтора квартала пешком и спустились в метро. Спустя сорок минут паранойя Гарри была удовлетворена, и он согласился выйти на поверхность.
— Похоже, о скилле Аскета им неизвестно, — констатировал я.
— Но я бы на их месте все равно перекрыл аэропорт, — сказал Гарри. — Всегда следует исходить из предположения, что какая-то новая гадость только что прилетела.
— От лица "новой гадости" говорю тебе спасибо за то, что ты не на их месте, — сказал я.
— Пожалуйста, — сказал он. — Но ты особо не обольщайся. Даже если они не заметили некста на приближающемся самолете, рано или поздно, они все равно сообразят.
— Поэтому над стоит заняться делом, — сказал я.
— И какой план?
— Написать, поговорить, встретиться, забрать и валить отсюда.
— Кстати, о последнем, — сказал Гарри. — Сваливать по нынешним документам будет неимоверной глупостью. У меня есть контакты в Москве, но я не знаю, насколько они сейчас актуальны.
— И какой план?
— Если я ничего не смогу сделать и ты ничего не сможешь сделать, нам придется обращаться в посольство.
— А ваши посольства так запросто липовые документы раздают? — спросил я и тут же понял, что спрашиваю глупость. Посол-то, может быть, тут вообще не при делах, но местный резидент к таким вопросам наверняка готов.
Я купил новый телефон в одном из многочисленных торгующих техникой магазинчиков, подключился к общедоступному вай-фаю, который раздавало какое-то кафе, установил "ворона" и отстучал короткое сообщение Виталику.
"Привет. Надо пообщаться".
Виталик был оффлайн и следующие пять минут, пока мы не вышли из зоны действия вай-фая, в оффлайне и оставался. Ну что ж, дадим ему еще немного времени.
Через полчаса неспешной прогулки мы набрели на другое кафе, сели на открытой последние деньки веранде и заказали себе по чашке кофе.
— Меня вот другое беспокоит, — сказал я. — Ты утверждаешь, что новые нексты не рождаются и суперменом в принципе не может стать человек младше двадцати четырех лет.
— Это не я утверждаю, — сказал он. — Это наша группа аналитиков утверждает.
— А, — сказал я. — Британские ученые.
— Это достаточно убедительная теория, — сказал он.
— Недостаточно, — сказал я.
— Дай угадаю, — сказал Гарри. — Сейчас ты скажешь, что ты акселерат и на самом деле тебе пятнадцать.
— Не совсем так, — сказал я. — Но когда я трудился клерком в небезызвестном тебе управлении Н, мне на глаза попалось дело, в котором фигурировал некст-подросток. Точного возраста сейчас не вспомню, но, вроде бы, он в школе учился.