Супермен должен умереть-2
Шрифт:
Профессиональный параноик Гарри опасался мести разгневанных фанатов Джа, лишившихся бесплатного источника бесконечного кайфа, поэтому, вернувшись домой, мы быстренько собрали вещи и двинули вдоль побережья. Честно говоря, я всерьез не думал, что с той стороны к нам что-то прилетит, но спорить не стал. Все лучше, чем сидеть на одном месте.
К тому же, связать наше появление с потерей Джа скилла мог любой дурак, а наркоманы… Да кто их знает, наркоманов этих. Вдруг и правда придут и
Дорога была раздолбанная, но живописная. Часов в девять вечера, когда движение спало почти на ноль, а очередной населенный пункт исчез в зеркалах дальнего вида, из района заднего сиденья произошел странный стук. Мы подумали, что от тарантаса отвалилась очередная деталь и остановились, чтобы посмотреть, какая именно и как это повлияет на возможность нашего дальнейшего путешествия, и тут, уже после остановки, выяснилось, что стук доносился из отключенного переносного холодильника, в котором мы до сих пор таскали за собой кусок Дока.
Стук не прекращался. Более того, минуты через три наблюдения холодильник начал подскакивать на месте, так сильны были наносимые ему изнутри удары.
— Это что-то новенькое, — сказал Гарри. — Как думаешь, почему она активизировалась?
— Черт знает, — сказал я. — Может быть, это означает, что мы приближаемся к Зеро, может быть, это означает, что мы отдаляемся от Зеро, может быть, прошел какой-то критический отрезок времени, может быть, просто Марс в знаке Козерога, а ее это бесит. Откроем?
— А она как прыгнет, — сказал Гарри. — Ты что, "Семейку Адамсов" не смотрел?
— Только "Зловещих мертвецов", — сказал я. — Но там был обрубок покороче.
— И что с ним стало?
— Не помню.
Гарри с сомнением посмотрел на свой пистолет, после чего отправился копаться в багажнике и вернулся оттуда с "зеробоем".
— Восемь патронов, — напомнил я. — Бесценная информация.
— Так раздражает же, — сказал он.
— Тогда делай, — сказал я. — Душевное спокойствие превыше всего.
Стрелять из этой чудовищной пушки в машине было глупо, тут одним выстрелом кардан можно было разорвать, а возможность стрельбы казалась нам неиллюзорной, поэтому Гарри осторожно вытащил холодильник наружу и поставил на обочину.
— Мне кажется, сейчас мы пытаемся совершить очередную глупость, — сказал я.
— Ровно те же ощущения, — признался Гарри и левой рукой потянулся к защелке. — Но как спокойно спать по ночам, когда эта штука рядом? А идея отправить ее куда-нибудь почтой уже не кажется такой же привлекательной, как полчаса назад.
— Почтальонов жалко, — согласился я.
Рука, тем временем, перестала долбиться. Затаилась, наверное.
Гарри был прав, это напрягало.
Гарри уже почти открыл замок.
— Постой, — сказал я. Он остановился на полпути. — У тебя есть четкое понимание того, что ты сейчас собираешься сделать?
— Я собираюсь это пристрелить, — сказал он. — А что ты видишь своим рентгеновским зрением?
— То же, что и раньше, — сказал я. — Какую-то непонятную фигню.
— Тогда план прежний, — сказал он. — Я открываю и стреляю, ты смотришь и комментируешь.
Отличный
Гарри открыл замок, откинул крышку, и в следующий миг оно прыгнуло.
Глава 14
Вот сидишь ты и смотришь фильм ужасов, и из колонок, установленный вокруг твоего туловища, уже вовсю льется тревожная музыка, и герои на экране собираются открыть какой-то надыбанный на чужом звездолете таинственный контейнер или же, наоборот, извлеченный из недр своей родной планеты древний сундук, и ты-то понимаешь, что ничем хорошим это начинание не кончится, и, при условии, что фильм хороший и герои тебе хоть как-то симпатичны, тебе хочется крикнуть им "не трогайте крышку, идиоты!", хотя ты и понимаешь, что они все равно ее тронут и неведомая хрень сейчас вырвется на свободу, потому что, собственно, на таких вот моментах все классические фильмы ужасов и построены. Следующие полтора часа ты сидишь на диване, смотришь, как неведомая хрень пожирает героев вдоль и поперек и убеждаешь себя, что такой идиотизм бывает только в кино, а в реальной жизни никто бы подобной глупости не совершил.
Уж ты сам-то, по крайней мере, точно.
И вот уже реальная жизнь, и ты не сидишь на диване, и из колонок, установленных в машине льется бодрый рок-н-ролл, а перед тобой стоит тот самый контейнер и ты точно знаешь, что внутри него сидит какая-то неведомая хрень, а напротив тебя стоит британский суперагент с пушкой, как раз для таких вот случаев лично Кью разработанной, и этот суперагент сейчас с твоего же молчаливого согласия этот контейнер откроет. И вроде бы и надо закричать самому себе: "не трогай крышку, идиот!", а фиг-то там.
Придется открывать.
И если бы ты был в фильме ужасов, то ясное дело, что ничем хорошим это бы для тебя не кончилось. А в реальной жизни можешь и проскочить, на это вся и надежда.
А что делать, если не открывать? В кусты бросить? А вдруг выберется? В океан? А вдруг выплывет? Сталелитейный завод или вулкан решили бы эту проблему наверняка, только вот, как назло, нет под рукой ни вулкана, ни сталелитейного завода. Глушь, провинция, заборы, коровники.
В общем, Гарри откинул крышку переносного холодильника и оно прыгнуло. Если быть совсем точным, то оно даже не прыгнуло, а попыталось полететь. Только низенько-низенько, как крокодил.
Это была уже не рука, но еще не птица. Какая-то хрень с пальцами, крыльями и аэродинамикой, как у кирпича. Она взмыла метра на полтора в воздух и понеслось от нас в сторону городка, который мы только что проехали.
Ну, как понеслось… Подъемной силы крыльев этой штуковине не хватало, поэтому она постоянно проваливалась чуть ли не до раздолбанного асфальта, кожистые крылья махали в воздухе, как бешеные, а общая скорость хрени не сделала бы чести даже накачанной стероидами улитке.
Это было настолько сюрреалистическое зрелище, что даже я, за последние недели повидавший всякого и разного, половину чего я хотел бы забыть, а вторую — просто развидеть, обалдел и выпал в осадок. И если бы ружье было у меня в руках, эта штука могла бы запросто и улететь.