Суккуба
Шрифт:
Нет, такое не для Ани. Только не это. Да и опасно - громят офисы этих аферистов почем зря, слишком уж нарисовались, много народа обманули. Хозяин-то смоется, а девкам на телефонах нервы потреплют. И поделом! Нечего было тут сидеть, идиотки!
Каждый день она начинала со звонков по объявлениям работодателей, и день ото дня укреплялась в подозрении, что закончиться вся ее авантюра может вполне себе бесславно. И что нужно оставить денег хотя бы на билет до дома. Работодателям не нужны были выпускницы козельской средней школы, да еще и с одной ногой короче другой. Работодателям нужны программисты, переводчики, электрики и слесари на СТО. Или просто смазливые
Аня не обладала ногами, отросшими от ушей, и не готова была раздвигать их перед первым встречным работодателем. Потому перестала звонить по объявлениям, в которых содержался хотя бы небольшой намек на подобные отношения.
Дни шли, надежда таяла, как и деньги - хотя Аня и старалась питаться как можно скромнее. Ее уже тошнило от «Доширака», и от вареных вкрутую яиц с майонезом.
А потом ей повезло! По крайней мере - так показалось с первого взгляда. Ночной клуб-кафе-ресторан «Динамо» на окраине города - им требовались официантки, можно без опыта, зарплата небольшая, но чаевые - все ее! А что еще нужно? Уж ей-то точно надают чаевых, это - без всякого сомнения. Хромая может помешать, но если постараться, можно и скрыть свою хромоту. Будет почти незаметно!
После короткой беседы с директором, довольно молодым, симпатичным мужчиной за тридцать, тут же в бухгалтерию, и вот - она уже официантка. Пока что стажер, но это на неделю, не больше - выучится как следует, поднатаскается, и вперед, работай, греби деньги лопатой! Наконец-то, она нашла то, что хотела!
Нога болит после беготни - но это ничего, натренирует, ну...потерпит, если что. Зато - десять процентов от стоимости заказа - на карман!
Через три дежурства выяснилось, что не все так благополучно, как ей казалось. К ней подошла одна из девиц-официанток, вечно отирающихся возле администратора, моложавой женщины лет сорока, и сообщила, что тридцать процентов от чаевых Таня должна отдавать этой самой администраторше, иначе долго в «Динамо» не задержится, а если и задержится - будет обслуживать таких клиентов, что не только чаевых не дадут, а еще и с нее денег потребуют.
Таня не была дурой, все прекрасно поняла, вздохнула, и...согласилась. А куда деваться? У нее уже завелись кое-какие деньжата, посетители не скупились на чаевые для улыбчивой, милой девчонки, больше похожей на восьмиклассницу, чем на официантку третьеразрядного кабака. Не директору же идти жаловаться? Вообще-то так было всегда и везде - заработала бабла - поделись с начальником. Обычное дело!
Две недели она «наслаждалась», если можно назвать наслаждением беспрерывную беготню между кухней и столиками клиентов, и с удовольствием подсчитывала деньги, которые перепадали от щедрых, и не очень клиентов. А потом все закончилось - быстро, и глупо. Впрочем - как часто и бывает в этой непредсказуемой жизни.
«Динамо» начинала работать с семи вечера, но официантки приходили раньше, за час до начала работы - таковы правила заведения. Спокойно переодеться, умыться, накраситься, проверить столики, которые закреплены за тобой на предмет чистоты и порядка.
В этот вечер все пошло не так. Как только Аня появилась в дверях, с облегчением окунувшись в прохладу кондиционированного воздуха (после августовской уличной сырой московской жары просто кайф и наслаждение!), к ней тут же подбежала официантка Катя - старшая смены, та самая, что собирала деньги для администратора, и загадочно улыбаясь, сообщила, что
Нет, так-то Катя была в общем-то неплохой девкой - Аня видала девок и похуже, но никакого желания дружить с этой девицей у Ани не возникало. Поговаривали, что Катька мужчинам предпочитала женщин (девчонки-официантки шепнули по секрету), и в подругах у нее была та самая администраторша, у которой Катя и была на подхвате.
А еще - однажды Аня увидела в отражении то, с каким брезгливым лицом Катька смотрит на ее, Тани, изуродованную ногу. Будто увидела не девичью ногу, покрытую не очень-то и заметными со временем шрамами, а нечто отвратительное - вроде чумных нарывов, или стригущего лишая.
Секс?
Потом девки рассказали, что Катька высказалась при всех, что хромоногим инвалидам не место в приличном заведении. Да и вообще - инвалидам, не только хромоногим. А потому - от этой девки нужно избавиться как можно скорей. Но все как-то затихло, а Таня теперь старалась переодеваться так, чтобы никто не видел ее физического изъяна.
Не заходя в раздевалку, Аня прошла к кабинету директора, постояла у двери секунд десять, утихомиривая дыхание, осторожно постучала, дождавшись ответа, толкнула дверь.
Директор, Сергей Петрович, сидел на кожаном диване возле окна, широко расставив волосатые ноги, выглядывающие из широких шорт. Аня не общалась с ним после единственного разговора во время приема на работу, да и разговор этот был чисто формальным: «Откуда приехала? Сколько лет? Точно - девятнадцать?» - ну и все такое прочее. Потом она с ним только здоровалась, встречая где-нибудь в коридоре ресторана. Никаких чувств у нее он не вызывал - начальник, и начальник. Она ему никто, одна из десятков наемных работников - не модель, не стриптизерша. Всего-то и достоинства, что детское свежее личико. В общем - никаких у него с ней дел быть не может, кроме как служебных.
Так-то девки говорили, что директор не женат, но что у него случилось, почему не было семьи, детей - Аня не знала, а спрашивать стеснялась. Новенькая, ей не больно-то что расскажут. Да и не ее это забота - кто женится, и кто разводится. Нечего голову забивать чужими проблемами! А еще намекали, что время от времени он вызывает к себе официанток. Зачем - не говорили, но Таня догадывалась. И с замиранием в сердце ждала, когда это дело коснется и ее. На секс она точно не согласится, ну а если попросит поработать руками - почему бы и нет? От нее-то не убудет! Но минет делать не будет, это без вариантов!
– Иди сюда! - директор похлопал рукой по бежевой коже дивана рядом с собой, но потом вроде как передумал, махнул рукой - Дверь запри! На защелку запри, чтобы не мешали!
Он задумчиво почесал шею, склонив голову на бок, как здоровенная птица, и у Тани вдруг сжалось все внутри - закрывать дверь? Кто и чему помешает? Ответ напрашивался сам собой, но Аня упорно изгоняла его из головы, отказываясь признать очевидное. Зачем Сергею Петровичу она, хромоножка?! Да и он ей не больно-то нужен! Ей вообще сейчас мужики не нужны! Вот встанет на ноги, денег подзаработает, присмотрится - куда получше пристроиться, с ногой займется! Вытянет ее аппаратом Илизарова, шрамы в клинике заполирует - тогда можно подумать и о мужике! Сейчас ей точно не хотелось никаких отношений!