Суета
Шрифт:
Легендарный "Карбышев", (который по всей вероятности, всё время выступления Максима обливался холодным пОтом, переживая за себя и своё тёпленькое местечко...) когда Максим уже сел на своё место рядом с ним, долго и внимательно смотрел на него и потом, очень доходчиво изрёк: - "Ну, ты Максим и-и-и ...! Ну, ты...! М-м-м... Да...!!! Вот...!
= = =
ГЛАВА - 51.
"ЛЮБОПЫТСТВО не ПОРОК..., а "современный" Способ ПОЛУЧЕНИЯ Информации...".
–
– Ну, что Максим, потопали по свежему снежку..., окропим его кровушкой нашего лося..., нашего таёжного красавца!?
– сказал, Гуцман и несколько раз подпрыгнул, таким уже не раз испытанным способом, проверяя своё охотничье снаряжение. Что бы ничего, нигде не звякало, не брякало и не мешало при движении. Лыжи у него были приторочены за спиной.
На охоту, он собирался, как в бой, или через линию фронта за "языком...". Пётр Яковлевич, всегда очень серьёзно и с особой тщательностью готовился к охоте, не говоря уже о самой охоте. Максиму, эта черта в своём товарище очень даже нравилась.
– Давай, пошли...
– тоже немногословно, ответил Максим.
Они обогнули пятиэтажный дом, в котором оба проживали, через задний двор вышли на пустырь, и зашагали к лесу, по заснеженной, накатанной, почти, как ледяной каток, дороге. Было около шести часов утра. До тайги им надо было добираться, около двух с половиной часов.
Какое-то время они шли молча.... Каждый думал о своём, а возможно об одном и том же, а именно о предстоящей охоте на таежного красавца лося. И тут вдруг, вроде бы, ни с того ни с сего, без всякой видимой причины, Пётр Яковлевич, нарушив молчание, произнёс следующее:
– Слушай, Максим...! Хочу уже давно тебя спросить? Хоть это может и не мое, наверное, дело, и что, скорее всего так и есть по большому счёту, но всё-таки! Уж очень хот-ца...!
– Валяй, спрашивай, коль есть охота...
– вяло ответил Максим.
– Вот я тебя знаю уже достаточно долго и вроде бы должен очень хорошо изучить тебя. Ведь так...?
– Интригующее начало у твоего вопроса! Ну и дальше...?
– Нет, я вполне серьёзно, Максим. Не иронизируй. Ты для меня действительно до сих пор, как какая-то загадка. Прямо, как "кракскворд...", какой-то! Ну вот, к примеру, такой вопрос. Почему ты не женишься...? Или просто не заведёшь любовницу, как это делают многие другие товариш-чи...!
– Ну, во-первых, потому, что я уже был однажды женат и у меня, о чём ты прекрасно осведомлён и дети есть. Два сына. Это, во-первых. А во-вторых, отвечу вопросом на вопрос, любовницу то зачем заводить...? Какая цель "командировки"...? И откуда ты знаешь, что у меня, её нет...? А может у меня, их несколько. Я же тебе не обязан об этом говорить, как это сейчас делается на телеэкране. Кто кого и, как и сколько.... А уж тем более отчитываться. Верно...?
– Ну, перестань Максим, ты ж не ребёнок!? Ну, как это зачем...? Первый раз на свет, что ли народился...? Ты же живой человек! Чай не помер ещё...? И потом, никому и ни в чём не надо отчитываться. Все и без всяких отчётов и докладов знают, что у тебя никого нет. Не только я один. Ты сейчас живешь,
– Это уж точно, пока ещё не умер, иначе бы тебе некому было задавать свои вопросы. И для чего весь этот душещипательный разговор, да перед такой ответственной охотой...!? Не уходим ли мы немного в сторону от нашей главной цели!? А...!? Ты уверен, что он нам, так уж и необходим? Лось то наш где-то бродит в тайге, как неприкаянный, и, наверное, уже заскучал по нам, а мы тут с тобой устроили утренник вопросов и ответов. Как в детском саду. Не помешает основному делу...?! Неужто это так любопытно и занятно для тебя дружище?
– Не хитри Максим! Не увиливай. Отвечать-то тебе не очень хочется? Верно? Интересно только знать, почему...?
– Интересно говоришь...? Ну, что ж, попробую этот твой интерес удовлетворить. Только стихами, хорошо...?
– А своими словами, что нельзя...? Я бы лучше понял.... Да и потом, я совершенно не интересуюсь поэзией. Ничего из стихов не помню, кроме разве, что "я не поэт, но я скажу стихами..., пошёл ты...!", ну а дальше..., ты и сам знаешь.... Вот и все мои широкие и очень "глыбокие" познания в этих самых стихах.
– Я это знаю. А вот я в отличие от некоторых моих товарищей-друзей, в моей далёкой и в чём-то даже счастливой юности, сам писал стихи. Вернее пробовал писать. Но, к сожалению, ничего путного не получилось. Поэт из меня так и не вышел. Или наоборот!? Вышел совсем и навсегда и больше ко мне никогда не возвращался. Даже в гости не заглядывал...! А стихи некоторых поэтов люблю до сих пор. Ну..., А.С. Пушкина, к примеру, или Омара Хайяма. Великие мужи...! Оба смотрели вдаль, вширь и вглубь.
Я кстати, между ними, частенько, даже знак равенства провожу. Оба прорицатели, оба пророки. Ты когда-нибудь читал Омара Хайяма...?
– Нет Максим, я его, к моему большому стыду, а скорее больше к моему удовольствию, не читал. Доволен хитрец...!? У тебя есть одна очень занимательная черта Максим. И знаешь какая...?
– Ну, и какая же...? Открой нам свой секрет.
– Если ты не хочешь на что-либо дать прямой и исчерпывающий ответ, то ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос. Да так хитро и умело, что этим самым отдаляешь собеседника, нередко даже умного и проницательного, от сути своего же вопроса и всё больше и больше запутываешь его. Ты в этот момент, уж очень больно похож на паука..., который, не взирая ни на что, плетёт свою паутину. И человек зачастую, даже забывает, о чём он спрашивал в начале. Он запутывается и попадает в твою паутину, а затем попадает прямо на обеденный стол паука. Как в анекдоте, но только наоборот...
– "Профессор хотел запутать студента своими вопросами, а студент запутал профессора своими ответами...".
– Хочешь ответный еврейский анекдот по теме, вернее по тому, что ты сказал, что я частенько, не отвечаю на заданный мне вопрос прямо и слишком просто...?
– Давай, послушаем твой анекдот. Деваться то мне некуда.... Ты всё равно меня объегоришь Максим. Обдерёшь как липку. Одними только словами вчистую запутаешь....
– Ну, так слушай....
– "Один не еврей, возмущённо говорит еврею.
– "Почему вы евреи, никогда не отвечаете прямо...? Почему вы всегда отвечаете вопросом на вопрос...?" - Еврей очень внимательно выслушал все претензии своего возмущённого собеседника, и также очень серьёзно, смиренно и с почтением спросил, - "А как надо...!?"