Судья
Шрифт:
— Иногда случается недопонимание, но в целом неплохо. Вот, смотри, — и Тэм указал на разложенные на земле чертежи. — Это я, а это она. А вот энергетический кристалл.
— А это что за нагромождение квадратов? Погоди, дай догадаюсь. Судя по общей стилистике твоих… гм-м, рисунков — это куча дерьма, вид сбоку?
— Это город, Рон, — тяжело вздохнул Тэм.
— Да ладно? — недоверчиво хмыкнул Рон. — В таком случае очень удивительно, что наша ящерица способна тебя хоть как-то понимать. Почему бы тебе не прекратить заниматься ерундой и не обучить ее письменности? Гораздо проще запомнить
— Может, потому, что она не может услышать, как произносится слово, и поэтому буквы для нее бесполезны? — не выдержал маг. — А мои, как ты выразился, каракули все же легче ассоциировать с каким-либо понятием и запомнить, чем длинные ряды похожих друг на друга символов.
— Ну тогда учись рисовать еще более схематично, чтобы твои каракули занимали меньше места и можно было быстренько набросать пару фраз, — посоветовал мечник. — Ну не будем же мы постоянно таскать ваш словарь с собой и каждый раз рыться в этой стопке в поисках нужной картинки?
Тэм перевел взгляд на ворох изрисованных листов и вынужден был признать:
— А вот это была разумная мысль. Молодец, Рон. Лучше всего сразу сделать ставку на письменность как средство общения между нашими двумя расами. Просто слова писать будем не буквами, а…
— Каракулями! — радостно подсказал Рон. Тэм поморщился, но спорить не захотел, обреченно махнул рукой и согласился:
— Ладно, так и быть. Пусть будут каракули.
Таким образом понятие «каракули» было введено в обиход в качестве официального названия графических символов, изображающих слова — вместо иероглифов.
Тэм как раз успел выяснить, что и у людей, и у ящериц принято делить сутки на двадцать четыре часа — или три раза по восемь, если брать единицы счета небесных охотников, когда Элай на пару с Алварикой присоединились к остальным своим товарищам по группе.
Важные решения (3)
— Да, Тэм, вы с Чиа времени даром не теряли, — похвалил танк, выслушав краткий отчет о проделанной ими работе. — А как ты думаешь, когда можно будет боле-менее сносно объясняться с нашей крылатой спутницей? Ну или хотя бы дать ей понять, что мы планируем выдвигаться в поход, и заручиться ее согласием следовать за нами?
— Не знаю, Эл, — задумчиво протянул рыжий маг. — Мы с ней только начали, и работы предстоит непочатый край. А что, мы разве уже уходим? Подвернулось какое-то выгодное задание или есть другие причины для спешки?
— Другие причины. Сегодня утром я поговорил с Крэйгом, и он считает, что в Приграничье вот-вот начнется первая за всю историю региона клановая война. Между небезызвестными нам Лучами истины и их прямыми конкурентами Бестиями. Крэйг опасается, что присутствие в городе файербольщика станет причиной эскалации конфликта. Зря болтать он не будет, и причин не доверять ему у меня нет.
— Но с чего вдруг? — удивился Рон. — Да, на Юге клановой войной никого не удивишь, но я считал, что здешний народ поумнее будет. Да и делить им в Приграничье по большому счету нечего — монстров хватает на всех.
— Насчет монстров ты прав, конечно же, — тут же согласился Элай. — Конкуренция
— Но тогда как дошло до такого? — расстроенно спросил Тэм. — Насколько я понимаю, в случае серьезных разногласий искатели приключений обычно обращаются в свою Гильдию и та выступает в качестве арбитра, как это было в истории с хвостом нашей ящерицы. Разве нет?
— Все так, но здесь, похоже, дело зашло слишком далеко. Прошлой осенью был организован налет на резиденцию Лучей истины. Особого ущерба этот налет им не причинил, и даже обошлось без жертв, но, похоже, удар по самолюбию был нанесен нешуточный. И хотя зачинщик официально неизвестен, но Лучики уверены, что за нападением стоит Нанту. Это послужило началом конфликта, а наш файербол, получается, вывел его на новый уровень. На данный момент оба клана вовсю готовятся к военными действиям и крайне заинтересованы в том, чтобы привлечь файербольщика к себе — или хотя бы сделать так, чтобы этим козырем не смогли воспользоваться конкуренты. Я уверен, что они уже сделали свои выводы насчет того, кто именно является упомянутым козырем. А потому разумнее было бы уйти из Ориокса, чтобы не провоцировать их на необдуманные действия. Как в отношении нас, так и друг друга. В городе нас ничто не держит за исключением твоей, Тэм, миссии, так что…
— То есть как это — ничто не держит? — перебила танка возмущенная Алварика. — А как же приз за победу в Большой Охоте? Право организовать рейд в Провал? Я надеюсь, ни у кого из участников состязания не хватило наглости оспорить его результаты?
— Нет, с этим все в порядке. Крэйг подтвердил нашу победу и велел дать знать, когда мы будем готовы.
— Ну вот и славно. А если мы захотим передать свой приз другим счастливчикам за скромное денежное вознаграждение? Этот вопрос вы с ним не обсуждали?
— Обсуждали, — кивнул Элай, — но, боюсь, тут я тебя не порадую. Насчет продажи он не возражает, но практически уверен в том, что покупателей мы не найдем. Сильнейшим кланам Ориокса, которые могли бы сформировать рейд в Повал, теперь не до крупных покупок. Лучики готовятся к войне и даже практически не скрывают этого, и Бестии от них не отстают. Остальные кланы из первой десятки внимательно наблюдают за происходящим и на всякий случай тоже прикидывают собственные возможности и шансы. Если войну не удастся предотвратить, то за первой стычкой могут последовать и другие. И лишних денег ни у кого сейчас нет.
— А что насчет бесклановых групп вроде нас? — тут же спросила Алварика, которая не желала терять потенциальный доход. — Их-то клановые дрязги не сильно заботят. Возможно, среди них удастся найти покупателя.
Элай неопределенно пожал плечами. С его стороны было наивно ожидать, что Алва вот так просто согласится махнуть рукой на их приз — это он уже понял.
— Тогда я поработаю в этом направлении, — с готовностью вызвалась лучница. — Все равно Тэм пока не готов отправляться в поход, так что несколько дней у меня есть.