Судный День

Авраменко Александр Михайлович

Татьяна забилась в угол машины и с ужасом смотрела на Ольгу:

— Г-где я?

— Ты непонятливая? Я же сказала — Южное Гауляйтерство. А Метрополия находится на другом материке. Там и Москва, и Берлин, и Рим, и Лемберг!

— Этого не может быть, этого не может быть, этого не может быть…

Татьяна скорчившись на сиденье бормотала без остановки эти слова себе под нос не замечая ничего вокруг, пока хлёсткая пощёчина не заставила её вздрогнуть:

— Кончай, мы подъезжаем! Или мне придётся вызвать врача… На, глотни.

Протянула стаканчик, из которого пахло медициной. Монахиня послушно выпила, и вдруг ей стало легче. Немного посидев, спросила:

— А кто правит в Россиянии?

— Ты хотела сказать, в России?

— Нет, в Россиянии?

— А, это у вас…

— Где —

у нас?

— Понятно!

Она даже хлопнула себя по лбу:

— Тебе же никто ничего не сказал, ведь так?

— Да…

— Ты в параллельном мире, сестрёнка!

— Что?! Но это же… сказка!

— Если ты думаешь, что это тебе сниться — ущипни себя за руку, тогда поймёшь, спишь ты, или не спишь. Лучше посмотри в окно — такое ты вряд ли где увидишь!..

…Машина проехала по широкой аллее, покрытой розовым гравием и с обеих сторон посаженным кустарником, остановившись возле большого белоснежного дома с высоким крыльцом, где столпилась много народа.

— Ты как, пришла в себя?

Татьяна словно очнулась:

— Да… Спасибо. Немного.

— Тогда пошли — познакомлю тебя с со славным семейством Шраммов.

— Шраммов? Не Соколовых?

— Ну, глупенькая, не мог же Отто работать у вас под своей фамилией?

— Хорошо, хоть имя настоящее…

— Да, Отто Макс Шрамм. Без всяких фонов и прочих. Не принято у нас это как то. Всё, ладно, идём…

Она вышла первой, следом осторожно выбралась наружу монахиня и прищурилась от пронзительного, но ласкового солнца, стараясь рассмотреть тех, кто её встречает. Высокий седоватый мужчина с военной выправкой рядом с которым в кресле сидел старик. Дед и отец, как поняла она. Рядом — сухонькая женщина с когда тёмными, а теперь абсолютно седыми волосами, убранными в замысловатую причёску, в лёгком, но строгом длинном платье. Их дети — целая куча, человек десять мужчин, женщин, среди которых суетились дети. Всех их объединяло одно — внутренняя сила, которую она сразу почувствовала в Отто, серые пронзительные глаза, и рост у мужчин. Девушка замерла на месте, ощутив смущение, но тут же Ольга слега подтолкнула её и чуть приобняв, повела навстречу семейству. Татьяна еле передвигала ноги, поднимаясь по ступеням.

— Сидит — наш дед. Ему уже за девяносто. Если быть точным — девяносто восемь, но он ещё крепкий у нас. Живая легенда. Он воевал в Освободительную войну, завоёвывал этот материк. Его лично знали Кутепов, Гитлер и Муссолини! Наша гордость! А это — наш отец — Вилли Шрамм. Он — лётчик космической авиации. Есть ещё куча родственников, но они приедут позже, поскольку — кто где, кто на Поясе, кто — в ближнем Внеземелье, кто в чумных землях. Так что — увидишь всех…

Татьяна не слушала, что шептала её сестра Отто, словно кукла, с трудом передвигая негнущиеся ноги подошла совсем близко к старику. Тот легко, словно и не было почти века за спиной поднялся и щёлкнув каблуками, склонил голову в лёгком поклоне, затем выпрямился и чётко произнёс без малейшего акцента:

— Маршал авиации Нового Союза в отставке Макс Отто Шрамм. Добро пожаловать в семью, девочка! Я вижу, что мой оболтус внук сделал правильный выбор! Подумать только — в ТАКОМ мире найти ТАКУЮ жемчужину! Молодец!

Все вдруг радостно зашумели бросились к девушке, стали её обнимать, пожимать руки, дети тянули за одежду, их оттаскивали мамаши, а в её ушах стучало: "…мой оболтус внук сделал правильный выбор… Но я же МОНАХИНЯ! Я ЕГО невеста, а не Макса! И почему он не спросил меня? Хочу ли я этого? Или — хочу?"

Земля -2. АЗЛК. Москва.

Рейхсмаршал госбезопасности Соколов сидел за столом, наслаждаясь крепким кофе и задумавшись. Дела шли не так хорошо, как бы ему хотелось. Конечно, рано или поздно местные спецслужбы обратили бы на них внимание, в этом не было сомнений. Но по его расчётам, произошло ЭТО слишком рано. Слишком. Ещё где — то квартал у них был относительно спокойным. Это потом бы пришлось форсировать события, а до Нового Года всё должно было идти своим чередом. Впрочем… Покушение на Отто ничего не прояснило. Группа поддержки превратила нападающих в мелко нарубленный фарш, но генетическая экспертиза определила, что большинство нападавших было иверами.

За исключением водителя, оказавшегося местным. По спроектированным портретам уже шёл поиск в Сети, благо, оказавшейся в ЭТОМ мире. Пусть и в зачаточном состоянии, но можно было ждать положительного результата, благо их технику Новый Союз опережал лет на пятьдесят, а кое где — и больше… Отто, обезумев от ярости, когда ранили его попутчицу, настоял на том, чтобы перебросить монахиню к себе. Гюнтер вынужден был уступить, иначе бы парень мог наломать дров. Впрочем, вернулся он быстро, буквально через пару часов, как раз когда были готовы результаты экспертизы. Молодой Шрамм был доволен до ужаса и загадочно улыбался. Ладно. Монашка — его проблемы. А у меня — КТО на нас вышел. Моссад? Но они не стали бы использовать соплеменников, скорее — наняли бы местных или арабов. Очень редко иверы играют в белую. Чаще — в тёмную. Впрочем, сами они работают тогда, когда уверены в результате. А здесь, стрельба в центре Москвы, слишком нагло. Тогда кто? АНБ, ЦРУ, Ми-6? Явно кто-то из них. Или — уголовники? Они не раз пытались подъехать к отделениям «ДР-И», но это всегда заканчивалось одни и тем же: захватив пришедшего с предложением крыши, ему вкалывали сыворотку правды, а потом шли по цепочке, зачищая все звенья без всякой пощады. Только тёмные пятна оставались на земле или асфальте… И уже многие россиянские посёлки и города были очищены от организованного криминала. Так что — вряд ли. Бандиты сейчас затаились… Значит, придётся ждать результатов поиска. Пока умные машины не перелопатят систему в поисках совпадений. Остаётся ждать… Рейхсмаршал поднялся и вышел из своего кабинета. Секретарши уже не было, только охранник, вскочивший при виде Соколова и отдавший честь торчал к тамбуре. Внезапно из динамика телевизора, установленного здесь же для гостей, громыхнуло, а потом послышался женский визг. Манн покраснел и сделал движение к экрану, чтобы убрать звук.

— Развлекаемся? Что смотрим?

— Да тут… это… господин рейхсмаршал… фильм местный. И представляете, в главной роли — генерал-фельдмаршал панцерваффе Шварцнеггер! Не утерпел, виноват, господин рейхсмаршал! Больше не повторится!

— Ну-ну… Стоп! Сам Шварцнеггер?!

Гюнтер не поверил своим ушам — "Бешеного Арни" он знал ещё по юнкерским временам. Их койки стояли рядом в казарме Санкт-Петербургского Юнкерского училища, и Арнольд частенько подшучивал над Гюнтером. Не всегда, кстати, добродушно… Вспомнив одну из «шуток» Соколов поёжился, затем решительно уселся перед экраном.

— Давай изображение!

Охранник смущённо включил яркость и картинка налилась краской. Вначале сюжет был непонятен, но потом, по ходу действия прояснилось, что Арнольд играет доброго дядю, коммандос в отставке, у которого плохие дяди украли дочку, чтобы заставить выполнить нехорошее задание. Естественно, Арни решил плохими делами не заниматься, а просто перебить всех плохих. Чем с успехом и занимался, кроша негодяев в капусту. Изображение было плоским, что не очень помогало воспринимать картинку, но тем не менее невольно рейхсмаршал увлёкся, и даже пару раз похлопал в ладоши, особенно, когда тот главного негодяя пришпилил к баку трубой. Нет, в жизни тот Шварцнеггер, которого знал Соколов был поменьше, посубтильнее, что ли… Но тоже внушал почтение своими мощными плечами. А потом… потом рейхсмаршал вздрогнул — на экране появилась героиня. Позор! Истинный ариец "Бешеный Арни" и какая то… Гюнтер застыл в кресле, напряжённо всматриваясь в экран, пока не поползли титры. Наконец, всё закончилось, Он отметил про себя дату съёмки — почти двадцать лет назад… Неплохо! Для него, пожалуй… Он поднялся и позволил себе пошутить:

— Я не думал, что генерал-фельдмаршал такой актёр. Интересно, есть другие фильмы с его участием?

— Есть, господин рейхсмаршал! Я точно знаю! У нас тут ребята коллекцию целую собрали.

— О! Тогда будьте любезны, перепишите мне все названия. Я сделаю подарок Арнольду…

И ехидно усмехнулся…

…Завидев ночной магазин, Гюнтер приказал водителю остановиться и вошёл внутрь. Чутьё его не подвело — на прилавках был богатый ассортимент местных видеоносителей в виде примитивных лазерных дисков. Но что покупать? Он беспомощно осмотрелся…