Судьба

Ш. Наталья

– Нет. Пожалуйста, – молю я.

– Малышка. Забудь. Ты тоже безумно этого хочешь, – он возвращается к моим губам, прикусывает их.

– Нет. Не сейчас, - нагло вру я. Роберт усмехается мне в губы. Отодвигает давно промокшие трусики, проводит пальцем по складочкам.

– Врушка. Твое тело говорит об обратном.

– Ну пожалуйста, я так не могу, – делаю последнюю попытку. Хотя внутренний голос кричит, чтобы он не останавливался. Но черт, он останавливается, тяжело дышит,

сдвигает мои трусики на место. Подносит пальцы, которые только что ласкали мои складочки, к губам, облизывает их.

– Ты такая вкусная, терпкая, – целует мои губы. Отстраняется, поправляет мой бюстгальтер. Медленно застегивает мою блузку. Достает сигарету, прикуривает ее. Глубоко затягивается, выпуская дым мне в лицо.

– Здесь нельзя курить, – зачем-то говорю я. Роберт хищно улыбается, демонстративно затягивается еще раз.

– Так оштрафуйте меня, Елизавета Андреевна, – я поправляю юбку, разглаживаю ее. Нагло выхватываю у него сигарету, глубоко затягиваюсь, отдаю ее назад. Так же нагло улыбаюсь ему в ответ.

– Ох, а она еще и дерзкая. Бегите, Елизавета Андреевна, пока я не наказал Ваш дерзкий ротик. Бегите, - я подхожу к двери, открываю ее, взвизгиваю, когда Роберт шлепает меня по заднице и убегаю к себе в кабинет.

Когда я возвращаюсь, нет, не так. Когда я влетаю в кабинет, пытаюсь выглядеть максимально собранной. Милая пожилая пара как-то странно на меня смотрит и загадочно улыбается. Смотрю на себя в зеркало и с ужасом понимаю, что моя помада размазана. Черт. И этот гад мне ничего не сказал! Быстро вытираю помаду. Пытаюсь продолжить наш разговор. Облегченно вздыхаю, когда все же довольная пара покидает мой кабинет. Но, не тут то было. Следом за ними в дверь врывается Роберт. Со словами «вот ты и попалась», подходит ко мне, резко разворачивает к себе спиной, заводит мои руки за спину, удерживает их одной рукой, другой надавливает на спину, заставляя меня лечь на стол.

– Что ты делаешь?! – возмущенно кричу я. О, боже, это похоже на захват заложников, а не секс. Но Роберт пленных не берет. Он убивает, быстро, резко и на повал. Он наваливается на меня сверху, убирает мои волосы в сторону, прикусывает мою шею. Подбирается к уху, прикусывает мочку.

– Я наказываю Вас, Елизавета Андреевна, – шепчет мне в ухо.
– Это еще одно правило. Если Вы мне отказываете, дерзите, будьте готовы принять наказание, - я хочу что-нибудь ответить, возразить, что это так не правильно, грубо, мне даже немного больно. Но с ужасам понимаю, что мне это нравится, это возбуждает, обжигает, заставляя мое тело пылать. Черт, похоже, я - извращенка, меня заводят грубость и боль.

– Руки на стол! – следует очередной приказ, и я подчиняюсь.

– Молодец. Умница, – его голос становится бархатистым, вибрирующим. Я четко ощущаю что это – то, что ему нравится. Ему нравится управлять, доминировать, держать все в своих руках.

– Ну, вашу же мать! Вы когда-нибудь научитесь закрывать дверь! – слышу бодрый, но возмущенный голос подруги.- Или вас заводят зрители?! – я чувствую, как напрягается Роберт. Его рука, которая лежит на столе перед моим лицом, сжимается в кулак. И не удивительно, второй облом за последний час. Мне и самой

хочется ее убить.

– Твоя подруга когда-нибудь научится стучать?! – спрашивает он меня, но говорит это очень громко.

– Научусь, когда вы научитесь запираться, – язвит подруга. Роберт медленно поднимается с меня. На меня вдруг нападает нервный смех. Ну это действительно смешно. Я лежу лицом на столе и смеюсь. Ну вы уже знаете, что я не нормальная, так что это не должно вас удивить. Слышу, как Ксюша тоже начинает хихикать.

– Рад, что вас это все забавляет! – недовольно шипит Роберт. – Поднимает меня со стола, разворачивается и быстро подходит к двери.

– Ты куда?! – Кричу ему вслед, бросая на подругу гневный взгляд.

– На свежий воздух, Елизавета Андреевна, – бросает он недовольно мне.

– Похоже, кому-то надо остыть, – смеясь, говорит Ксюха. Роберт покидает мой кабинет, громко хлопнув дверью. Ксюха виновато смотрит на меня.

– Прости, – тихо говорит подруга. Я ничего не отвечаю, лишь киваю ей в ответ.

– Ох, похоже, тебе тоже надо на свежий воздух. Судя по вашей позе, завелись вы не на шутку, – смеется она.
– Но Лиза, научитесь, в конце концов, закрываться. Это хорошо, что зашла я, а если это были бы твои сотрудники или клиенты?

– Прекрати меня отчитывать. Все я понимаю. Просто с ним я теряю голову, – подруга загадочно улыбается. Садится на диван, внимательно смотрит на меня. Стоит сказать, что после моего приступа мы с ней больше не виделись.

– Ты больше на меня не злишься? – виновато говорит она. Подхожу к ней, сажусь в кресло напротив.

– Нет, уже нет. Возможно это и к лучшему, что ты объяснила все Роберту. Я просто не смогла бы этого сделать. Но ты могла бы не рассказывать ему это так подробно.

– Могла, – тихо говорит она.
– Прости меня, пожалуйста. Я просто хотела, чтобы он понял, что с тобой происходит. И больше не делал каких либо ошибок.

– Да ладно тебе, все нормально, – говорю я.

– Вот и хорошо, – расцветает Ксюша. – Дверь моего кабинета распахивается. Роберт молча проходит. Подходит ко мне. Протягивает руку, я не понимаю чего он хочет, вкладываю свою руку в его. Он тянет меня на себя. Поднимает на ноги. Сам садится в кресло, дергает меня на себя, вынуждая сесть ему на колени. Зарывается в мои волосы, глубоко вдыхает. Его тяжелый парфюм смешан с горьким запахом табака. Похоже, кто-то успокаивал нервы.

– Вообще-то, у нас здесь женский разговор!
– возмущается Ксюха.

– Ксюша! – одергиваю я ее.

– Можете продолжать свой разговор, – любезно «разрешает» нам Роберт. – Ксюха закатывает глаза.

– Как ты его терпишь? – ничего ей не отвечаю. Просто посылаю в ее сторону вопросительный взгляд.

– Итак, - продолжает подруга. – Сегодня у нас девичник.

– Как сегодня? Почему сегодня?!