Судьба
Шрифт:
— ЖАЛЬ? — Икинцыцы 1 разозлился на нее, — Ты конченная стерва и шалава. Я никогда на счет смерти не шучу и не блефую! Тебе лишь бы смеяться. Что, рада, что у моего товарища горе? Да? Что ты можешь понимать в потере семьи? Укусуцу стал сиротой. Отец бросил его и его маму. Она отдала всю жизнь, чтобы вырастить Укусуцу. Он остался один без своей семьи, но я со своими товарищами будем ему, как братья. Тебе смешно сейчас? А? Твои родители тоже пережили смерть своих родителей. Спроси у них для приличия, что и как это бывает, когда теряешь родителя, — слова Икинцыцы 1 шокировали Рэйнбоу.
— Да ты… — она влепила ему мощную
— Ребят, может, хватит? — попросил Икинцыцы 2.
— Знаешь, я тебя тоже ненавижу. Прикинь, я никогда в жизни не испытывал такой сильной ненависти, как к тебе. Я даже Аню так не презираю, как тебя. Даже Матвея. Даже твоего Соарина, не говоря о Максе «Злодее». Ты наглая конченная стерва. Готова продать свою шкуру лишь бы избавиться от меня. Я тебя ненавижу не потому, что ты мне зла желаешь, а потому что тебя больше никто не беспокоит. У кого-то что-то случилось, а тебе хоть бы что. Тебе абсолютно не жалко других. А если бы умерла мать у одной из твоих подруг? Что, тоже начала ха ха ловить? А если бы твои родители умерли, а над тобой смеются, тогда что? — нагрубил ей Икинцыцы 1.
— ЗАМОЛЧИ! — она влепила вторую пощечину, — Еще раз скажешь про моих родителей хоть слово и я тебя уничтожу на месте. Я ненавижу тебя за то, что ты существуешь. Ты просто ходячее бешенство! ТВАРЬ! — она еще раз ударила его от злости.
— Ненависть ко мне — это одно. Я таков. Ненавидь меня сколько тебе угодно, хоть целую вечность, но причем тут другие? Что они тебе сделали, чтобы ты смеялась над чужим горем? Вести себя высокомерно и гордо по отношению ко мне — это одно. А по отношению к другим за что? А? Тебе наплевать на жизни других? Если случится у них горе, тогда что?
— Слушай сюда, тварь болтливая! — Рэйнбоу грубо схватила его за шкирку, — Я не смеялась над Укусуцу! Я смеялась над тобой! Я ненавижу исключительно тебя! Я желаю зла исключительно тебе. И я жутко радуюсь, когда ты в плохом настроении. Мне наплевать лишь на твою судьбу! А Укусуцу мне в действительности жалко. Я могу на твоих глазах поддержать его, обнять и даже поцеловать, чтобы он успокоился. Я не такое бессердечное существо, как ты. И даже если твои родители сдохнут, то я не буду смеяться. А вот твоей смерти я буду очень сильно рада. Я буду счастлива, если ты подохнешь, как конченная собака! ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ? Я НЕНАВИЖУ ЛИШЬ ТЕБЯ! Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ СДОХ! ПОНЯТНО? Я ХОЧУ УГРОБИТЬ ТЕБЯ, ЧТОБЫ ВСЕ БЫЛИ СЧАСТЛИВЫ! ТЫ ПОРТИШЬ НЕРВЫ ВСЕМ! ТЫ САМОЕ БЕССЕРДЕЧНОЕ СУЩЕСТВО НА СВЕТЕ! ТЫ КОНЧЕННАЯ ТВАРЬ! ПОНЯТНО? МНЕ БУДЕТ ЖАЛЬ, ЕСЛИ УМРУТ ТВОИ РОДИТЕЛИ, НО Я БУДУ СЧАСТЛИВА, ЕСЛИ ТЫ ПОДОХНЕШЬ, КАК КОНЧЕННАЯ СОБАКА! СЛЫШАЛ? КАК КОНЧЕННАЯ СОБАКА! УЛИЧНОЕ ОТРЕБЬЕ! МРАЗЬ! ТЫ ПОНЯЛ МЕНЯ? Я СМЕЮСЬ ТОЛЬКО НАД ТОБОЙ! Я РАДУЮСЬ, КОГДА ТЕБЕ ЛИЧНО ПЛОХО, А НЕ КОГДА ДРУГИМ ПЛОХО! ВСЕ? ТЫ ДОВОЛЕН?
Рэйнбоу высказала все, что чувствует к нему. Икинцыцы 1 не был удивлен ее словами, хотя она стала первой, кто нагрубил ему, даже переборщив. Ее слова обидели бы любого или разозлили бы. Но только не Икинцыцы 1. Ему было важно, чтобы Рэйнбоу не смеялась над Укусуцу и не радовалась горю других. Он не боялся ненависти к себе. Поэтому спокойно повернулся вперед, не испытывая к ней злости после этих слов. Это и привело ее в шок. А про других и стоило было молчать, даже Укусуцу временно забыл
— Ну ладно. Хорошо, что не над Укусуцу смеешься, — спокойно произнес Икинцыцы 1.
— Эй, чего такой спокойный? — удивилась Рэйнбоу, сама успокоившись после всего, что наговорила.
— Легче стало?
— А тебе-то какое дело?
— Я просто спросил, — Икинцыцы 1 был абсолютно спокоен.
— Да, — нахмурилась Рэйнбоу.
— Желай мне зла, испытывай ненависть ко мне, но только не делай больно другим. Мне вообще по барабану, кто меня ненавидит. Мне по барабану, кто чего желает относительно мне. Главное, чтобы над моими близкими не смеялись. Особенно над Укусуцу, потому что за него я уничтожу любого. А мне ты говори все, что душа пожелает, — Икинцыцы 1 открыл тетрадь и принялся что-то рисовать.
— Хм. А как мама Укусуцу умерла? Из-за чего? — спокойно спросила Рэйнбоу.
— Тебе-то какое дело? Живи своей жизнью. У тебя же роскошь. Ты в этом ничего не понимаешь.
— Хватит, Икинцыцы 1. Рэйнбоу стало интересно. Не веди себя, как полное чудовище, — отругал его Джеки.
— А я и есть чудовище, — спокойно ответил Икинцыцы 1.
— Но только не на наших глазах. Расскажи ей, раз стало интересно, — попросил Кики.
— Сами расскажите. Мне нечем делиться со стервой, которая ничего не понимает.
— Заткнись! — Рэйнбоу влепила ему подзатыльник, — Я все понимаю!
— Хех. В любви ты понимаешь, как максимум. Иди за Соарином побегай. У вас же счастливое будущее впереди как бы, — огрызнулся Икинцыцы 1.
— Дэши, не трать нервы на него. Пусть болтает себе. Поддержи Укусуцу. От этого польза будет от тебя. И он заткнется, — попросил Икинцыцы 2, после чего Рэйнбоу устало вздохнула и подошла к Укусуцу.
— Укусуцу, ты прости меня за все. Я грубо себя веду и случайно тебя задела. Я не думала, что все так серьезно. Мне очень жаль, что так произошло. Я понимаю, каково потерять родную мать, — она обняла Укусуцу, который почувствовал поддержку.
— Спасибо, Рэйнбоу… Не извиняйся. Ты не причем. Лучше успокойся. Мне больше нравится, когда ты спокойная. Мне от этого спокойней станет, — в слезах сказал Укусуцу.
— Не плачь. Если тебе будет от этого спокойней на душе, то я успокоюсь. Хочешь, я тебе что-нибудь куплю? Я все сделаю, чтобы ты улыбался. Скоро мои подруги придут, включая Флаттершай. Ты без поддержки не останешься. Поверь мне, Укусуцу, — Рэйнбоу улыбнулась ему в лицо, а потом в кабинет вошла Заира с Сиражем.
— Здорова, парни. Как там Укусуцу? — спросил Сираж.
— Потихоньку, — ответил Шенки, после чего Заира подошла к Укусуцу.
— Укусуцу, — замстаросты обняла его, — Прими мои соболезнования. Я знаю, каково это. Хотя я потеряла отца вместо матери, но… потерять мать куда больнее. Сираж тоже понимает, так как у него только мама осталась. Ты не будешь один, Укусуцу. Обещаю, — у Заиры пошли слезы.
— Спасибо, Заира, — Укусуцу тоже выпустил слезы.
— Отдохни от мыслей, старик, — попросил Сираж, — Скоро привыкнешь.
(Звучит трек «Sonic the Hedgehog 2006 — My Destiny») Вскоре в кабинет вошли «Винкс». Все девушки подошли к Укусуцу сразу, а первой подошла Блум. Укусуцу начинал понимать, что он далеко не лишний в группе.