Судьба принцессы
Шрифт:
Я поежилась. Убийцы, маньяки и психические расстройства встречались у драконов крайне редко.
– У меня нет причин усомниться в правдивости твоих слов, – произнесла я. – Исходя из услышанного, я могу сделать вывод, что лорд Дэнис очень справедливый, хороший и благородный. Но как тогда объяснить, что сегодня он меня оскорбил?
– Вы не рассказывали, что именно произошло, но я могу догадаться…
– Он покусился на меня, хотя до свадьбы еще два месяца! – возмущенно сообщила я, скрестив руки на груди. – Разумеется, я смогла за себя постоять,
Айрен отвел взгляд. Кажется, подобные откровения от знатных леди были для него в новинку.
– Наставник никогда бы не стал приставать к девушке против ее воли… Боюсь, если я озвучу вслух свое предположение, Вы захотите ударить меня по лицу, – осторожно произнес Серый.
– Что ты имеешь в виду? – прищурилась я.
Парнишка посмотрел мне в глаза.
– Вы ведь не знаете, какая специализация магии у лорда Дэниса?
Я покачала головой. Разумеется, у всех стихийных драконов кроме умения управлять огнем, водой, землей и воздухом имелась своя уникальная специализация. У меня это было целительство.
– Огненная эмпатия, – все так же осторожно подводил меня к нужной мысли Айрен. Несколько секунд я смотрела с недоумением, потом залилась краской и закрыла лицо руками.
Стихийные эмпаты – редкая разновидность драконов, способных чувствовать эмоции своей стихии. У воздушников это любопытство, изумление, безразличие, злорадство. У земных – тоска, ревность, блаженство, радость. Водные эмпаты считались самыми полезными, потому что чувствовали настоящую любовь, а также симпатию, горе и тревогу.
Для огненных эмпатов ничего не стоило почувствовать страх, гнев. А еще желание и страсть.
Более того, эмпаты отличали эти эмоции гораздо увереннее, чем даже те, кому они принадлежали. То есть, пока я гадала, что со мной происходит и трясущимися руками пыталась вливать целительную энергию, лорд Дэнис ясно увидел появившуюся внутри меня страсть.
– Видимо, он почувствовал в Вас что-то такое…
Я жестом прервала Айрена, продолжая отчаянно краснеть.
– Но то, что наговорил мне после, не имеет никаких оправданий!
Айрен кивнул.
– Не знаю, что он Вам сказал, леди Ремильда, но прежде чем судить строго моего наставника, подумайте о том, что у него уже год никого не было. И за исключением той Серой, что пропала год назад, в течение десяти лет девушки смотрели на него со страхом, который он прекрасно чувствовал, как бы они ни пытались скрыть это. Кто-то с жалостью, что тоже немногим лучше. А тут появились Вы, не проявили ни малейшего страха, ежедневно исцеляли его – но не потому, что жалели, а потому, что Вам это было интересно. Потому что это особенность Вашей магии. А сегодня он почувствовал… – парнишка запнулся, отвел взгляд. – В общем, наверное, это было взаимно, и он просто не смог сдержаться, – сумбурно закончил Айрен, стараясь смотреть куда угодно, только не на меня.
– Какой кошмар, – пробормотала я. – Как мне теперь смотреть ему в глаза? Если он всякий
– Простите, леди, но что же в этом ужасного? Испытывать желание к тому, кто вскоре станет Вашим супругом, это редкая удача для брака по расчету! Гораздо хуже, когда этого нет. Таким драконам все равно приходится жениться и обзаводиться наследниками.
После его слов я посмотрела на всю ситуацию под совсем иным углом.
– Ты слишком умен для Серого и для своих лет, – прищурилась я.
– Я воспитан при дворе, моим обучением занимается наследный огненный принц лично, – напомнил Айрен, едва заметно улыбаясь. Кажется, он был доволен моей реакцией.
– Не рассказывай о нашем разговоре лорда Дэнису, – попросила я. – Пусть это пока останется между нами. И спасибо, я многое осознала.
Парнишка кивнул.
– Само собой, леди.
– Но, тем не менее, он оскорбил меня. Поэтому передай ему, что я жду извинений!
***
Ранним утром следующего дня раздался стук в дверь. Кэти поспешила открыть. На пороге стоял Айрен.
– Леди Ремильда, разрешите войти?
Я кивнула.
Серый вошел внутрь, я отослала камеристку в соседнюю комнату. Парнишка проводил ее заинтересованным взглядом.
– Лорд Дэнис Овальди просил передать вам это, – поклонившись, произнес он и протянул мне свернутый в трубочку маленький пергамент, перевязанный алой ленточкой.
Я приняла записку.
– Разрешите идти? – с надеждой уточнил Айрен и попытался сделать шаг в сторону двери.
– Не разрешаю!
Я сняла ленточку и расправила бумагу. Там была лаконичная надпись, сделанная аккуратным ровным почерком с сильным нажимом.
«Прошу принять мои извинения за вчерашнее, леди Ремильда. Д.О.»
Мои брови поползли наверх. И что, это все? Я на всякий случай перевернула записку, но на обратной стороне ожидаемо ничего не обнаружилось. То он готов вызвать на дуэль моего брата за оскорбление, то посылает невразумительные послания, когда провинился сам.
На моих губах появилась хищная улыбка, не предвещающая ничего хорошего. Подойдя к камину, я демонстративно сожгла пергамент в огне. Развернулась к Айрену.
– Такие записки путь передает горничным или кухаркам! Я же не потерплю к себе такого отношения! Если лорд Дэнис считает, что с меня хватит подобного извинения, то передай, что теперь я оскорблена еще больше! Теперь можешь идти.
На мгновение мне показалось, что в глазах Айрена промелькнул задорный огонек. Нажется, наша игра в кошки-мышки его несказанно забавляла.
– Будет исполнено, леди Кайль! – с этими словами парнишка поспешил выйти. Через пару секунд в комнату вернулась Кэти. Вчера я рассказала ей о произошедшем и мы сплетничали до середины ночи.
– Ой, что же теперь будет! – округляя глаза, спросила она. Не оставалось сомнений, что девушка подслушивала под дверью. Но если бы я не желала, чтобы она узнала о разговоре, то отправила ее не в соседнюю комнату, а в коридор.