Судьба на выбор
Шрифт:
– Эмма, это был не просто секс. Ты понимаешь?
Я молча кивнула, не зная, к чему он клонит.
– Мы со всем разберемся. Будем часто видеться – я смогу возвращаться каждые три месяца. И ты, наверное, тоже сможешь прилетать…
– Значит, отношения на расстоянии, – тихо произнесла я, глядя на льющееся в стеклянные двери солнце и стараясь не показать, как сильно задета его словами. Не знаю, чего я ждала или на что надеялась… Хотя нет, вру – знаю, и это совершенно точно не полеты через океан и короткие свидания. Мне хотелось большего:
– Да, трудно, – продолжил Джек, обнимая меня за талию. – Но мы справимся.
Я натянула на губы улыбку. Между нами с Джеком что-то было – сильное и неоспоримое чувство. И лишь теперь я начинала понимать, насколько у нас разные представления о том, что с ним делать.
– Думаешь, не получится? Ты не этого хочешь?
Я пыталась сморгнуть колючие слезы.
– Нет. Не совсем.
Улыбка исчезла с его лица – впервые за все утро.
– Мы оба знаем, что ничего не выйдет. Это меня и останавливало. У тебя здесь семья, и ты ее не бросишь; я свою тоже. Наверное, лучше бы мы не…
Я поспешно приложила палец к его губам.
– Не смей. Даже не думай об этом.
Мы грустно улыбнулись друг другу. Я пыталась не выдавать своих сомнений. У нас обоих есть серьезные причины жить на разных концах света, но чьи – более весомы? Что, если Джек просит гораздо больше, чем способен предложить взамен?…
– Не хочу тебя терять, – тихо сказал он, убивая своей нежностью.
– Тогда останься, – прошептала я, сама понимая, что нечестно просить его отказаться от недавно обретенной дочери.
– Поедем со мной, – предложил Джек. Я покачала головой, хотя перед глазами замелькали соблазнительные образы светлого будущего. – Эмма, у нас все получится. Мы справимся. Что-нибудь обязательно придумаем… – Он умелым поцелуем сломил сопротивление. – Соглашайся.
Мне ужасно понравилось готовить вместе с ним завтрак. Джек старался лишний раз пройти мимо, поцеловав при этом или хотя бы прикоснувшись. И даже стоя на другом конце кухни, поджаривая на плите тосты, я чувствовала его жадный взгляд. Насытившись – по крайней мере, едой, – я хотела убрать со стола, но Джек перехватил мою руку.
– Оставь, сам потом уберу. А сейчас на тебя есть другие планы.
Он выпрямился во весь немаленький рост. Рывком поднял меня и усадил на стол. Зарылся пальцами в волосы, притягивая ближе. И поцеловал – так жарко, что мы забыли про необходимость дышать.
– Поверить не могу, что у нас всего четыре дня, – с сожалением пробормотала я, не отрывая губ от его шеи.
– Вообще-то меньше, – ответил он с тоской. Я откинулась, опираясь на локти, чтобы заглянуть ему в лицо. – Мне на два дня придется уехать в Лондон. Важные дела. И отменить встречи нельзя.
У меня разочарованно вытянулось лицо. Джек тоже заметно погрустнел.
– Поедем со мной, – вдруг попросил он. – Я все равно не целыми днями буду занят… Да и в конце концов, в нашем распоряжении останутся ночи…
– А давай, –
Джек широко улыбнулся, поражая в самое сердце, и опять притянул к себе. Теряя голову от поцелуя, я едва заметила, как он принялся расстегивать мою рубашку. Руки, неторопливо двигаясь по разгоряченной плоти, накрыли грудь, большие пальцы затеяли игру с сосками. Я застонала, и Джек довольно зарычал. Вдруг до нас донеслось отдаленное эхо стука в дверь.
Я дернулась, но Джек не отпустил.
– Не обращай внимания, – недовольно рыкнул он. – Наверное, почтальон. Сейчас сам уйдет.
В дверь опять заколотили, а в затуманенную страстью голову попытался пробиться тонкий внутренний голосок, напоминавший, что сегодня воскресенье, а по выходным почту не доставляют. Однако я отмахнулась от него, сосредоточившись на дивных ощущениях. Джек просунул обе руки под мою рубашку и прижал к себе. Стук затих.
– Видишь, я же говорил…
Я потянулась к его поясу, нащупывая язычок молнии, как вдруг краем глаза заметила мелькнувшую за окном тень. В дверь опять заколотили, причем громче, потому что незваный гость обогнул дом и теперь ломился в черный вход.
Мы с Джеком отпрянули друг от друга, и я трясущимися руками кое-как запахнула полы расстегнутой рубашки – моя нагота была прекрасно видна взбешенному мужчине за прозрачными дверями.
– Ты какого черта не берешь трубку?! – Вопли Ричарда слышались даже сквозь стекло.
Джек пошел к двери, а я оцепенело застыла, по-прежнему сидя на столе.
– Что? – только и выдавила я, от потрясения утратив дар речи. Джек возился с замком, а Ричард продолжал орать:
– Телефон, Эмма! Где твой гребаный телефон?! Ты почему не отвечаешь? Я уже несколько часов не могу до тебя дозвониться!
Замок наконец щелкнул, и Ричард ворвался в дом и, не обращая внимания на Джека, бросился ко мне – точь-в-точь как разъяренный бык на красную тряпку. Я неуклюже сползла со столешницы, втягивая голову в плечи, однако в последний момент Ричарда перехватил Джек. Тот смерил его взглядом, злобно выплюнув:
– Убери руки!
На один ужасающий миг показалось, что сейчас начнется драка. И все же Джек, помедлив, разжал пальцы. И тут же одним шагом встал между нами, молчаливо обещая вмешаться, если Ричард вздумает меня тронуть.
Испуг и смятение, вызванные внезапным появлением Ричарда, несколько улеглись, и по венам побежал холодок предчувствия.
– Почему ты не отвечала? – опять прогремел Ричард, едва ли не брызжа слюной от ярости.
«Потому что телефон в сумке, а та в машине, ведь я так торопилась к Джеку в постель, что совсем про нее забыла».
– Что случилось? – с тревогой спросила я, но Ричард, кипя от злости, не удостоил меня ответом. Впрочем, учитывая зрелище, открывшееся сквозь стекло, у него были основания сердиться.