Судьба и ее перипетии
Шрифт:
Мужчина оказался ненамного младше Бернарда, как тогда показалось Бернарду, года на два, и в его облике было что-то неуловимо знакомое.
– Простите, – смутился Бернард, поняв, что был пойман за наблюдением. – Я… засмотрелся на то, как вы и ваша дочь общались.
– Вам незачем извиняться, – усмехнулся вихрастый молодой человек. – Люси заметила вас и сообщила мне. Я подумал, может вам нужна какая-то помощь, вы выглядели потерянным.
– Нет, спасибо, – Бернард мотнул головой и улыбнулся грустной улыбкой, опустив глаза в землю. Он почувствовал холодный
– Мы вышли только чтобы подвязать дерево, – сказал мужчина снова усмехаясь и прижимая ребенка к себе еще сильнее. – Кажется, вы наш новый сосед? Вы можете пройти к нам, если хотите. Мне кажется, что я вас уже где-то видел.
– Мне тоже кажется, что я вас уже видел, – ответил Бернард и принял приглашение, перепрыгивая через изгородь прямо к ним в сад.
– Сейчас потепление, но оно временное, – сказал сосед, повернувшись к идущему следом Бернарду вполоборота, – пару дней назад зима уже заявила свои права, и мы с минуты на минуту ожидаем ее, так что, вы совершенно правы по поводу того, что сделали мне замечание.
Бернард пожал плечами, так как не считал свою обеспокоенность об этой семье выговором или замечанием.
– Будете ужинать? – спросил хозяин дома, опуская Люси на пол, когда они зашли внутрь, и та побежала на кухню, громко топая ножками.
– Нет, спасибо, я уже поужинал, – ответил Бернард, стягивая с плеч пальто и с интересом осматривая дом.
Тут, внезапно, на него нахлынули воспоминания. Вот он, собственной персоной лет четырех, забегает в этот дом, в котором сейчас мало что изменилось, разве что игрушки в углу коридора стали новее и для девочки.
Вот, в его воспоминании, из кухни на него смотрит красивая высокая женщина, которая улыбается ему и зовет его по имени. Он смотрит на нее с детской застенчивостью, засунув пальчики в рот и чувствует, как лицо его краснеет, щёки и уши пылают, и он готов, то ли расплакаться, то ли рассмеяться от смущения. Его юное сердце стучит очень быстро.
Женщине около тридцати лет, но он не может оторвать от нее свой взгляд. Она напоминает ему одну из принцесс из его любимых сказок, которые они читают с дядей Чарли по вечерам.
– Проходи, малыш, – говорит она. – Джордж и Ричард в своей комнате, сейчас я позову их к обеду. А ты проходи, не стой, мой ручки и садись за стол. И вот, выпей свой любимый томатный сок. Твоя мама говорит, что ты за него готов отдать все свои игрушки, – она мило хохотнула и легонько выпорхнула из кухни, по пути разлохматив и так лохматые, темные волосы маленького Бернарда.
Малыш покраснел еще сильнее и ощутил себя невероятно счастливым от того, что «принцесса» прикоснулась к нему.
Он быстро взобрался на высокий деревянный стульчик и схватил двумя ручками стакан с томатным соком, жадно припав к нему. Далее, воспоминания меркли, ровно до того момента, как в кухню вошли братья – близнецы Джордж и Ричард.
И тут, взрослый Бернард, погруженный в воспоминания детства, глядя на близнецов,
– Джордж? – спросил он, думая о том, что ошибся в возрасте мужчины. Близнецы были только на полтора года младше Бернарда, и он с легкой завистью подумал, что типаж мужчины перед ним всегда выглядит моложе своих лет.
– Нет, я Ричард. Джордж с женой и мамой живут за морем теперь, а тут живу я, моя доченька и моя жена. Думаю, я вспомнил тебя. Ты ведь Бернард? Тот самый мальчик, что жил тут, когда мы с Джо были детьми.
– Все верно, – проговорил, растерянный от избытка чувств и радости воспоминаний, Бернард. – Вот это да! Сколько лет прошло! Я не ожидал когда-нибудь увидеть вас с братом снова. Как он? Надеюсь, у него тоже все прекрасно!
– Да, Джордж поживает отлично! Только не может пока иметь детей, – последнюю фразу Ричард проговорил с некоторой грустью и взглянул на подбежавшую дочь, та посмотрела на отца в ответ. – Надеемся, что это исправимо.
– Я тоже искренне надеюсь на это, – с сочувствием отозвался Миллер младший. Они прошли на кухню, и Ричард принялся готовить кофе для себя и соседа, пока сосед, тем временем, продолжал говорить: – Говорят, что мы продолжаемся в наших детях, хотя я не особо в это верю и совсем не понимаю, как это возможно. Это, несмотря на то, что уверен в утверждении, будто душа заключена в нашей крови. А мы, как известно, разделяем кровь с нашими детьми. Так что все возможно. В любом случае, я очень хорошо отношусь к детям и считаю, что каждый человек, который достоин родить сына или дочь, не должен быть лишен этой возможности.
Сказав это, Бернард на мгновение взгрустнул, но тут же взял себя в руки:
– Ты не скучаешь по брату? Я слышал, что близнецы не могут жить друг без друга.
– Это миф, – улыбнулся мужчина и протянул Бернарду кружку с кофе. Тот взял ее и поблагодарил мужчину. – Тем более, нам совсем некогда скучать, мы и так друг друга навещаем по три-четыре раза в месяц!
– Это замечательно! – ответил Бернард с энтузиазмом, сожалея о том, что не мог навещать также часто своего кумира детства: своего дядю Чарли.
– Как твое здоровье, Бернард? – вдруг спросил мужчина. – Помнишь, как ты напугал нас тогда, когда нам с Джорджем было около пяти лет, а тебе уже около семи, если не ошибаюсь.
– Шесть с небольшим, – ответил молодой мужчина, вспоминая тот эпизод. Он хорошо помнил свой первый приступ тахикардии. – Помню, я и сам испугался тогда: думал, что умру, а потом, со временем, когда это стало повторяться, то уже привык.
– Да, я помню этот день, когда ты почти догнал меня, но я увернулся от тебя и ты упав, не смог подняться. Я сначала решил, что это из-за меня, но понятия не имел, что делать, и только Джордж сообразил позвать твою маму. Он всегда был умнее меня, недаром старше на двадцать минут.