Судьба династии
Шрифт:
6 декабря 1913 году Феликс прибыл в Копенгаген, где гостила вдовствующая императрица, а на следующий день он был приглашён на завтрак к Марии Фёдоровне. Сразу же после визита он описал свои впечатления Зинаиде Николаевне: «Во дворце в гостиной, куда ввели меня, находились Вдовствующая Императрица и Великая княгиня Ксения с дочерью. Радость от встречи была написана на лицах у нас с Ириной. За обедом я то и дело ловил на себе изучающий взгляд Государыни. Затем она захотела поговорить со мной с глазу на глаз. В разговоре я почувствовал, что она вот-вот сдастся. Наконец, Государыня встала и сказала ласково: “Ничего не бойся, я с вами”».
Это
22 декабря 1913 года в домовой церкви Аничкова дворца состоялось обручение двадцатишестилетнего графа Феликса Сумарокова-Эльстон и восемнадцатилетней Ирины Александровны. Ксения Александровна в тот же вечер записала в дневнике: «Очень эмоциональный день... В 4 часа съехались все на молебен — по случаю помолвки Бэби Рины [так в семье называли Ирину] — Юсуповы, Ольга, Татьяна [великие княжны Ольга и Татьяна Николаевны], Ducky [великая княгиня Виктория Фёдоровна, жена великого князя Кирилла Владимировича], Кирилл [великий князь Кирилл Владимирович], Ольга [великая княгиня Ольга Александровна], Петя [князь Пётр Ольденбургский — муж великой княгини Ольги Александровны], Кутузовы. Даже Фёдор Алекс. [князь Фёдор Александрович, младший брат Ирины Александровны] пришёл, к счастью — я так боялась, что он не появится (но такое грустное выражение лица, что мне хотелось плакать). Все наши люди в церкви — очень было хорошо. Дай им Бог счастья и любви. Не верится, что Ирина выходит замуж!»
Свадьба была назначена на 9 (22) февраля 1914 года в той же домовой церкви Аничкова дворца.
Родители жениха тут же начали переделку своего великолепного дворца на Мойке, где должны были поселиться молодые. Феликс приказал сделать для своей семьи отдельный вход. Были роскошно отделаны спальня, будуар Ирины, мозаичный бассейн. Помимо того, Феликс распорядился в подвале левого крыла дома «устроить тёмную залу — столовую в ренессансном стиле». Через три года Феликс там накормит Распутина отравленными пирожными.
Задолго до венчания Ирина начала получать свадебные подарки. 4 февраля 1914 года Ксения Александровна записала в дневнике: «Мама приезжала и подарила Ирине чудную брошь — бриллианты и жемчуг. Мы потом тоже подарили Ирине подарки — сапфировое колье, мой собственный изумруд — кулон, брошку с рубинами и бриллиантами и тремя жемчужными кисточками и маленькое бриллиантовое колье. Я дала ещё несколько изумрудов Ирине для диадемы, которую Феликс делает».
Николай II спросил Александра Михайловича:
— Что подарить на свадьбу твоему зятю? Не хочет ли он стать камергером при моём дворе?
На следующий день Сандро ответил Ники:
— Феликс сказал, что самым лучшим подарком от Его Величества будет дозволение ему сидеть в театре в Императорской ложе.
Николай засмеялся и согласился. Он был слишком хорошо воспитан, чтобы высказывать обиду после щелчка по носу.
В 2 часа дня 9 февраля 1914 года в домовой церкви Аничкова дворца состоялось венчание Феликса и Ирины. Императрица Мария Фёдоровна и Николай II были посаженными матерью и отцом. Император сказал невесте, что он никогда не видел её такой красивой.
В
Позже Феликс вспоминал: «Наконец отъезд. Толпа родных и друзей на вокзале. И опять пожимания рук и поздравления. Наконец, последние поцелуи — и мы в вагоне. На горе цветов покоится чёрная пёсья морда: мой верный Панч возлежал на венках и букетах. Когда поезд тронулся, я заметил вдалеке на перроне одинокую фигуру Дмитрия».
Все были в восторге от этой пышной свадьбы, красавца-жениха и очаровательной невесты. Николай II записал в дневнике: «Алике и я с детьми поехали в город в Аничков на свадьбу Ирины и Феликса Юсупова. Всё прошло очень хорошо. Народу было множество».
Никто и не подозревал, что это была последняя торжественная свадьба в Российской империи.
Глава 20
ДИВИДЕНДЫ С УБИЙСТВА
Об убийстве Распутина я уже рассказал в главе, посвящённой великому князю Дмитрию Павловичу. Здесь же замечу, что в эмиграции тень Распутина преследовала Феликса и Ирину ещё больше, чем Дмитрия.
В 1919 году чета Юсуповых прибыла на остров Мальту вместе с вдовствующей императрицей Марией Фёдоровной. 30 мая Феликс, Ирина и её братья Фёдор и Никита сели на пароход и отправились в Италию. Юсупов позже вспоминал: «1 мая мы отшвартовались в Сиракузах и попали в самый разгар всеобщей стачки. Коммунисты устроили шествие с красными флагами. На стенах было намалёвано: Да здравствует Ленин! Да здравствует Троцкий! От чего ушли, к тому и пришли. Настроение вмиг испортилось...
В Мессине пересели на паром и, переправившись через пролив, доехали до Рима благополучно. Новая забота — кончились лиры. К счастью, было с собой кое-что из ценностей. Почти все наши фамильные украшения остались в России, моя мать и Ирина спасли только то, что имели при себе, уезжая в Крым. Я заложил Иринино брильянтовое колье. Теперь мы могли спокойно продолжать путешествие» [130] .
В Париже ювелир Шоме принёс Юсуповым мешочек с бриллиантами, остававшийся у него с того времени, когда он переделывал для Ирины старинные ожерелья. Это стало для Юсуповых приятным сюрпризом, поскольку об этих бриллиантах они совершенно забыли. Ещё один сюрприз ждал Юсуповых — их автомобиль, простоявший в гараже пять лет. Теперь стало проще ездить из Франции в Италию и Англию, где находилось большинство родственников Юсуповых.
130
Там же. С. 261.
Ирина уехала проводить своего отца великого князя Александра Михайловича в его любимый Биарриц, а Феликс отправился в Лондон, чтобы найти там квартиру, ну а для начала остановился в отеле «Ритц». Так он неожиданно встретил великого князя Дмитрия Павловича. Замечу от себя, что «Ритц» — это самый дорогой отель в Европе, и даже представители лучших аристократических семейств Англии и Франции редко останавливались там.
Феликс нашёл в Лондоне квартиру, а затем отправился... в Париж, а оттуда — в Биарриц.