Суд волков
Шрифт:
Она с ужасом увидела, что олень летит прямо на нее и Маргариту. Через мгновение он сбросит их на землю и затопчет копытами, быть может, взденет на рога… Лошади заржали и поднялись на дыбы. Маргарита Вреден пронзительно вскрикнула.
– Держитесь крепче! – крикнула Жанна.
Она сильно натянула поводья своей лошади, одновременно увлекая за собой и другую.
Олень пронесся так близко, что она ощутила его запах.
Рядом с Жаком, далеко оторвавшимся от остальных,
– Монсеньер… стреляйте!
Ошеломленная Жанна увидела, как Жак схватил лук, прицелился и выпустил стрелу.
И как споткнулся олень с пробитым горлом.
Подлетела другая группа всадников, которая тут же разделилась надвое, чтобы пропустить короля и скакавшего рядом с ним Жана де Шевийона.
Интересно, Жак хоть раз в жизни до этого стрелял из лука?
Король подъехал к нему с поздравлениями.
Всадники приблизились к Жанне и Маргарите. Мари де Брезе, задыхаясь от волнения, стала спрашивать, как они себя чувствуют.
– Мы уцелели чудом, – ответила Жанна, тоже сильно взволнованная.
– Она спасла мне жизнь! – крикнула Маргарита Вреден, которая была на грани истерики.
– Едем назад, – сказала Мари де Брезе. – Сейчас будут добивать оленя. Это не слишком приятное зрелище. К дьяволу всю эту охоту!
Перед крыльцом замка конюший снял с седла почти лишившуюся чувств Маргариту Вреден, подставив ей табурет. Мари де Брезе, пятидесятилетняя властная женщина, увела ее в комнату для умывания и распорядилась приготовить настой ромашки.
Через несколько минут обе женщины появились вновь, но Маргарита Вреден по-прежнему была вся красная, тяжело дышала, и глаза у нее чуть ли не вылезали из орбит.
– Давайте сядем поближе к огню, – сказала Мари де Брезе, направляясь в большую залу, где в камине полыхали огромные поленья.
Маргарита Вреден бросилась к Жанне и порывисто обняла ее со слезами на глазах.
– Не будь вас, я бы погибла!
Жанна успокоила ее. Ей подали ромашковый настой, и она села.
– А вы не хотите того же? – спросила Жанну Мари де Брезе. – Сама я предпочитаю горячее вино с корицей.
– И я, – сказала Жанна.
– Каким же образом вы спасли ей жизнь?
– Олень мчался прямо на нас. Лошади встали на дыбы. Я просто увела свою чуть в сторону.
– И мою тоже! – воскликнула Маргарита Вреден.
– Это пустяк, – заметила Жанна.
– Когда быстро соображаешь, да! – сказала Мари де Брезе.
Шум в передней возвестил о возвращении охотников. Все они пошли мыться в сопровождении слуг, которые должны были держать зеркало перед тем, кто причесывался, другому почистить одежду, третьему подать горячее
Прошло довольно много времени, прежде чем в большую залу вошел король, явно пребывавший в отличном расположении духа. Женщины встали. Двое лакеев придвинули его кресло поближе к огню. Тут же появились и другие мужчины, в том числе и Этьен Шевалье, который не смог принять участия в охоте из-за приступа подагры.
– Ну, – со смехом сказал Карл, принимая стакан с вином из рук конюшего, который сначала отпил из него сам, – вот так сюрприз! Именно тот из нас, кто не желал охотиться, застрелил оленя!
– Я смущен, сир, – произнес Жак.
– Смущаться вам не пристало! Это был опасный матерый зверь. Он мог растоптать дам. В начале гона вы были последним, а на месте оказались первым. Я бы поступил так же. За меткий выстрел!
Все повернулись к улыбающемуся Жаку де л'Эстуалю, который внезапно стал пунцовым. Королевский тост за выстрел!
– За здоровье моего короля! – ответил он.
Карл задержал на нем лукавый взор. Врезе, Эстрад, Шабан, Шевийон и прочие пристально смотрели на молодого незнакомца, который по прихоти судьбы и несчастного оленя так отличился в глазах короля. Никто никогда не видел этого юношу и не слышал его имени. Откуда же он взялся и что здесь делает?
– Вы охотник, л'Эстуаль?
– Нет, сир. Я видел охоту на медведя, но участия в ней не принимал.
– На медведя?
– В Богемии, сир.
– Что вы делали в Богемии? – спросил Врезе.
– Улаживал дело о займе.
– Вы занимали деньги в Богемии? – удивился Врезе.
– Нет, монсеньер, я устраивал заем Подебраду, который только что взял Прагу и не мог выплатить жалованье войску.
– И вы раздобыли необходимую сумму?
– Да, монсеньер.
Интерес к человеку, способному уладить денежные затруднения не чьи-нибудь, а короля Богемии, заметно оживился. Но Карл прервал этот разговор, обратившись к Маргарите Вреден:
– А вы, друг мой, получили удовольствие от охоты?
– По правде говоря, сир, она скорее дала мне повод для волнений. И я не знаю, что бы со мною сталось, если бы не госпожа де Бовуа.
– Что же она сделала?
– Когда олень убегал, – объяснила Мари де Брезе, – он помчался прямо на этих двух дам, находившихся в арьергарде. Я видела, как лошади поднялись на дыбы, но госпожа де Бовуа, сохранив присутствие духа, сумела сама подать в сторону и отвести коня госпожи де Вреден. Зверь пронесся на волосок от них.