Ступенька ввысь

Северский Андрей

Вообще-то в последний момент я думала постучать, вдруг там ненасытный Остий с кем-то женского пола — я уже затруднялась понять, по какому принципу он выбирал, на кого наброситься, только жена в этот список определенно не входила, но было уже поздно.

Это и впрямь оказалась одна из спален, и двое на постели дошли почти что до того же момента, на каком нас с Дарреном бесцеремонно прервала его мать. Только вот грудь у Клементины была побольше и Бриену было за что подержаться.

Увидев меня, оба онемели и застыли точно статуя.

Названия этой скульптурной композиции, правда, я не смогла бы подобрать так, чтобы у меня не пригорела задница, так что я только произнесла:

— И ты, Бриен! — и закрыла дверь.

Разбираться еще и с вероломным фиктивным женихом я не собиралась. Сама была в похожем положении менее часа назад. Да и что я ему могла предъявить? Что он изменяет фиктивной невесте, с которой познакомился пару дней назад?

Мне даже обидно было не очень. Разве что за то, что Бриен выбрал именно Клементину. Он же не хотел на ней жениться!

Или дело именно в этом, он разглядел ее после помолвки со мной? И теперь, когда на него не давила необходимость на ней жениться…

В общем, все Гастионы натуральные упыри, вот!

Все эти мысли пролетели в голове очень быстро, и я потащила Гримия дальше по коридору, гадая, сколько открытий мне еще предстоит. Клема потрусил рядом. По его полуголой черепушке трудно было о чем-то догадаться, но я не сомневалась, что он собой доволен. Я, впрочем, тоже считала его молодцом.

По крайней мере, я перестала строить планы по поводу Бриена. Чем не польза?

Стоило мне подумать о Бриене, как дверь позади хлопнула, и мой жених в несколько быстрых шагов нагнал нас.

— Белка! Это не то, что ты думаешь! — начал он.

Удивительно, что Гримий не произнес это раньше. Наверное, подозревал, что я и сама знаю.

— Забудь, — я отмахнулась. — Это совершенно неважно. Мы с тобой обручены только до красной луны, а там ты можешь наконец вручить браслет той, что давно его ждала.

— Иссабелия, это не то, что ты думаешь! — теперь к нам присоединилась и Клементина.

Простите, но это уже перебор. И я снова принялась подталкивать Гримия в спину, мечтая скорее оказаться в столовой.

Любому человеку, хотя бы поверхностно знакомому с палачами и пытками, известно, что даже в обычном доме обычных магов, да что там, и не магов тоже, найдется всё необходимое, чтобы развязать чей-то язык. Самое лучшее место для этого, разумеется, кухня. На втором месте конюшня, если она имеется. А вот после конюшни и идет столовая. Я не собиралась искать конюшню или пачкать кухню, так что подозреваемого волокла именно в столовую.

— Иссабелия, Даррен собирается уволить меня и выставить из дома! — едва поспевая за мной из-за беспорядка в одежде, Клементина, тем не менее, не перестала объяснять. — Бриен мог оспорить его решение, если бы доказал, что живой. А что может лучше доказать живость человека, чем… ну… это.

Я остановилась так резко, что сама Клементина

чудом не врезалась в меня, а Гримий прыгал по инерции еще несколько шагов, пока не остановился и не уставился на меня в изумлении.

— Самый странный подкат, о котором я когда-либо слышала, — честно призналась я ему, и он хмыкнул.

— Остий использует такие заковыки по пять раз на дню, — ответил откровенностью на откровенность Гримий. — И женщины неизменно ведутся. Что я делаю не так, не понимаю!

— Просто не нужно было влюбляться в жену брата, — резко ответила Клементина. — Да и служба королю отнимает у тебя недостаточно много сил!

Я вздохнула и распахнула дверь столовой. Пора было разобраться, зачем Гримий убил всех этих родственников и зачем, а главное, как, инсценировал свое самоубийство. Я, конечно, понимала про зелье, останавливающее жизнь. Но что насчет всего остального? Сбежавший изо рта паук и реки крови? Это вот что?!

Владеть магией, конечно, невероятно. Мне даже немного стало жаль моих родителей, которые были этого лишены. Небось поэтому и изводили магов. От зависти.

Вот и сейчас, я одним щелчком пальцев привязала Гримия к стулу и едва не придушила веревками с непривычки. Так что увы и ах, а выспрашивать придется по старинке: с помощью пыток и запугивания.

Теорию я сдала неплохо. Недостаточно, чтобы стать палачом, но на отлично. А практика… практикой я ни разу не занималась.

Так и застыла перед ухмыляющимся Гримием, сверля его взглядом и надеясь, что этого будет достаточно, чтобы он или его маленькая копия рассказали всё.

— Что, маленькая ведьма, боишься замарать ручки? — а вот Гримий вообще не так понял мой взгляд! Совершенно неправильно!

Я уже почти придумала крутой ответ, как в разговор влезла Клементина.

— Иссабелия, я могу тебе помочь?

Видит небо, я этого не хотела! Но мама всегда говорила, что законники и бухгалтеры умеют тянуть жилы не хуже палачей, а Клементина была и тем, и другим! Почему бы ей не стать и третьим?

— Нам нужно узнать от Гримия, как ему удалось инсценировать свою смерть, кого он убил лично, кого Грифон и по чьему приказу, и кто еще замешан в убийствах, — я картинно развела руками. — Знаешь, как с этим помочь?

Клементина с сомнением посмотрела на дядюшку Бриена, потом на меня.

— Попросить? — неуверенно спросила она.

— Именно! — я надеялась, что воодушевление я сыграла лучше, чем грозный взгляд парой минут ранее. — Но попросить очень и очень настойчиво.

Я оглянулась на стол, который какими-то излишне трудолюбивыми слугами из недавно вернувшихся, был сервирован к обеду. Чрезвычайно удачно.

Взяла в одну руку столовый нож, в другу вилку. Какую-то тонкую и длинную, возможно, для рыбы.

— Выбирай, — протянула Клементине. Я думала, она отпрянет или хотя бы побледнеет, но Клементина только сверкнула на меня глазами.