Строптивый ангел

Фокс Элайна

Неподалеку остановился другой кеб. Из него вышел молодой изящный джентльмен и обошел вокруг экипажа – вероятно, забрать багаж. Эве он напомнил мистера Энджелла, и она подумала, что если он подучится, то вскоре будет выглядеть ненамного хуже.

Но вот она заметила торопливо пробирающегося сквозь толпу Харви. Она уже была готова дать ему суровую отповедь за такое серьезное опоздание, но увидела, что он несет множество свертков.

Внезапно она заметила, что к ней приближается

тот самый изящно одетый джентльмен. Вот он поднял голову и, заметив ее взгляд, улыбнулся.

Кровь ударила Эве в висок, и она тяжело опустилась в кресло-качалку. В это невозможно поверить! Она думала, что мистеру Энджеллу стоит научиться держаться подобно этому изящному джентльмену. В то время как этот джентльмен и был мистер Джошуа Энджелл!

На мгновение у нее перехватило дыхание, и она почувствовала, как подгибаются колени. Он подошел к лестнице.

– Я извиняюсь, мы пришли позже, мисс Морланд, – сказал он, печально улыбаясь. – Мы так зашились с этими покупками, что вовсе забыли про время.

Эву рассмешили столь неподходящие для его нового облика слова, но она сдержалась и только улыбнулась, с интересом разглядывая его. Теперь непослушные черные волосы были коротко подстрижены, открывая резкие скулы и светлые глаза. Он был чисто выбрит, и высокий белый воротничок резко контрастировал с темной от загара кожей. Он выглядел здоровым и полным сил – это делало его еще привлекательнее.

– Ничего, мистер Энджелл. Но вы, мистер Уинтерз, – сказала она, нахмурившись, когда запыхавшийся Харви остановился рядом, – могли быть более точным.

Он сердито посмотрел на Эву.

– Тому причиной ненасытное любопытство этого человека. – Он метнул быстрый взгляд в сторону юноши. – Он хотел обязательно посмотреть все: котелки, цилиндры, галстуки-шнурки, другие галстуки. Когда же я пытался оттащить его от бриджей и гетр, молодой человек заявил, что он хочет научиться играть в теннис. Можете представить себе большую нелепость?

Девушка перевела взгляд на Энджелла. Тот пожал плечами:

– Я просто хотел узнать, зачем нужны эти вещи.

Эва почувствовала, что ее начинает душить смех. И ей стоило больших трудов сдержаться. Харви одарил ее возмущенным взглядом:

– Возможно, вы думаете, что ходить с ним по магазинам – это нечто вроде развлечения. Хорошо, тогда в следующий раз вы пойдете с ним сами. Посмотрим, насколько забавным вам это покажется. Он, кстати, еще собирался купить вам пару полосатых чулок. Но я его просто не пустил в магазин, где они продавались.

– Они выглядели очень мило, мисс Морланд, – вкрадчиво проговорил Энджелл.

На этот раз она не удержалась и расхохоталась над таким мальчишеством. Энджелл торжествующе

посмотрел на Харви.

– Не могу поверить, что вы благосклонно относитесь к такому бесстыдству, – возмутился тот.

– Харви, успокойся, – сказала Эва. – У него были добрые намерения. А теперь пойдемте, мы опаздываем. Занесите покупки швейцару, а я пока позабочусь о кебе. Не знаю, как вы, а я проголодалась.

– Держи рот на замке и повторяй все за нами, – давал Харви Энджеллу последние наставления в экипаже. – И ради Бога, следи за своей речью. Помни об этом и не проглатывай окончания.

– Что? – смущенно спросила Эва. – Что он должен не проглатывать?

– Окончания. Он прекрасно может говорить правильно и чисто. Я самолично это слушал. Просто этот парень слишком ленив, чтобы помнить об этом постоянно. Ну-ка прочти скороговорку.

Энджелл, глядя на потолок экипажа, прочитал зарифмованную скороговорку. Закончив, он повернулся к Харви и сухо осведомился:

– Я правильно говорил?

Эва переводила взгляд с одного мужчины на другого, словно они казались ей сумасшедшими.

– Ради Бога, о чем вы? Что это такое?

– Просто небольшой стишок, который Харви сочинял специально для меня. Разве он не великолепен?

– Я подумал, это может принести ему немалую пользу, – объяснил Харви, – этот стишок еще не раз спасет его в трудные минуты.

– Хмм, да, – произнесла девушка. – Хотя он и не отличается особенным смыслом…

– Я придумал его для вполне конкретных целей. И я вовсе не упражнялся в поэтическом искусстве.

– Уверен в этом, – кивнул Энджелл, про себя радуясь раздражению, прозвучавшему в голосе Харви.

– Вы хоть что-то знаете о поэзии? – мрачно спросил Харви.

– Ничего. Потому и не ношу очков, – парировал Энджелл.

Харви откинулся на спинку сиденья и сердито пробормотал:

– Это уже переходит все границы.

– Мальчики! – нахмурившись, вмешалась Эва. – Мистер Энджелл, я думаю, стишок действительно сослужит вам хорошую службу, особенно если вы будете его регулярно повторять. А ты, Харви, можешь приложить больше усилий и придумать другие упражнения.

– Нет уж, лучше пусть он не прикладывает усилий, – мрачно проговорил Энджелл.

– Возможно, следует заняться временами. Например, можно просклонять глагол «быть», – предложил Харви. – «Я был имбецилом, я в настоящий момент имбецил, и я навсегда останусь имбецилом», – громко продекламировал он. – И я ничего не смогу с эти поделать.

– Я был болван, я и сейчас болван, и я навсегда останусь болваном, – парировал Энджелл. – Как насчет этого, Харви?