Строптивая принцесса
Шрифт:
Довершив туалет широкополой соломенной шляпой, Марлена задумчиво оглядела себя в зеркало. Увидев свои уши, она опять расстроилась. Тысячу раз она задавала себе вопрос: ну почему она унаследовала уши своего отца, а не матери? Уши королевы были совершенны: маленькие, красивой формы, плотно прижатые к ее аккуратной головке. Уши короля были небольшие, но заметно оттопыривались, и принцесса, к своему неудовольствию, унаследовала эту характерную черту династии Балларетов. Ее уши были маленькими, но оттопыренными, и Марлена очень переживала из-за этого.
— Как вы думаете, американцы заметят мои уши? — тревожно
— Только вы переживаете из-за них, ваше высочество, — ответила баронесса Ричтоффен. Она покачала седой головой и сказала то, что говорила всегда: — В ваших ушах нет ничего особенного.
Эти слова принцессу не успокоили. Она вздохнула, надела белые перчатки и направилась к выходу. У двери Марлена остановилась, разгладила юбку, покусала губы, чтобы они стали ярче, и глубоко вздохнула.
Монтильон встретил ее на палубе с раскрытым зонтиком, но принцесса покачала головой.
— Они хотят видеть мое лицо, — сказала она.
— Да, конечно, — согласился Монтильон, поклонившись.
Он проводил принцессу до трапа и, широко улыбаясь, протянул руку в сторону огромной толпы, нетерпеливо дожидавшейся ее появления.
Принцесса спустилась по трапу, и при ее появлении раздались громкие радостные крики, которые перешли в оглушительный рев, когда она улыбнулась и приветливо помахала рукой.
Такой же прием ожидал ее и на Манхэттене. Столько людей собралось поглазеть на принцессу, что ей понадобилось четыре часа, чтобы проехать несколько миль от причала до отеля.
Принцесса сидела в экипаже с абсолютно прямой спиной, не прикасаясь к спинке сиденья. Во время всего пути она улыбалась, приветливо махала рукой и выглядела свежей и бодрой. Глядя на нее, никто не сказал бы, что она страдает от жажды, что у нее болит спина и раскалывается голова.
Грациозно приветствуя встречающих, Марлена напоминала себе, что она — наследница престола и на карту поставлено будущее ее королевства. Советники Ротшильда заверили ее, что не составит большого труда организовать для нее успешное турне по стране. Они уверенно предсказывали, что в густонаселенной северо-восточной части страны, где живет много преуспевающих выходцев из Харц-Кобурга, ей удастся довольно быстро собрать большую сумму денег. При благоприятном стечении обстоятельств она могла бы вернуться домой к концу лета, имея при себе достаточно средств для того, чтобы снова приступить к добыче мрамора в своем королевстве. И сказочно красивый розовый мрамор с темно-голубыми прожилками вновь будет украшать здания в разных частях света.
Если судить по тому восторгу, с которым ее принимали, советники, похоже, были правы. Эта приятная мысль подняла настроение принцессы, и ее улыбка стала еще ослепительнее.
Однако она не скрывала облегчения, когда блестящая черная карета остановилась наконец перед крытым входом в отель. Марлена не могла дождаться того мгновения, когда у себя в номере разденется и ляжет в прохладную ванну.
Едва экипаж остановился, как к ним подбежал дворецкий. Монтильон указал ему на карету с багажом; дворецкий поднес к губам свисток, и полдюжины слуг из отеля принялись разбирать багаж — восемь больших чемоданов, тридцать пять кожаных саквояжей различных форм и размеров, пара замшевых мешочков, где лежали подарки, которые принцесса
Свита принцессы начала высаживаться из экипажа. В Америку принцессу сопровождали лишь несколько доверенных придворных. Ей посоветовали не брать с собой слишком много людей, поскольку целью ее визита являлся сбор пожертвований.
В результате с ней приехали Монтильон, ее управляющий и друг, баронесса Ричтоффен, ее милая тетушка, Хондрик, королевский врач, Ганс Ландсфельт, огромный, сильный баварец, исполняющий обязанности телохранителя и носильщика.
Принцесса грациозно спустилась по ступенькам кареты и в сопровождении прислуги отеля прошла по красному ковру в просторный холл с панелями из красного дерева.
Оказавшись в огромных роскошных апартаментах, Марлена даже не обратила внимания на вазы со свежими цветами, корзины с роскошными фруктами и завораживающий вид города с просторного балкона. Она сняла соломенную шляпу, стянула перчатки и направилась прямо в ванную, расстегивая на ходу полотняный костюм.
Подобрав за принцессой разбросанную одежду, баронесса Ричтоффен проследовала за ее королевским высочеством в помещение, где стояла полупрозрачная фарфоровая ванна, наполненная прохладной водой.
Пока принцесса принимала ванну, баронесса и две горничные распаковывали роскошный гардероб. Вскоре появился Монтильон и познакомил баронессу с распорядком дня принцессы. В ее расписании на сегодня отводилось несколько часов для отдыха. А вечером она в качестве почетной гостьи должна была присутствовать на обеде, который давала одна из самых влиятельных фамилий в Нью-Йорке — семья Уильяма Вандербильта.
— Проследите, чтобы принцесса отдохнула днем, — приказал Монтильон. — Вечером она должна быть в великолепной форме.
Когда над огромным городом начали опускаться сумерки, принцесса Марлена наконец закончила свой туалет. На ней были элегантное платье из голубого атласа и ожерелье из бриллиантов и сапфиров, которое досталось в наследство от матери.
Большинство драгоценностей, принадлежащих королевской семье, было потихоньку распродано, но с этим ожерельем — свадебным подарком короля матери Марлены — принцесса не смогла расстаться.
Принцесса прибыла во дворец Вандербильтов в восемь тридцать, но хозяева и почетный караул уже ждали ее у парадного входа. В следующие полчаса она вместе с Вандербильтами принимала многочисленных гостей, которые кланялись ей, говорили комплименты и всячески выражали свое восхищение.
Этот вечер оказался очень милым и приятным.
Принцессе понравились американцы — открытые, дружелюбные, веселые. Ей так понравилось их общество, что она оставалась в столовой еще долго после того, как обед из семи блюд был закончен. Этикет требовал, чтобы гости не покидали своих мест до тех пор, пока не встанет Марлена, но все были очарованы молодой красавицей принцессой и наслаждались беседой с нею.
То, что планировалось хозяевами как непродолжительный обед, после которого принцесса могла бы вернуться в отель и отдохнуть, превратилось в веселую вечеринку. Альва Вандербильт, радушная хозяйка, предложила гостям пройти в бальную залу и потанцевать. Эту идею все встретили с восторгом.