Строптивая любовь
Шрифт:
Глава 8
Шум от хлопнувшей двери эхом разнесся по всему дому. Когда он смолк, воцарилась звенящая тишина, в которой Жюстина все еще отчетливо слышала голос Кила. Она бросилась на кровать и уставилась в потолок.
– Никого я не поучаю, – вслух пробормотала она.
Ну а если разобраться, действительно ли это так? Жюстина напряженно пыталась собраться с мыслями. Неужели в глазах окружающих людей она на самом деле выглядела так, как он только что говорил? Учит всех жизни, считая себя умнее других, морализирует. Ужас какой! Как он ее назвал? Мисс Непогрешимость?
А что она наговорила Килу? Жюстина, гладя в потолок, ломала голову, тщетно пытаясь вспомнить собственные слова. Чем дольше она обдумывала брошенные Килом по ее адресу обвинения, тем больше приходила к выводу, что они не были беспочвенными. Впервые она услышала правду о себе. Но почему же раньше никто не раскрыл ей глаза? Да потому, что она бы никого и слушать не стала, это уж точно. От всех этих невеселых мыслей глаза ее наполнились слезами. Получается, что всю свою жизнь она раскладывала людей по полочкам, приклеивая им собственные ярлыки.
– Ну, что опять случилось? – В комнату ворвалась Мелли. Похоже, двигаться спокойно она просто не умела.
Жюстина быстро перекатилась на живот, чтобы скрыть от экономки заплаканное лицо, но та уже успела все ухватить своим цепким взглядом.
– Слезами горю не поможешь, – бодрым голосом произнесла Мелли. – Вот ваш завтрак, поешьте, сразу станет легче.
– Спасибо, что-то не хочется. – Голос Жюстины прозвучал глухо, так как она все еще лежала, уткнувшись лицом в подушку.
– А мне дела нет, хочется вам или нет, но отвертеться от меня вам не удастся. Все съедите как миленькая. Так что не глупите и поднимайтесь поскорее.
Жюстина мрачно хлюпнула носом и послушно села в кровати. Мелли пристроила поднос ей на колени. Не нуждаясь в ответах собеседницы, она уселась в кресле и продолжала трещать:
– Конечно же, вы сделали все, от чего я вас предостерегала. Небось задели его самолюбие, и он тут же показал свой характерец. Я же вас предупреждала…
– Да, Мелли, я помню, – прервала Жюстина ее разглагольствования. Вонзив вилку в бекон, она стала безжалостно кромсать его на куски. – И если вам вздумалось давать мне советы, как наладить наши отношения, не трудитесь, прошу вас.
– Даже и не думала. – Лицо экономки расплылось в самодовольной улыбке. – Я и так прекрасно знаю, что он вернется, как только чуток проветрится, и будет виниться перед вами за все глупости, что он вам наговорил.
– Мне вовсе не хочется, чтобы он возвращался. Я его ненавижу. И, кстати, вы всегда входите без стука?
Последнюю фразу Мелли проигнорировала.
– Э, милочка моя, не надо мне тут сказки рассказывать о вашей ненависти. Для вас было бы лучше, если бы это действительно было так. Но уж поверьте моему слову: если его какая муха укусит, он такого наговорит! Но сам-то этого и не думает, просто контроль над собой теряет. А вы-то хороши – сами же его раззадорили!
Жюстина
– Вы подслушивали!
– Ну конечно же! Откуда бы я все узнала?
– Мелли! – воскликнула Жюстина. – Ну как вы могли? А теперь так легко сознаетесь в этом!
– Фу-ты ну-ты! С чего бы мне это отрицать? Мне нечего стыдиться. А сейчас, моя дорогая, я приготовлю вам горячую ванну. Это вас взбодрит. Взбодрить ее уже было невозможно. Мелли подняла из кресла свое грузное тело и отправилась в ванную. Давиться дальше не было необходимости, и Жюстина отодвинула тарелку.
– Вы просто взяли и влюбились в него, уж признайтесь! – доносился до нее голос экономки сквозь шум льющейся воды.
– Во-первых, это не так, а во-вторых, Мелли, прекратите совать свой нос в мои дела.
– Еще и переспали с ним небось, – хихикнула та.
– Может, открыть окно и поведать об этом всему миру? – рявкнула Жюстина, выбираясь из постели и направляясь к ванной. Там она уселась на крохотный стульчик и злобно посмотрела на Мелли.
– И нечего на меня пялиться, – рассмеялась та. – И вовсе-то я никуда не сую свой нос, больно надо! Кил тоже все время орет, чтобы я занималась своим делом, и к чему только силы тратить, не возьму в толк?
– Странно, что он вообще уживается с вами, – ворчливо сказала Жюстина и тут же вскрикнула, так как Мелли рывком стянула с нее рубашку.
– Ну-ка, быстренько в ванну, – распорядилась экономка.
Она нехотя подчинилась этой в общем-то добродушной толстушке, понимая, что возражения ни к чему не приведут.
– А почему он со мной уживается, – дружелюбно проговорила Мелли, вам и так известно. Потому, что никогда не знаешь, откуда может прийти помощь. Так ведь?
Жюстина грубо выхватила у нее из рук мочалку.
– Я прекрасно справлюсь сама. И с чего это все думают, будто я постоянно нуждаюсь в няньке?
– Ну-ну, кажется, я догадываюсь, о ком речь.
– О, довольно! – запротестовала было Жюстина, но в ту же секунду Мелли пухлыми сильными руками бесцеремонно откинула ее голову назад и начала поливать волосы шампунем, тем самым обрывая поток протестов. Это больно кольнуло Жюстину, напомнив о схожей сцене, только Кил тогда действовал намного нежнее своей экономки.
Примирившись с неизбежностью, Жюстина позволила Медли вымыть голову, однако решительно воспротивилась ее помощи в дальнейшем купании. Медли, хихикнув, подчинилась, не выходя, однако, из ванной комнаты. Когда Жюстина покончила с мытьем, та снова взяла инициативу в свои руки и практически на руках вытащила ее из ванной, завернула в теплое пушистое полотенце, обернув другим ее голову.
– Ну-ка, быстренько в спальню!
– Толкаться-то зачем? – Волоча ноги, Жюстина вошла в комнату, опустилась перед туалетным столиком и с кислым видом уставилась на свое отражение. Сейчас она походила на надутого, обиженного ребенка. Она скорчила зеркалу рожу и вздохнула. Мелли подошла сзади и стала вытирать ей волосы, и Жюстина охнула, сердито сдвинув брови.
– Хватит стонать. – Толстуха отложила полотенце и принялась щеткой расчесывать длинные спутанные пряди. – Да, вы совсем не похожи на женщин, которые бывали тут раньше, не так ли?