Строчки смерти.
Шрифт:
– Аха, мы его тоже не любим.
– Нет, Чак. После сбора в его кабинете нового ничего не слышно.
– Ребят погодите. Вы про Виктора Хинта говорите?
– Эди, вы тоже с ним уже встречались?
– О да! Этот старикан приходил к нам на днях с парнем, кажется Алан Уивер зовут. В общем, они рассказывали нам про газету, которую хотят публиковать за счет института и ' Золотого пера'. Знаменитая газета кажется.
– Очень знаменитая. – подтвердил Чак.
– Ну они нам все рассказали потом попросили
– А мы кстати и есть те трое! Лия, Энджи и я.
– Да ладно? Ничего себе.– Эди перевела на меня взгляд, и мне пришлось спрятать свой. Не потому что я смущалась своих успехов. А потому что я уже рассказывала про Алана Уивера и рассказывала не о работе в газете, а о более личном.
– Да, может и вас пригласят.
– Ха-ха, ну не знаю. Журналисты у нас вы. А нам с Тетти положено рисовать и придумывать.
– А я вот думаю, что у каждого есть способности быть журналистом.
– Да? И что, по-твоему, мы можем написать? О чем?
– Эди, ты могла бы писать о моде, хотя бы.
– Ну не знаю Энджи, все– таки писать статьи и одевать моделей разные вещи.
– Творчество– безграничное явление.
– Ладно ребят, нам с Тетти пора. У нас пара дизайна. Чак, было приятно познакомиться. Девчонки, меня отец заберет сегодня, мы решили вместе купить маме подарок к их годовщине. Можете меня не ждать.
– Хорошо, думаю, вы купите потрясающий подарок. Пока Тетти!– мы как всегда обменялись объятиями с Эди и уже с нашей новой подругой Тетти, а Чак просто пожал девчонкам руки. Теперь нас было уже не трое, у нас появились новые знакомые, новая жизнь стремительно падала нам на головы, как снег с крыши, независимо от нашего желания.
7 глава
– Ну как тебе мирок? Все изменилось, да?! – я не буду говорить с тобой о работе.
– а чем я плох? –Скот оглядел себя с ног до головы, а потом подошел ко мне.
– А не буду говорить о работе с тем кто мертв, ты ничего сам не знаешь о жизни в это время. Мертвец никогда не сможет объяснить, как снова можно стать человеком.
– Ооо, друг. Теперь я понял в чем твоя проблема.
– У меня нет проблем.
– Ага, сам –то в это веришь?
– Я верю в свою цель.
– Алан, не глупи. Ты сам знаешь, что самоубийцу не так просто найти. Какие бы не были проблемы у нормальных людей, а тебе именно такой и нужен, псих не подойдет Совету. Так вот проблемы не главное, нужно найти подход для того чтобы сломить человека, заставить поверить в неизбежность , сломить в их головах надежду на спасение, на выход. А для этого ты должен впустить в себя человеческие чувства. Снова пропустить через себя жизнь.
– Я не жизнь, Скот! Я Смерть! И это ничто
– Алан, Совет не просто так позволяет тебе снова чувствовать. Тебе нужно принять все то, что ты получил снова и полдела будет сделано.
– Чушь! Все это чушь, я без чувств это настоящая Смерть, готовая идти на все, убивать без разбора.
– Алан, ты никогда не убивал без разбора. Ты Смерть со своей философией, ты единственный для Совета. И он просто так не отпустит тебя.
– О чем ты?
– Да все о том же. Да чувства это бремя для Смерти, но это и выход из твоей проблемы.
– Я в это не верю.
– Тебе решать, но если передумаешь тебе придется понять одно. Принимая дар Совета, ты должен будешь уступить человеку в себе. Только так ты сможешь достучаться до них.
– Да что за бред?– но уже никого не было, я говорил это в пустоту Бездны. Даже если бы я осмелился принять снова чувствующего человека в себе, Смерть никогда бы не уступила до конца. Для этого мне нужна помощь, переломить себя будет трудно. Будет? То есть я уже думаю об этом, как о настоящем.
Я сделал еще один выдох и закрыл глаза. Передо мной стояла Мегги. Девушка, которая всегда была полна жизни и счастья в глазах. Родник всего живого во мне. Воспоминания, которые никогда не будут мертвы.
– Открой глаза, сладкий.
– Это опять ты? Стефани ты стоишь слишком близко.
– А тебя что-то смущает? Все мы дети Бога, отличные лишь полами.
– Стефани я не хочу делать тебе больно, отодвинься!– вот стерва она же даже с места не сдвинулась.
– А тебе я погляжу это нравиться, милый.
– Лучше еще раз умереть.
– Да?! А тело твоё говорит совсем другое. – эта фурия начинала сводить меня с ума. И как оказалось не только морально, но и физически. Стефани прилипла к моему телу, и начала властвовать над ним. Ее язык очерчивал мои губы и шею, он был горячим и шершавым и меня это заводило.
– Дорогой, если ты прижмешь меня еще сильнее, то я могу сломаться. – я? Что я делаю. Когда я снова открыл глаза, то стоял посреди кабинета Виктора Хинта. Необдуманный мной поступок. Повезло, что никого не было. Стефани, наверняка в ярости. Я улыбнулся сам себе.
– Мистер Хинт, вы тут? Ой! А что ты тут делаешь?
– Энджи?! А, я тут. Тоже ищу Виктора.
– Понятно.
– А зачем ты его искала?
– Да я просто хотела узнать, может новости, какие нибудь есть.
– Ты о газете?
– Да! Столько вопросов, даже все и не вспомнишь сразу. А с тобой все в порядке?
– О чем ты?
– Ну, может это не мое дело. Просто мне кажется, что ты какой –то очень возбужденный что ли.
– Ты даже не знаешь на сколько.