Стриптиз на гонках

Бартоломью Нэнси

— Готовь свои кроссовки, девочка, — воскликнула Рейдин. — Жар спал, и у него появился аппетит!

— Да, — подтвердил Эл, — но эти двое на всякий случай еще напоили его вином. Думаю, парень сейчас парит под потолком.

Флафи тявкнула и включилась в игру. Она прыгнула на колени к Элу, который никогда раньше не питал симпатий к этой “неполноценной собаке”, и с интересом

заглянула в его карты.

— Идите к нему, я подожду, — тихо сказал Уилинг.

В эту минуту мне больше всего на свете хотелось пойти к Джону, но Уилинг был знаком с ним дольше, и сейчас я не могла с этим не считаться.

— Сначала вы, я подожду. — Я подтолкнула его вперед. — Комната в самом конце коридора.

— Спасибо, Кьяра.

Он ушел напряженной походкой, спина казалась одеревеневшей, руки были плотно прижаты к бокам. Я вышла на заднее крыльцо, азартные картежники даже не заметили моего отсутствия, вернее, не заметил никто, кроме Флафи, которая выбежала за мной и, как только я села на ступеньку, забралась ко мне на колени.

Я подняла голову, посмотрела на облака и тихо сказала:

— Не знаю, слышишь ли ты меня, но если слышишь, знай, я за тебя отомстила. Я нашла убийцу!

Мне никто не ответил, только по траве пробежали волны от легкого ветерка. На кустах гардении вспыхнули первые светлячки.

Флафи устроилась поудобнее.

— Я не знаю, каково это, танцевать с ангелами, — прошептала я, — но надеюсь, ты научишь их паре новых движений.

По щеке сбежала слеза, я уткнулась головой в колени, рядом с Флафи.

У меня за спиной скрипнула дверь, в дверном проеме возник Нейлор. Уилинг его поддерживал, но не очень, Джон стоял почти самостоятельно.

— Место рядом с тобой не занято? — спросил Джон.

Он медленно подошел и так же медленно сел рядом со мной. Уилинг тактично удалился в дом и тихо, но плотно закрыл за собой дверь.

— Эй, ты меня обманула, — прошептал Джон. — Все-таки помчалась на этот трек, где я не велел тебе показываться.

По моим щекам все еще текли слезы, и я не ответила, только пожала плечами.

— Что ж, мне пришлось позвонить Уилингу, чтобы

он выслал тебе подкрепление. Я прикинул, что ты можешь здорово влипнуть.

— Я отлично справилась…

— Ну да, ты и твой нож. — Джон тихо рассмеялся и положил руку мне на бедро. — Думаешь о Руби, да?

Я кивнула, слезы стояли в горле, мешая говорить.

— Иди ко мне. — Здоровой рукой он обнял меня. — Положи голову мне на плечо.

Несколько минут мы сидели молча, было очень тихо, если не считать стрекотания кузнечиков. Вдруг Джон запел: сначала почти шепотом, потом громче. Я узнала мотив и подхватила:

— Я улечу, о Боже, я улечу. Когда я умру, аллилуйя, я улечу…

Так мы и сидели — моя голова лежала у него на плече, его рука обнимала меня, по моим щекам лились слезы — пока песня не кончилась. К тому времени совсем стемнело. Потом Джон заговорил.

— Я тут за ней присмотрю. — И прижал меня к себе. — Пойдем в дом, покажем им, на что способны два настоящих игрока в карты.

Я в последний раз посмотрела на небо и увидела, как зажглась первая звездочка.

— Представляю, должно быть, это будет потрясающе: ты побиваешь всех одной рукой, когда вторая привязана у тебя за спиной.

Джон вздохнул.

— О, ты еще не видела, на что способна эта рука. Дверь открылась, и ночь огласилась громким смехом.

— Так и быть, супермен, — сказала я, — посмотрим, на что способен однорукий мужчина.

Джон посмотрел на меня и засветился улыбкой, которую я так хорошо знала.

— Я-то на многое способен, вопрос в другом: хватит ли у тебя силенок, когда я начну?

В кухне было полно народу, и здесь же, при всех, в присутствии мамы и Эла, Джон Нейлор меня поцеловал. Поцелуй был долгий, неторопливый, и после него ни у кого уже не возникало сомнений в том, что у нас осталось незаконченное дело. Но с этим как раз было все в порядке, потому что за дело взялась Кьяра Лаватини, Королева Неоконченных Дел. И если Джон Нейлор собирался что-то начать, то я — та самая женщина, с которой он мог довести это до конца.