Стрингер. Летописец отчуждения

Радин Александр

– Нету его.

– А если я найду?
– скривил губы в вымученной улыбке Сибирцев.

– Вы мне чего тут детский сад устраиваете. Сейчас караул позову, - разошелся лейтенант.

Щегол. Перья распушил и щебечет.

Хрустя по гравию широкими протекторами к воротам подкатил совсем глянцевый джип «крузак», смотрящийся на фоне побеленных солдатней бордюров и насквозь пропахшей армейской перловкой и портянками одноэтажной коробки комендатуры по меньшей мере нелепо. Из него-то и лихо выпрыгнул полковник, плавно

хлопнув изящной дверцей.

– Я к вам, - впился в него взглядом Сибирцев, когда тот проскочил было в дверь, небрежно махнув рукой у козырька в ответ лейтенанту.

– Что за вопрос?
– притормозил он.

– От Андреева, - звучит как кодовая фраза. Ох уж эта русская ментальность. Не важно зачем, важно от кого.

«Литеха» напрягся, услышав знакомую фамилию.

«Зря ты мне намерзил, сынок, хотя мы не злопамятные», - подумал Сибирцев, когда полковник молча позвал его за собой, пропуская вперед.

– Пойдемте ко мне в кабинет.

У Кваснина было чисто и просторно. Стандартный портрет президента, цветочки, бумаги и огромная пальма. Все как всегда.

– Присаживайтесь, - полковник накинул на вешалку фуражку, махнул жидкой расческой по разъевшей макушку проплешине и упал на кожаное кресло, плеснув из прозрачного стеклянного графина в обычный граненный стакан воду, - Чай, кофе?
– стандартно спросил он, перекатывая посуду между ладоней.

Такой вот человечек в футляре. До боли предсказуемый и предусмотрительный.

– Спасибо, не стоит.

– Тогда слушаю вас.

– Я по поводу рейда…

– М-м-м, - сморщился Кваснин, - Да вы не переживайте. Анатолий Григорьевич меня проинструктировал. Я совсем закрутился. В штабе ремонт. Приходится пока здесь ютиться, - виновато окинул он взглядом комнату.

– А этот Полковник… На него можно как-то выйти?
– перешел сразу от прелюдий к делу Сибирцев.

– Откуда вы знаете про Полковника?
– насторожился Кваснин.

– Работа такая… Ну так?

– А вы не так просты, как кажетесь с первого взгляда.

– Разве?

Сибирцеву всегда казалось, что шикарный костюм от «Гучи» заранее исключает подобный подход. Виной всему мужицкая физиономия, но в работе ой как помогала. Человек из массы. А что еще нужно «чекисту»? Только теперь немного другой профиль. Понт явно не мешает.

«Пластику что ли заделать», - запоздало мелькнуло.

– Выход на Полковника, конечно, есть. У меня в меньшей степени, а вот у конторских… Но это вам опять к Андрееву нужно обратиться.

– Да что же вы меня как футбольный мяч пинаете!
– Сибирцев бросил взгляд на часы. Он по старинке любил наручные, хотя сейчас в моде были массивные платиновые перстни со встроенным чипом. Голосовое сообщение о погоде, времени суток и даже магнитных бурях. Прогресс. Генерал еще должен быть у себя, хотя может лучше и подождать. Назначил ведь на завтра на

десять.

– Зачем же вы так. Я от себя все зависящее сделал. Вы поймите, российский контингент здесь не единственный. НАТОвцы постоянно напирают. Да, официально их нет, только «голубые» каски, но вы же понимаете, под чьим контролем они находятся. У третьего, ставшего в одночасье первым периметром развернулась настоящая шпионская битва. Американцы усиленно интересуются аномальными проявлениями Зоны и этим Монолитом. Я могу связаться с нашими чекистами, но у генерала авторитета больше. А «особисты» вообще независимым фронтом выступают. Зачем мне лишние проблемы?

Лишние проблемы не нужны никому, а вот на джипах разъезжать…

– Хорошо, - недовольно согласился Сибирцев. Кваснин ему не понравился. Излишне скользкий и слащавый для боевого офицера. И еще этот «Land Cruiser» совсем портил впечатление. Раньше все на УАЗиках, особенно в поле. Даже в конторе оперативники ездили на «Волгах», на «Subaru» все больше шишки московские. Тульские чекисты, где пришлось тянуть лямку службы, их шибко недолюбливали. Москва-то рядом, а они гнили почитай в провинции, - Мне нужно встретиться с ним. В Зоне.

– Я же вам объяснил… - вновь затянул Кваснин старую пластинку.

– Подождите… Я имел в виду, что буду участвовать в рейде.

– Их несколько. Мы намерены разгромить группировку Полковника… Мой старый знакомый, - улыбнулся Кваснин, - Я с ним в войнушку почти три года играю. Кстати, первый рейд уже завершен. Получили не совсем тот результат, на который рассчитывали…

– ЧТО???
– щеки Сибирцева налились краснотой, будто одним махом опрокинул двести грамм белой, - Почему меня в известность не поставили?!

– С какой это стати, - спокойно ответил Кваснин, никак не отреагировав на зло выпученные глаза и неслабый удар кулаком по столу. Его столу, - Я не обязан посвящать гражданских в тонкости военных операций наших спецбригад. К тому же темой заинтересовался Форестер. На вашу удачу.

– Да… Да… - захлебывался словами Сибирцев.

Он хотел сказать «да что вы о себе возомнили», но как бывший военный в сердцах понимал, что неправ. Не хватало еще конфликта с местными боссами.

– Я поеду на встречу с Полковником, и ваши люди будут меня сопровождать, - взял он себя в руки.

– Как вы себе это представляете? Военные сталкеры вламываются на одну из баз «Монолита», чтобы один гражданский мог встретиться с преступником, нарушившим неоднократно законы Украины и директивы чрезвычайного положения, введенного по периметру зоны отчуждения коалиционерами, а после милой беседы ретируются. Кстати, после штурма, нам по-прежнему неизвестно местоположение Полковника, как и Магистра. У этих сектантов пояса с пластитом. У каждого, чтоб вы знали. Нам дорого стоили попытки взять хоть одного живым.