Стрелы судьбы

Ниамару

— Хозяин уже завтракал?

— Да.

— Тогда в столовой.

— Слушаюсь. Все будет готово через десять минут, — слуга поклонился и вышел.

Велена посмотрела в окно, в горах то и дело вспыхивали зарницы:

— Да-а. Хладнокровие никогда не было твоей чертой, даром что змий.

Крис действительно вернулся очень быстро.

— Завтрак подан, госпожа, — тихо произнес он и чуть нахмурился, проследив ее взгляд и окинув картину локального апокалипсиса, все еще продолжающегося

в горах.

— Спасибо, Крис.

Велена прошла в столовую, где ее ждал искусно сервированный стол. От этого зрелища, сопровождаемого восхитительными запахами, у нее вырвался благодарный вздох. Воздушные круассаны, нежный ванильный крем и фруктовый салат. И кофе, небесная благодать, настоящий ароматный кофе в высоком фарфоровом кофейнике! Наконец-то она хоть нормально поест, блины с медом или икрой ее ужасно утомили. Ее пальцы испытали удовольствие, сжав миниатюрный серебряный ножичек для крема и тонкую фруктовую вилочку.

Когда Велена покончила с завтраком, слуга проводил ее к приготовленным апартаментам. Впрочем, проводник ей не требовался, ее ноги хорошо знали эту дорогу, и от этого сердце тоскливо сжималось. Она распахнула знакомую дверь и медленно прошла по комнатам. Все было так, словно она никогда и не покидала их. Так до боли знакомо. Велена решительно тряхнула головой, отгоняя наваждение прошлого и, нахмурившись, повернулась к слуге, бесшумно следовавшему за ней.

— Крис, мне нужна постель! Или Горган предпочитает, чтобы я ютилась на диване?

— Госпожа, Ваша спальня в полном Вашем распоряжении, — слуга сделал приглашающий жест по направлению к двери в боковой стене дальней гостиной.

Глаза Велены метнули сердитые молнии, но тон был ледяным:

— В этой спальне я не проведу больше ни часа. Так что потрудись поставить вот в эту комнату кровать.

— Но, госпожа, хозяин спит в другом крыле замка. Эта спальня приготовлена только для Вас.

— Я, кажется, ясно выразилась, — в ее голосе зазвучали опасные нотки раздражения, — Я там спать не буду!

— Хорошо, как Вам будет угодно, госпожа, — Крис на всякий случай согнулся в почтительном поклоне, — Я сейчас обо всем позабочусь. Что-нибудь еще?

— Да, ванну мне приготовь.

— Все будет сделано. Пена, ароматическое масло?

— Да, сандал, пожалуйста.

— Слушаюсь, госпожа, — и Крис поспешил выполнять поручения. Только выйдя за пределы апартаментов, он позволил себе покачать головой.

Дверь. Она приковала к себе взгляд Велены. Из кобальтово-синих глаз исчез гнев, уступив место бессильному сожалению.

Она медленно подошла и положила руку на тяжелую бронзовую ручку. Легкий нажим и дверь открылась.

— Горган, ну зачем? — прошептала она.

Спальня была восстановлена до мельчайших деталей, словно ее шикарный интерьер никогда и не выжигали дотла. Перламутрово-бежевый шелк просторного ложа — ложа для двоих, что сейчас выглядело злой насмешкой судьбы. Золотой балдахин из тончайшей, словно паутинка, ткани, белоснежный ковер с витиеватым коричневым узором, мебель цвета темного шоколада. В высоких вазах из молочно-белого стекла, в тревожном

ожидании напряженно выпрямив длинные ножки, застыли свежие калы — ее любимые цветы. Велена почувствовала, как предательски дрогнуло что-то внутри.

— Нет, — тихо сказала она сама себе, — Ничего не вернешь. Жизнь — это не комната, которую можно восстановить даже из пепла. Она ломается раз и навсегда. Разбитую вазу уже не склеишь… никогда… как бы ни хотелось этого ни тебе… ни вазе.

Велена резко захлопнула дверь, провела над ней рукой, сделав невидимой, и вышла из дальней комнаты. Она недолго успела просидеть на уютном диванчике, обитом вишневым бархатом, рассеяно перебирая свои любимые книги, которые все так же, в беспорядке, лежали на низком стеклянном столике. В дверь постучал слуга и сообщил, что ванна готова.

Через несколько минут Велена опустилась в благоухающую сандалом воду. Она откинулась на бортик, пушистая пена смешалась с серебряными волосами. А сейчас на полчаса забыть обо всем и насладиться роскошью и комфортом. Банями с запахом вареных веников она была сыта по горло.

***

Уснуть Ивану, конечно же, не удалось. До полудня он метался по своему терему, а после нетерпеливо мерил шагами коридор под дверью Корвеня. Еще через полчаса он не выдержал и забарабанил в дверь.

— Не заперто! — рявкнул Корвень и с рыком потянулся.

— Корвень, солнце уже к западу клонится! Может, поедем уже, а? — спросил царевич, неловко топчась у порога спальни друга.

— Ну, что ты выдумываешь, Ваньк! — Корвень сел в постели и взглянул в окошко, — Торчит твое солнце на самой макушке неба! А ты вещи собрал?

— Какие вещи? — удивленно спросил Иван. По его мнению, в бою со змием кроме меча и доброго коня ничего не требовалось.

— Как какие? — Корвень со скрипом поскреб подбородок, на котором уже начала отрастать темная щетина, и стал загибать пальцы, — Походный шатер, одеяла, котелок, провизию. Нам по лесам как минимум дюжину дней до гор топать. И потом скорее всего на гору лезть придется. Веревки с крючьями бы тоже прихватить надо. Эх, ты, горячий добрый молодец! — усмехнулся он, глядя на растерянную физиономию царевича, — И как ты без меня собирался идти через лес?

Иван виновато развел руками и смущенно улыбнулся.

— Ладно, Вань. Спасем мы твою царевну-лягушку, не боись!

Корвень собрался вылезти из постели, но потом с сомнением глянул на Ивана и обернул вокруг талии покрывало. Он подобрал брюки и прошлепал босыми ногами в соседнюю комнату. Потом, прихватив рубашку, охотник отправился на двор умываться. Иван поспешил следом и сам полил ему на руки и спину воду, чтобы не ждать нерасторопных после ночной гулянки слуг.

Они плотно позавтракали блинами со сметаной, а Корвень еще баранью ногу где-то в недрах кухни добыл. Должно быть, ее припрятал повар, но, может, и вправду гости не доели — столы щедро ломились особенно в последнюю ночь. Иван разыскал заспанного отца, рассказал ему о случившемся и, получив благословение после дюжины ахов и охов, вернулся к другу.