Стрелы королевы

Лэки Мерседес

— Когда-нибудь это может тебе очень и очень пригодиться, — вступила в разговор Керен. — Это означает, что Ролан смог бы дотянуться до тебя, даже если бы ты лежала без сознания. Нам определенно нужно немедленно рассказать об этом Кириллу.

— Пожалуйста, сколько угодно. Едва ли есть причина держать это в секрете.

— Тэлия, как ты думаешь, у меня когда-нибудь будет такой друг, как Ролан? — тоскливо спросила Элспет.

Тэлия привлекла девочку к себе и крепко обняла за плечи. — Котенок, — шепнула она, — никогда, ни минуты не сомневайся в этом. На самом деле твой друг-Спутник

вполне может оказаться даже лучше Ролана, обещаю тебе.

Ролан не ответил на это своим обычным, почти по-человечьи насмешливым фырканьем. Вместо этого он ласково ткнулся в девочку носом, словно желая подтвердить обещание Тэлии.

Несколько дней спустя Тэлия решила точно выяснить, каков физический предел действия ее Дара.

Она не потрудилась зажечь в комнате свечу — просто в сгущающихся сумерках легла на постель и расслабилась, отгоняя и успокаивая любые отвлекающие мысли и эмоции, пока не перестала чувствовать свое тело — остался лишь якорь, от которого можно было двинуться вовне.

Тэлия медленно раздвигала границы своего восприятия — сначала за пределы комнаты, потом — Коллегии, а потом и за пределы дворца и его окрестностей. Во дворце смутно ощущались гнезда честолюбия и тревоги, но не встретилось ничего настолько сильного, чтобы удержать там Тэлию.

Она легко проскользнула мимо, решившись двинуться дальше, непосредственно в сам город. Эмоции виделись ей расцвеченными живыми красками.

По большей части Тэлия двигалась сквозь них, как сквозь туман; среди отрицательных эмоций ей не встретилось ни одной достаточно сильной, чтобы остановить ее продвижение. Раз или два она ненадолго задерживалась, чтобы вмешаться: один раз — в кабацкую ссору, второй — в кошмары, мучившие молодого ратника. Потом двинулась дальше.

Теперь Тэлия потянулась вдоль Северного Тракта, поочередно, словно следуя придорожным маякам, соприкасаясь с сознаниями людей, живущих или остановившихся на ночлег возле него.

Они напоминали ей маленькие светильники, указывающие путь на темной дороге — или, возможно, камни, по которым переходят через ручей, поскольку Тэлия не смогла бы без них двигаться дальше. Соприкосновения возникали здесь реже, чем в каком-либо ином направлении, так как Северный Тракт пролегал через самые малонаселенные части королевства. Пока сознание Тэлии плыло по этому пути, она припомнила, что именно этой дорогой отправилась на днях с поручением Ильза.

Внезапно, словно само воспоминание о существовании Ильзы явилось достаточным толчком, Тэлию потащило дальше на север; она оказалась во власти силы слишком могучей и настойчивой, чтобы ей сопротивляться.

По дороге она ощущала нарастающие беспокойство и тревогу, а также растущий страх. Тэлия почувствовала, что не в силах разорвать контакт или замедлить движение, и это встревожило ее еще больше. Она была почти в панике, когда ее внезапно втянуло в то, что тащило ее к себе.

Она очутилась там. Глядящей чужими глазами. Глазами Ильзы.

Засада!

Слишком много… Врагов было слишком много, чтобы отбиться. Фелара бешено лягалась и кусалась

направо и налево, пытаясь расчистить путь к бегству, но нападающие знали свое дело и не выпускали их из кольца. Она крепко сжала ногами бока Фелары, чтобы удержаться, зная, что если упадет — погибла.

Она вытащила меч и рубилась им, но на смену каждому, кого ей удавалось уложить, вырастали двое. Короткий меч в общем-то не предназначался для того, чтобы им сражались верхом, и она успела нанести не больше полудюжины ударов, когда клинок застрял в теле падающего врага и рукоять вырвалась из ее руки; пришлось вытащить кинжал. Потом протрубил рог, и нападавшие дружно подались назад.

Страшная боль пронзила плечо; в глазах на мгновение помутилось. Она тупо взглянула вниз и увидела оперенное древко стрелы, торчащее из верхней части груди.

Фелара завизжала от муки: вторая стрела пронзила бок Спутника. Будь проклята луна! Они отчетливо видны в ее свете — отличная мишень для лучников, которые наверняка прячутся под деревьями. Нападающие отступили еще немного — и новые стрелы засвистели из темноты…

Фелара закричала снова и рухнула, придавив ее своим телом. И она не могла ни думать, ни двигаться, ибо ощущала боль и агонию умирающей Фелары так, словно умирала частица ее самой.

Когда лучники сделали свое дело, вокруг нее снова сомкнулись вооруженные мечами воины. Она увидела, как клинок блеснул в лунном свете и пошел по дуге вниз, и поняла, что это тот, который убьет ее…

Кирш! Скажи королеве — в древке!

Десятки образов промелькнули и исчезли. Остался один. Стрелы с черным кольцом.

Их пять. Полые стрелы с черными кольцами на них…

Потом нестерпимая боль, и следом — ужасающая тишина и тьма, более жуткие, чем боль, она была заперта во тьме и не могла вырваться. Ухватиться было не за что, зацепиться не за что, потом внезапно в темноте возле нее что-то возникло.

Ролан…

И она в паническом страхе ухватилась за него и потянула…

Тэлия завизжала от смертной муки — не своей, чужой — и увидела, что сидит на постели, вытянувшись в струнку.

Мгновение она растерянно моргала, не будучи полностью уверена, что все увиденное — это не просто чересчур яркий и правдоподобный кошмар.

И тут зазвонил Колокол Смерти.

— Нет… о нет, нет, нет… — Тэлия начала судорожно всхлипывать, как вдруг внезапная мысль вторглась в ее сознание, и слезы мгновенно высохли, словно их и не было.

Керен.

Керен, которую связывали с Ильзой узы столь же крепкие, как с ее Спутником и братом… которая зависела от этих уз. У которой, как знала Тэлия, вошло в привычку связываться со своей любимой каждый вечер в ее отсутствие, если Ильза находилась в пределах досягаемости ее Дара. Которая наверняка почувствовала смерть Ильзы: даже если она не разыскивала подругу мысленно в момент, когда та попала в засаду, она должна была узнать все благодаря связи, существующей между Герольдами.

И которая, убитая горем и потрясением от смерти Ильзы, вполне могла потерять опору, которую давали ей долг и чувство ответственности, настолько, чтобы захотеть умереть — и сделать это.