Стрелки Шарпа
Шрифт:
– Ты так думаешь?
– Я знаю.
Шарп присел на корточки. По низкому, неразличимому небу катились бесчисленные черные тучи.
– Почему ты пошел в армию?
Беззубый рот делал и без того уродливого Хэгмэна похожим на щелкунчика.
– Поймали на кармане, сэр. Магистрат велел выбирать: или тюрьма, или служба.
– Женат?
– Почему я и выбрал службу, сэр. – Хэгмэн рассмеялся и выплюнул желтую жижу в лужу. – Клятая была баба. Черноротая, что твой пес.
Шарп засмеялся, потом окаменел.
– Сэр! –
– Вижу.
Выкрикивая команды, лейтенант побежал к отряду. С севера, четко вырисовываясь на фоне темных облаков, надвигалась кавалерия. Французы их догнали.
Глава 8
Место для боя было крайне неудачным. Кругом простирались поля – мечта кавалерии. Попадались полоски затопленной местности, в основном по краям дорог, огороженных каменными стенами, но Шарп понимал, что увести людей от поражения будет чрезвычайно трудно.
– Вы уверены, что это французы? – спросил Паркер.
Шарп не стал тратить время на ответ. Солдат, не способный по силуэту распознать противника, недостоин жизни.
– Пошел! Пошел! – Кучер, который не на шутку испугался гнева Шарпа, изо всех сил огрел лошадей. Постромки натянулись, экипаж дернулся и покатил по дороге.
Стрелки выдергивали тряпки из ружейных замков. Шарп про себя вознес хвалу неведомому божеству, позаботившемуся о том, что у отрезанного от армии отряда осталось много боеприпасов. Единственный шанс противостоять превосходящим силам противника заключался в сдерживании их атаки плотным ружейным огнем.
Шарп прикинул, что драгунам потребуется около десяти минут, чтобы добраться до сосновой рощи, где находились стрелки. Со всех сторон простиралась равнина, оставалась только ферма на юге. Если случится чудо и стрелки успеют добежать первыми, ферму можно оборонять как крепость. Надо лишь уложиться в десять минут.
Шарп и двенадцать стрелков остались прикрывать отход.
Лейтенант выбрал Хэгмэна, ибо старый карманник виртуозно стрелял из ружья, и Харпера с его ближайшими друзьями, поскольку подозревал, что все они отличные драчуны.
– Надолго мы их не задержим, – объявил Шарп, – но какое-то время отыграем. И готовьтесь: когда придет время отступать, побежим как черти!
Харпер осенил себя крестом:
– Боже, храни Ирландию.
По топкой дороге, на которой час назад застряла карета, скакало около двухсот драгун.
Стрелки залегли между деревьями. С расстояния в полмили французы их не видели.
– Не шевелиться, – предупредил Шарп. – Целиться в лошадей.
Он бы предпочел дождаться, пока до всадников не останется ярдов двести, но это означало бы слишком близко подпустить конницу. Приходилось начинать стрельбу на пределе досягаемости ружей. Лейтенант надеялся, что залп вызовет панику и сумятицу, за счет чего стрелки выиграют
Невидимый в тени сосен, Шарп стоял в нескольких шагах позади своих людей. Он вытащил подзорную трубу и увидел бледно-зеленые мундиры с розовыми обшлагами. Труба приближала во много раз, драгуны подпрыгивали вверх и вниз, заполняя собой весь окуляр. Покачивались ножны, карабины, ранцы. С такого расстояния лица драгун казались застывшими и устрашающими. Сзади к седлам были приторочены странные мешки, которые Шарп принял сначала за тюки фуражного сена. Французы остановились.
Шарп тихо выругался.
Он водил трубой слева направо. Драгуны пересекли затопленное место и вытянулись в неподвижную линию. Лошади опустили головы и пощипывали мокрую траву.
– Сэр, – позвал Хэгмэн, – посмотрите на дорогу. Видите сволочей?
Шарп резко перевел трубу к середине вражеской линии. Там, сверкая темно-золотыми эполетами и аксельбантами, появилась группа офицеров. В самом ее центре были егерь в щегольском красном ментике и гражданский в черной бурке и белых сапогах. Шарп поразился сверхъестественному чутью, ведущему этих людей по его следу.
Полковник вытащил свою трубу и, как показалось Шарпу, навел ее прямо на него. Лейтенант замер, стараясь не шевелиться, чтобы не блеснули предательские линзы. Он видел, как егерь сложил трубу и отдал приказ офицеру драгун, который тут же поскакал на запад.
Выполняя команду полковника, шестеро драгун поснимали с передних лук седел тяжелые каски и надели их на головы. Понимая, что в роще может поджидать засада, егерь решил выслать пикет. Шарп терял преимущество внезапной атаки. Он захлопнул трубу и выругался, проклиная осторожность француза.
Шестерых разведчиков убить не трудно, но остановит ли это драгун? А вдруг, оценив по залпу силу засады, они бросятся в атаку? Тогда вместо десяти минут у Шарпа будет всего пять, за которые стрелки не успеют добраться до южного склона.
Шарп засомневался. Но солдатская служба научила его одному: лучше принять плохое решение, чем не принять никакого.
– Отходим! Быстро! Не высовываться!
Стрелки отползли назад, поднялись, когда их уже не было видно из-за деревьев, и побежали.
– Черт! – выругался Харпер.
На дороге, в каких-то двухстах ярдах, стояла застрявшая карета Паркеров – кучер в спешке налетел колесом на каменную ограду. Уильямс и его люди тщетно пытались сдвинуть экипаж с места.
– Выходите! – заревел Шарп. – Выходите из кареты!
В окошке показалась голова миссис Паркер.
– Толкайте! – кричала она. – Толкайте!
– Немедленно из кареты! – Шарп с трудом бежал по грязной и скользкой дороге. – Выходите! – Чтобы выручить карету, надо было заманить лошадей назад. На это ушла бы масса времени, а значит, от затеи следовало отказаться.