Стражница
Шрифт:
Констанция ненавидела меня. Она ясно дала понять это в день похорон Верити, и кто мог упрекнуть ее в этом? Верити и я пошли вместе покушать мороженное. Я выжила. Верити — нет. То, чего Констанция не знала, и чего я не могла рассказать ей — это то, что в убийстве её сестры речь шла не о незапланированном насильственном преступлении. Это было целенаправленное нападение.
Возможно между нами всё было бы по-другому, если бы Констанция знала об этом. Возможно она позволила бы мне заботиться о ней. Но я как-то сомневалась в этом, особенно когда
— Какого черта ты делаешь, Констанция? Прекрати!
У меня текла кровь из носа, я прижала к нему руку, пытаясь остановить её. Покалывание распространилось от ладоней верх и дошло до груди, оно было неприятным, но не болезненным. Я оглянулась вокруг, стараясь подавить страх и чувство, что не справлюсь с этой ситуацией. В очередной раз.
— Как давно? — спросила я.
Констанция ударялась головой о плитки и продолжала царапать себе руки, в то время как её крики сменились мучительными стонами.
Я схватил её за запястья и оттащила от стены. Кровь капала на мою блузку.
— Когда это началось?
— В эти выходные, — выдохнула она, и на ее шее проступили вены. — Мне ужасно больно. Что со мной не так?
— Я не знаю, милая. Держись.
Шрам на моей руке, розовый и блестящий, болезненно пульсировал, а Констанция начала хныкать. Вокруг нас воздух был заряжен и искажался, а распространяющийся запах озона обжигал нос. На моих глазах волосы Констанции поднялись в воздух, спутываясь в узлы.
— Мо?
— Я с тобой. Всё будет хорошо.
Я соврала. Это было последнее, что я сказала, перед тем как младшая сестра моей лучшей подруги стала в туалетной комнате на втором этаже суперновой и увлекла меня за собой.
Глава 2
Я не знаю, как долго мы пробыли в отключке. Наверное, не долго, потому что, когда я очнулась, вошла Лена и её выражение было больше похоже на лёгкое беспокойство, чем на откровенную панику.
— Все в… чёрт.
Констанция лежала возле раковин, бледная как свет луны, не считая темно-красных струй крови, тёкших из носа. Я присела возле неё на колени, держа ладонь на расстоянии нескольких сантиметров от её открытого рта.
— Она дышит.
Лена посмотрела на меня, как будто не могла поверить своим глазам.
— У тебя кровь! Что случилось?
Я переложила голову Констанции с чёрно-белой плитки себе на колени.
— Произошёл несчастный случай.
— Её кулак случайно заехал тебе по лицу? — Лена вырвала горсть бумажных полотенец из раздаточного автомата и залила их холодной водой. — Держи.
— Спасибо. Она сделала это не специально. Она… больна.
Можно ли заболеть из-за магии? За мгновение до того, как мы потеряли сознание, я почувствовала её: поразительно-мощную, грубую магию, которая протекла через нас обоих. Сейчас она исчезла, но то, что она вообще появилась в этой комнате свидетельствовало о том, что Констанция Дуга.
Вот тебе
— Послушай, Мо. Я знаю, что ты переживаешь, но может настало время серьёзно с ней поговорить, понимаешь? С девчонкой что-то не так.
Она протянула мне ещё одну стопку влажных полотенец.
Я убрала волосы Констанции с лица и вытерла кровь. Лёгкое дуновение ветра пролетело по комнате и исчезло.
— Она не просыпается. Разве она не должна была уже прийти в себя?
— Откуда, к чёрту, я могу это знать? Давай позовём школьную медсестру.
— Медсестра тут не поможет.
Нам нужен Люк. Я обещала помочь ему, если ему понадобится моя помощь, но не совсем была готова с моей стороны просить у него о помощи. Это не хорошая идея, становиться должницей Люка ДеФаундре. Я дотронулась до запястья, пытаясь почувствовать слабую, потустороннюю цепь, связывающую нас. Последний раз я чувствовала её месяц назад, на кладбище, где похоронена Верити.
— Мне нужно больше времени.
Лена посмотрела на свои часы.
— У тебя восемь минут до звонка. Что если она сильно ранена?
— Я знаю кое кого, кто сможет нам помочь.
Лена присела на корточки, тщательно подбирая юбку под себя.
— Мо, во что бы малышка не впуталась, это что-то очень плохое. Не позволяй ей втянуть и тебя. Пусть кто-то другой позаботится об этом.
Констанцию на полу охватила судорога. Воздух гудел, в то время как мой шрам ярко выделялся светлым цветом на фоне крови, покрывавшей мою руку. В последний раз кровь принадлежала Верити, и она умерла. Я не позволю случиться этому ещё раз.
— Обещай, что не пойдёшь за медсестрой, — сказала я.
— Скажи, что ты шутишь.
— Я позабочусь о ней. Ты же знаешь, что я не позволю, чтобы с ней что-то случилось; она сестра Верити, ради б-га! Но я не могу позволить кому-нибудь увидеть её в таком состоянии.
— Мо, через пять минут, половина десятого класса будет здесь.
— Вернись в библиотеку. Скажи сестре Агате, что я не важно себя чувствую.
Это даже не было ложью. Моя головная боль переросла в мигрень, а желудок свело судорогой от тошноты. Покалывание на коже говорило о том, что магия собирается вокруг. Воздух стал давящим и заряженным, как во время грозы. Я испугалась за всех нас.
— Я серьёзно. Я позабочусь о Констанции. Но тебе нужно идти.
— Я тебя не понимаю.
— Я знаю. Лена, пожалуйста.
Она прикусила губу, от обиды и нерешительности её лицо потемнело. Лена была довольно миловидной, из-за чего люди часто недооценивали её. Они видели большие карие глаза на лице в форме сердечка, и им сразу же хотелось защитить её. Во всяком случае, поначалу. Как только у них была возможность понаблюдать за ней в действии — когда она становилась агрессивной и дикой на футбольном поле или грубоватой и своевольной где бы то ни было — они меняли своё мнение. Но сейчас, она выглядела просто обиженной, будто я каким-то образом предала её.