Стражи
Шрифт:
На прикроватной тумбочке фото: смеющаяся девушка с развевающимися длинными русыми волосами в объятиях высокого широкоплечего мужчины, его синие глаза смотрят на нее с любовью, ее сияют от счастья. Оба они мертвы теперь. Я поставила фото на место. Держа в руках его рубашку, вышла в коридор. На миг мне показалось: из зеркала огромного – во всю стену шкафа-купе, чудом не пострадавшего во время атаки, на меня опять смотрела Кити – ее слезы текли по моим щекам, моими руками она сжимала его рубашку. Я зажмурилась и, глубоко вздохнув, открыла глаза. Теперь в мерцающей поверхности опять была я – старший агент «Альфа»,
– Я люблю тебя, – шепчу в темноту.
Дверь хлопнула – откуда здесь сквозняк? Два замка. Пора ехать.
Глава 2. Подмена
– Ты ни минуты не спала, Катя? – я осторожно вела серебристый BMW X6, периодически поглядывая на малыша в детском кресле в зеркало заднего вида. Лида сидела на переднем пассажирском и смотрела на меня.
– Спала, конечно, – ответила я.
– Это случилось сегодня, да? – вдруг спросила она. Коснулась рукой моего плеча, – Мы ни разу не говорили…
– И не станем, – теперь в подобных ситуациях говорить получается совсем ровно, вроде речь о чем – то обыденном.
– Извини, милая, я просто так хотела б хоть как-то помочь тебе, – прошептала сестра.
– А ты помогаешь, – на миг поймав ее взгляд, я улыбнулась, – Вы все, особенно Дмитрий Михайлович.
Мы припарковались у дома родителей и, прихватив шоколадный торт, рюкзак с миллионом вещей, необходимых младенцам и самого младенца зашли в подъезд.
– Димчик! – мама взяла на руки внука. Мы с Лидой прошли в кухню. По привычке, торт разрезала она. Мы пили чай, по очереди держа на руках малыша. Говорили о таких привычных мелочах. В такие минуты я ощущала покой. Племяшек заинтересованно изучал мой смартфон. До чего же он забавный, маленький Димка и как быстро растет. Вроде бы недавно я впервые взяла его на руки.
Декабрь 2015. Киев.
Самолет только приземлился в Борисполе, я удачно убрала конгрессмена, работавшего на Тауэр. Официальная причина смерти – передозировка обезболивающими препаратами, на которые он якобы подсел после травмы колена, произошедшей во время игры в теннис. Едва включив смартфон после перелета, я увидела 20 пропущенных от Майка. Дрожащими руками набрала номер.
– Майк? Что случилось?
– Лида рожает, – его голос дрожал, – Ты где, Катя?
– Уже еду.
Я примчалась в клинику за 20 минут в разгар дня, а встречающему пришлось вызвать такси.
Побледневший Майк метался из стороны в сторону. Увидев меня, он в три прыжка преодолел пол коридора и стиснул в своих медвежьих объятиях.
– Катя, слава Богу, ты здесь!
– Что говорят врачи?
– А нихера они не говорят, ждите мол.
Именно в этот момент из родильного отделения вышел доктор. Майк навис над ним.
– Поздравляю, у вас сын! – доктор едва успел закончить, а мы уже прошли в отделение. Пофиг, что нельзя – мое липовое удостоверение сотрудника СБУ решит любой вопрос. На нас напялили халаты и маски.
– Лида! – Майк приблизился к ней. Сестренка выглядела уставшей, но безумно
Его руки дрожали, но мужчина уверенно взял на руки сына.
– Катя? Все в порядке? – обеспокоенно спросила сестра. Я кивнула и обняла ее.
– Ну, Дмитрий Михайлович, – Майк протянул мне сыночка, – познакомься с тетей.
Дыхание сбилось, я осторожно взяла на руки племянника.
– Если б не он и не ты, нас бы тут не было, – ответил Майк на мой невысказанный вопрос.
Включившийся телефон вернул меня в реальность. Я отдала Димку папе и вышла в коридор. Извещение о зашифрованном послании. «Юрген Мейсон». Ну, наконец-то. В феврале было совершено несколько терактов. Сначала в Нью-Йорке, потом – Минск и Ливерпуль. Абсолютно беспорядочные и, казалось, не связанные между собой, если б не почерк. Группа наемников, работали на пакистанских террористов, на вербовку ушла вечность и вот, наконец, мы узнали их источник доходов. Возьмем его – выйдем на главаря и минус еще одна угроза.
– Что случилось? – Димка хныкал, а Лида укачивала его.
– Реклама пришла, а я думала с работы, – я села за стол и отпила чай.
Через пару часов мы уже засобирались. Я отвезла Лиду с малышом домой и отправилась в штаб. Руководитель у нас теперь Эрик, Егор вернулся к работе в Надзоре, а о Романе я знала лишь то, что его отправили в отставку.
– Эрик, появилась информация насчет финансирования пакистанских террористов. Юрген Мейсон – владелец сети отелей в верхнем Ист-Сайде.
– Отлично. Расчет планирования миссии?
– 12 часов.
– Кого вызовешь?
– Женя со мной, Юля, Макс и Слава пусть будут в группе прикрытия.
– Женя на твой взгляд готов?
– Вполне.
– Тогда вперед, – я вышла.
В центре управления находился только Алекс.
– Привет, Алекс. Мне нужна информация по планируемым встречам Юргена Мейсона на ближайшие три дня.
Парень кивнул и через несколько минут у меня уже был список.
– Он прилетает в Боготу послезавтра в 4 утра по местному времени. Сделай, пожалуйста, план прикрытия для меня и группы. Подадим данные Эрику завтра в 9 утра. Спокойной ночи.
– Будет сделано, ответил парень.
Махнув рукой на прощанье, я поехала домой. Двухкомнатная студия находилась на 12 этаже. В случае чего, у меня имелось три пути эвакуации. Бронированные стекла и двери, глушитель сигнала, 4 спрятанных пистолета – Дима бы гордился мной. Я приняла горячий душ, выпила три таблетки успокоительного и забралась под одеяло. По крайней мере, сегодня у меня получилось уснуть.
Пламя обжигало, боль лишала рассудка, жуткий грохот. Казалось, небеса обрушились на меня. Нечем дышать вокруг лишь дым, пепел и пламя. Я пытаюсь позвать на помощь, но не могу закричать. Нет, закричать-то как раз могу – этот жуткий звук и разбудил меня, вернул в реальность. Лучше сразу встать иначе сердце и дальше будет долбить ребра. Опустившись на пол, я принялась отжиматься. Сначала упираясь левой, потом правой рукой. Все тело ныло – замечательно, физическая боль – лучшее лекарство от марева. Пол часа и я в штабе.