Стража! Стража!
Шрифт:
Валет пожал плечами. — Не знаю. — сказал он. — Все, как я полагаю. Самый безопасный способ.
Обычный, не веря своим глазам, разглядывал отряд стражников. — А, Бодряк. — сказал Патриций. — Вы можете…
— Заткнитесь. — холодно сказал Бодряк. — Младший констебль Морковка?
— Сэр!
— Прочитайте заключенному его права.
— Да, сэр. — Морковка достал свою записную книжку, облизал большой палец и перелистал страницы, ища нужную.
— Люпин Обычный. — сказал он. — также известный
— Что? — сказал Обычный.
— ныне проживающий в месте, известном как Дворец, Анк-Морпорк, моей обязанностью является информировать вас, что вы арестованы и вам будет предъявлено обвинение… — Морковка с мукой во взоре поглядел на Бодряка. — в совершении преступлений, как-то убийство непосредственно с помощью инструмента, а именно, дракона, а также еще много различных правонарушений всеобщего подстрекательства, которые будут выяснены позднее. Вы имеете право сохранять молчание. Вы имеете право не быть брошенным в водоем с пираньями. Вы имеете право быть подвергнутым тяжелому испытанию.
Вы имеете…
— Это сумасшествие. — холодно сказал Патриций.
— Я думал, что приказал вам заткнуться! — прикрикнул Бодряк, повернувшись и покрутив пальцем перед носом Патриция.
— Скажите мне, сержант. — прошептал Валет. — как вы думаете, мы собираемся бросить его в яму со скорпионами?
— … ничего не говорить, но в случае, если вы ничего не скажете, то это будет записано здесь, в моей книжке, и может быть использовано в качестве улики…
Голос Морковки стих, затерявшись в тишине.
— Если эта пантомима доставляет вам удовольствие, Бодряк. — наконец согласился Патриций. — отведите его в темницу. Я разберусь с ним утром.
Обычный не подавал ни малейших признаков несогласия. Ни крика, ни плача. Он просто бросился к Патрицию, подняв меч.
Возможные последствия замаячили у Бодряка в голове.
Среди мелькавших мыслей окрепла главная — убеждение, что стоять в стороне было бы наилучшим планом, позволить Обычному совершить задуманное, после разоружить его, позволить городу самому очистить себя. Да. Чудесный план.
И потом для него явилось полным чудом, зачем он ринулся вперед, воздев меч в тщетной попытке блокировать удар…
Возможно это нечто из того, что написано в книге как поступать в таких случаях.
Раздалось звяканье, не очень громкое. Он уловил, как что-то блестящее и серебристое пролетело мимо уха и вонзилось в стену.
Обычный разинул рот. Он уронил обломки меча и попятился, сжимая «Вызывание».
— Вы будете жалеть. — прошипел он. — Вы будете все очень сожалеть!
Он шепотом бормотал, постепенно затихая.
Бодряк почувствовал, что его трясет. Он не сомневался, что знает, что же именно пролетело у него над ухом, и только одна мысль об этом заставила
— Оставьте! — сказал он. — Вы замолчите в конце концов?
Бормотание возобновилось. Воздух потеплел и стал сухим и горячим.
Бодряк пожал плечами. — Что ж тогда. — сказал он и повернулся. — Бросьте в него книгой, Морковка.
— Хорошо, сэр.
Бодряк вспомнил слишком поздно, что гномы не понимают метафор.
И они очень хорошо умеют целиться.
«Законы и Указы Городов Анка и Морпорка» угодили секретарю прямо в лоб. Тот моргнул, пошатнулся и сделал шаг назад.
Это был самый длинный шаг, который тому доводилось делать. Ибо он длился всю оставшуюся ему жизнь.
Спустя несколько секунд они услышали звук удара его тела о землю, пятью этажами ниже.
Спустя еще несколько секунд их лица склонились над краем открывавшейся пропасти.
— Как удивительно все свершилось. — сказал сержант Двоеточие.
— Это факт. — сказал Валет, протянув руку к уху за окурком.
— Убит по божьему благословению. Метафорически.
— Не знаю. — сказал Валет. — По мне, так выглядит как обычная земля. У вас не найдется огоньку, сержант?
— Ведь все правильно, сэр? — настойчиво спросил Морковка. — Вы приказали…
— Да-да. — сказал Бодряк. — Не беспокойтесь. — Он протянул трясущуюся руку, взял сумку, которую прежде держал Обычный, и высыпал оттуда груду камней. В каждом камне была дырка. Зачем? — подумал он.
Шум, раздавшийся позади, заставил его оглянуться. Патриций держал обломки королевского меча. Капитан увидел, как тот выковыривает из стены вторую половинку меча. Это был удачный бросок.
— Капитан Бодряк. — сказал он.
— Сэр?
— Ваш меч, если позволите?
Бодряк вручил ему меч. Он не мог сообразить, что ему делать. Возможно ему было лучше самому оказаться в яме со скорпионами.
Лорд Ветинари тщательно осмотрел ржавое лезвие.
— Как давно он у вас, капитан Бодряк? — мягко сказал он.
— Это не мой. Он принадлежит младшему констеблю Морковке, сэр.
— Младшему… ?
— Мне, сэр, с вашего позволения. — сказал Морковка, отдавая честь.
Патриций медленно крутил клинок так и сяк, как-будто увлекшись этим. Бодряк почувствовал, что атмосфера сгущается, история споткнулась в этой точке, но почему, он в течение своей жизни так и не понял. Это была одна их тех точек, когда Штаны Времени кувыркаются переворачиваясь, и если вы были неосторожны, то легко можете попасть не в ту штанину…