Страж
Шрифт:
— Элвина. — Сдержанный кивок. — И… Лунный страж Ром.
— Госпожа посол, — я наклонился и поцеловал ее руку, затянутую в черную перчатку. На руке красовался браслет с настолько крупными алмазами, что всего на один из них можно было купить целый квартал в Низинах.
Мать Элвины смотрела пристально, не моргая, и чуть подалась вперёд.
— Это я попросила Элвину пригласить тебя, Ром. Твоё присутствие на приёме — сигнал для других кланов. Надеюсь, ты понимаешь, насколько это важно.
— Разумеется, —
— Хорошо. Постарайтесь не устраивать спектаклей. Их сегодня и так будет достаточно.
Она удалилась к группе из клана Золотых весов. Я почувствовал на себе десятки взглядов — одобрительных, настороженных, презрительных. И шёпотки, едва слышные:
— Это тот самый бастард Доминуса…
— Как Ночным удалось переманить его на свою сторону?
Чем дальше, тем скучнее. Могли бы придумать и другие темы для обсуждения.
— Не обращай внимания, — не переставая улыбаться и кивать гостям в знак приветствия, шепнула Элвина. — Они всегда будут шептаться. Им только дай повод.
— Пока я жив, да, — согласился я. — А после будут шептаться, что мёртвый бастард испортил им вечер.
— Тогда лучше будь живым бастардом.
Мы двинулись вдоль зала. Несколько раз приходилось останавливаться — кто-то считал своим долгом поздороваться.
— Магистр Виррен, — сказал я, заметив худую фигуру у колонны. — Рад видеть вас вне Башни белой ткани.
Я хорошо помнил её — та миловидная женщина, которая засунула меня в саркофаг для диагностики сигнатур. Первый человек в Альбигоре, проявивший ко мне не только интерес, но и подобие заботы.
— Господин Ром! — Она пожала мне руку со сдержанной улыбкой. — И я рада видеть вас в добром здравии. Всегда приятно, когда истинный талант выбирается из приюта для безродных и находит своё место в городе.
— Есть такое, — признал я. — Хотя я только начал.
Магистр Виррен кивнула.
— Если обожжетесь, моя Башня всегда к вашим услугам.
Она отошла, а рядом появился барон Артан, отец Лии. Высокий, узкий в плечах, с лицом, которое напоминало высохшее яблоко. Он скользнул по мне взглядом как по пустому месту и хотел было отойти в сторону, но я сам окликнул его.
— Барон Артан, — кивнул я.
— Страж Ром, — отозвался он и прошёл мимо. — Наслаждайтесь вечером.
Прозвучало это с легкой ноткой хамства. Нет. Я знал, что отец Лии — человек тяжелого характера, и всё же ожидал, что хотя бы на приёме он сдержит свою желчность.
— Дружелюбный, — заметил я Элвине.
— Ты не представляешь, насколько он может быть любезным, если ему что-то от тебя нужно, — сказала она устало.
Мы подошли к длинному столу, где стояли серебряные блюда с фруктами, бокалы с вином, ломтики мяса, украшенные золотым сахаром. Магистр из клана Золотых весов как раз подхватил фужер с игристым голубым. Увидев Элвину, он поклонился.
— Юная госпожа
Элвина подала ему руку для приветствия и тут же обернулась ко мне.
— Магистр, позвольте представить вам моего сослуживца — Лунного стража Рома. Ром, это магистр Ян Морион из Золотых весов. Один из лучших артефакторов в городе.
— Магистр, — я крепко пожал протянутую руку сразу с пятью перстнями, — рад встрече.
— Взаимно, господин Ром, — он повернулся, его брови поднялись. — Слышал, ваш клан недавно оказался под угрозой. Выброс Ноктиума…
— Последствия полностью ликвидированы, — я встретил его взгляд без улыбки. — И, насколько мне известно, горожанам ничего не угрожает.
— Будем надеяться, — сказал Морион. — Я бы не хотел видеть город, в котором выбросы становятся нормой…
Он двинулся дальше.
Музыка звучала всё громче, теперь начали играть что-то танцевальное, и несколько пар закружились в центре огромного зала. Я хотел было предложить Элвине танец, но в этот момент массивные двери зала со скрежетом распахнулись.
— Наследный принц Фиор из клана Солнцерождённых! — объявил распорядитель.
Танцующие остановились, а музыка стихла.
Я повернул голову и увидел, как в распахнутых дверях, подсвеченных холодными огнями артефактных факелов, показался силуэт, который ещё три луны назад вызывал у половины зала почтительный трепет.
Теперь Фиор походил скорее на бледную карикатуру того принца, что когда-то смотрел на всех свысока. До меня доходили слухи, что Доминус отстранил его от выполнения обязанностей наследника. Официальная причина — болезнь. Но все понимали, что Фиор опозорил и семью, и весь свой клан. Такое не простят.
Он шёл медленно, высоко подняв подбородок. Немногочисленная свита держалась позади.
— Его не приглашали, — Элвина побледнела и инстинктивно оглянулась на мать. — Ром, клянусь, принца Фиора не было в списках…
Я не ответил. Фиор сделал ещё несколько шагов в центр зала, затем остановился, оглядывая гостей, задержался на Герцоге, потом на Салине. И лишь затем — на мне.
Элвина всё ещё стояла рядом. Я почувствовал, как напряглась её рука в моей.
— Что он собирается… — начала она.
— Ничего хорошего, — сказал я, не отворачиваясь.
Фиор двинулся прямо к нам. Люди расступались перед ним с такой поспешностью, будто он нёс в руках заражённый кристалл Ноктиума. Принц остановился в шаге от нас. Посмотрел Элвине в глаза и медленно склонился, чтобы коснуться губами её пальцев.
— Госпожа Трейн, — произнёс он сиплым голосом, в котором звучала издевательская вежливость. — Вы сегодня восхитительны.
Элвина старалась держаться, но всё же дрогнула. Я видел, как ей хотелось выдернуть руку, но она знала, что этот жест станет началом скандала.