Страж. Наемник

Кривицкий Кирилл Михайлович

– Интересно, выкладывай дальше, а то мне самому еще многое непонятно. – вклинился Данте.

– После того как я тебя накрыл пламенем элементаля, ты потерял сознание и очень долго находился на пороге смерти, причем все были уверены, что вот-вот отдашь концы. Ты дважды приходил в себя и тем самым ставил меня в тупик. В первый раз это еще можно было как-то списать на подмену энергии, когда тебя положили на накопитель, сделав линзой. Тем более что так оно всегда и бывает с теми, у кого аура повреждена. В таких случаях происходит мнимое восстановление ауры – люди приходят в себя, а через некоторое время умирают. Но вот почему ты пришел в себя во второй раз и до

сих пор находишься в сознании и при этом раны затянулись полностью, понять не могу. Вывод только один. Дан, ты – темный, но этого не может быть в принципе, ведь на Северье уже очень и очень давно не рождались темные. – во время рассказа, Данте задумчиво кивал, что-то решая для себя.

Чатлан замолчал, Язулла и Ороллин рассмеялись в полный голос, привлекая к себе недоуменные взгляды остальных сокамерников. Алетагро задумчиво смотрел на совершенно серьезных Чатлана с полукровкой. Данте посмотрел на мага и вздохнул.

– Чудеса случаются, Чат, порой совершенно невозможные. Ты прав, я – темный и именно я забрал всю энергию тьмы из накопителей. Могу ответить, почему происходило все то, что ты мне рассказал, даже кое-то объяснил мне самому. Я получил капельку энергии из накопителя и раза в три больше от одного моего друга, это позволило очнуться в первый раз, и практически сразу же пришлось ее всю потратить на тех четырех безбашенных чудиков. – Данте кивнул в сторону прислушивающихся к разговору оборотней. – После этого я уже точно был на пороге смерти, так как при этом пришлось забрать у себя еще и жизненную энергию. Во второй раз постарались вы все, когда активно начали крошить группу противников. Некроэманации дали необходимое количество энергии для того, чтобы чуток оправиться, затем глотнул крови, получая жизненную энергию напрямую для восстановления тела, дальше понятно.

– Подожди. – Чатлан выставил руку, погрузившись в размышления. – Но почему же ты не восстановился полностью, раз опустошил все малые накопители? Там же энергии море было!

– Не раздражай меня, Чат. – Данте неожиданно разозлился. – Может, для тебя там и было море энергии, но для меня это капля в море! Бездарная кустарная работа, а не накопители. – Данте забрал кристалл из рук Ороллина. – Смотри, это искусственный хрусталь, даже не горный и притом совершенно без рун укрепления структур и нет ни одной руны стихий. Дешевая подделка, которая фонит и впустую растрачивает энергию. – Данте презрительно отбросил кристалл в сторону, Ороллин изумленно замер, уставившись округлившимися глазами на полукровку. – Мне таких "накопителей" надо сотен дцать, чтобы восстановиться полностью. Эти кристаллы даже не позволили затянуть хоть одну мелкую рану в ауре, а ты говоришь, почему не восстановился полностью! – Данте скривился. – Чат, ты же маг, сам, что ли не видишь, у меня же не аура, а решето сплошное, притом приходится тратить энергию на удержание жизненной энергии и еще на неполные оковы духа, а то бы уже давно подох!

Глаза Чатлана потухли, маг огня погрузился в черную меланхолию, Язулла и Алетагро посмотрели на него сочувственно, уловив взгляды, полукровка недоуменно поинтересовался.

– А теперь объясните мне, что ваши взгляды означают?

– Чатлан – лишенец. – коротко бросил Алетагро, покосившись на Ороллина, все еще не отошедшего от непонятного шока. – У него забрали Дар.

– Что за бред?!

– Это не бред, Дан, это жестокая реальность. Утак-Кату забрал у Чатлана Дар, сделав его лишенцем, магом без Дара. Чатлан, если не наложит на себя руки, максимум через пару месяцев угаснет и умрет.

– Бре-дя-ти-на! – Данте

произнес уверенно и раздельно, фыркнув, продолжил. – Никто не может лишить мага Дара, это попросту невозможно! Это еще большая чушь, чем кристаллы подделки! Маг может лишиться Дара только сам, и то только в нескольких случаях. Первое – если не инициируется, то просто проживет обычной жизнью, не заметив Дара, это даже лишением назвать нельзя. Второе – после перенапряжения потеряет с ним связь на пару суток, а то и меньше. Третье – если поклянется Силой и не сдержит клятву, тогда Истинный Хаос лишит мага Силы, обычно лишение происходит вместе с жизнью, все равно такие долго не живут. Можно еще напялить узконаправленный негатор магии, но так он не отбирает Дар, а просто перекрывает связь с ним. Тем более я же чувствую Силу в Чатлане, она есть, и никуда не делась. Кстати, как происходило это ваше лишение?

Чатлан вскинул голову, уставившись на полукровку глазами, горящими дикой надеждой на чудо.

– Утак-Кату применил свой фамильный артефакт, внешне, это никак не проявляется, но сразу после этого, я потерял связь с даром, раз говоришь, что Сила никуда не делась. Почему и как это происходит, не знает никто, наверное, знал только создатель артефакта, но он уже давно умер. После обрыва связи, маги медленно увядают, по-другому это никак не назвать. Аура тускнеет, затем исчезает полностью, как следствие – маг умирает.

– Тускнеет, говоришь? – Данте задумался, внимательно рассматривая мага. – На ум приходит только одно. Чат, тебе перекрыли связь с духом и каналы выхода энергии, другой причины не вижу. Только в этом случае, возможно, это твое угасание. Аура, точнее дух не чувствует связи с телом, обмен энергией медленно сходит на нет, затем дух покидает тело, что характерно, забирает с собой душу, так как с ней он связан крепче, чем с телом. Честно говоря, не понимаю, как это сделали, но могу обнадежить – это скорее всего поправимо и хотелось бы взглянуть на эту игрушку поближе.

Чатлан воспрянул духом, глаза ожили, только небольшая искорка тоски осталась тлеть на дне глаз. Данте про себя усмехнулся, наблюдая за молодым человеком, подумал. – "Мальчишка. Какой же ты еще наивный, Чатлан. Но это хорошо, я подарил тебе надежду на жизнь и не просто жизнь, а полноценную жизнь мага. Ты уже наполовину мой, а если верну тебе связь с даром, пойдешь за мной даже в ад, чертям хвосты крутить". – Данте прищурившись, смотрел на мага, отстранялся от него, затем снова приближался, после минуты разглядывания, Данте скривился от досады.

– Блин, нифига не вижу! Никак не могу понять, почему не вижу энергию, свободно разлитую в пространстве, даже свою собственную ауру вижу только при погружении в себя. Насколько помню, способность видеть энергию никак не зависит от состояния ауры, так в чем же дело?

– Дан, – осторожно спросил Чатлан, немного помявшись, продолжил. – твои глаза всегда были такими? – увидев недоуменный взгляд, пояснил. – Понимаешь, они полностью белые, словно на них бельмо, только зрачок виден и все.

Данте замер на миг, затем притянул Чатлана к себе, пристально всматриваясь в свое отражение в глазах мага, после чего медленно сказал.

– Красавчик! А я-то думаю, чего это у меня глаза болят, и временами слепну на пару мгновений. – Данте потер глаза. – Угу, спасибо тебе, Чатлан, еще и глаза спалил, к ангелу под белое крыло! Убить бы тебя аппетитно, да слово уже вылетело, а оно, как известно – не птичка, не пристрелишь. Кстати, на кой ты на меня вообще напал?

Все недоуменно переглянулись, даже Ороллин вышел из ступора.