Страж. Наемник
Шрифт:
– Не переживай, Светлячок, смерть и жизнь всегда идут рука об руку, они, порой обманчивы и непредсказуемы, способны преподнести как подарки, так и разочарования. Поверь мне, так нужно! Мы с тобой все равно когда-нибудь встретимся, смерть для нас не преграда, так что наберись терпения, Кнопка, бери от жизни все без оглядки на все, что было или не было! Будь загадочной, туманной, но твердой духом, будь моей валькирией по имени Мист.
Голос растаял, как сновиденье, унося с собою боль и разочарование разлуки, оставляя лишь легкую грусть и пламя надежды на будущее, даря исцеление душе и
Ксению окутала прохлада летнего леса, какая всегда бывает в тени густых крон деревьев. Девушка с удовольствием потянулась, улыбка продолжала блуждать на чуть припухлых женских губках, а в следующий момент по лицу провели чем-то горячим и мокрым, пахнувшим псиной.
Резко распахнув глаза, Ксения уставилась в янтарные глаза с вертикальной щелочкой белой, без единого пятнышка волчицы. Испуганно пискнув, Ксения начала медленно отползать спиной вперед, стараясь не делать резких движений, в голове билась только одна мысль. – "Только не смотри ей в глаза!" – но отвести взора никак не удавалось, девушка даже не могла сказать, откуда она знает, что это волчица.
Зверь фыркнул и вывалил алый язык, обнажив белоснежные клыки, Ксения замерла на месте, удивленно рассматривая белую блестящую шкуру. Страх рассеялся, словно его и не было.
– Да ты смеешься надомной, морда ехидная!
Волчица растянула губы, сверкнув глазами, и развернулась к девушке задом, посмотрев на девушку, медленно двинулась вперед, словно приглашая за собой. Ксения поднялась на ноги, затем двинулась вслед странному животному, любуясь хищной грацией, сильными мышцами под переливающейся густой шерстью.
– Ты куда?
Волчица бежала вперед, изредка бросая на девушку взгляды, словно проверяя, следует ли за ней Ксения. Девушка спешила, но все равно постепенно отставала.
– Блина, да как же так, я же бегу, а она только медленно идет, и ведь удаляется! Да подожди же ты! – запыхавшись, выкрикнула Ксения, волчица сверкнула янтарными глазами. – Еще и смеется!
Постепенно волчица скрылась в густом лесу, нырнув в папоротник, оставив после себя легкое волнение и чувство узнавания. Заскочив в папоротник, Ксения вновь позвала, но никакого ответа не последовало.
– Свалила ехидина! – девушка раздосадовано поморщилась, удивленно оглянулась по сторонам, только сейчас заметив, что находится посреди чащи. Вокруг росли деревья, лиственные с хвойными вперемешку, кустарники, превалировал, однако папоротник, белел, кое-где высохший ягель на открытых участках леса.
Издалека послышался тоненький плач, Ксения насторожилась, еле слышное неразборчивое бормотание доносилось откуда-то справа. Девушка медленно двинулась в ту сторону, поминутно останавливаясь, чтобы определить направление,
Голос был почти детский, по крайней мере, тоненький и звонкий, временами затихающий.
– Хозяйка, помоги!
Ягель под стопой мягко зашуршал, Ксения замерла. В следующий момент из-за куста на нее с громким рычанием выпрыгнула давешняя волчица. Девушка завизжала, закрываясь руками, лишь запомнила оскаленную пасть с огромными белоснежными клыками, направленными ей в горло, а самое главное горящие яростным янтарным светом глаза, гипнотизирующие и лишающие воли.
Девушка почувствовала волну воздуха, обдавшую ее запахом псины и павшей листвы, затем пришла сильная слабость, дурманящая голову. Мысли поползли медленно, словно в киселе, следом появилось головокружение. Ксения застонала от подступившей к горлу тошноты, девушка будто бы куда-то падала, ожидала, что вот-вот упадет на мягкий лесной мох, но вместо чуть колючего растения почувствовала под щекой мягкую подушку.
Тоненький детский голосок звал все настойчивей, заставляя преодолевать слабость и вставать.
– Хозяйка, помоги!
Ксения резко села, схватившись за голову, перед глазами все было как в тумане. Слева маячило какое-то непонятное расплывающееся пятно белого цвета, настойчиво уговаривая лечь обратно и дождаться какого-то архимага. Ксения, с трудом сфокусировав зрение, увидела перед собой взволнованную девушку в белом балахоне с изображением белого лотоса на фоне серебряного круга справой стороны груди.
– Лягте, пожалуйста, вы еще слабы. – девушка настойчиво продолжала уговаривать, взволнованно поглядывая на Ксению. – Я сейчас пошлю за архимагом Нараном, он просил позвать его, как только вы придете в себя.
Ксения недоуменно осмотрела белые стены комнаты, в которой находилась, кроме кровати и стула, на котором, похоже и сидела неизвестная, не было больше ничего.
– Снова больница. – протянула Ксения отмахнувшись от уговоров, затем вновь услышала чей-то зов. – Отстань, кому-то моя помощь нужна!
Девушка вновь принялась уговаривать, Ксения лишь отмахивалась, затем медленно опустила ноги с узкой кровати.
– Архимаг Наран приказал никуда не уходить до его прихода, вам необходимо с ним поговорить!
Девушка попыталась нажать на плечи Ксении, в тщетной попытке уложить последнюю обратно. Ксения, недобро сощурившись, сбросила руки девушки, затем осмотрела себя саму, а, увидев, что на ней ничего нет, за исключением незнакомого кольца на правом безымянном пальце, задохнулась от возмущения.
– Где моя одежда?!
Неизвестная вновь попыталась уложить девушку на кровать, приговаривая.
– Мы ее специально сняли, чтобы удобнее было архимагам проводить осмотр.
Ксения зарычала от злости и попыталась нашарить одеяло, но ничего не найдя, Ксения обернулась, злость застила глаза. Ксения схватила неизвестную за подбородок, больно сжав, приблизила к себе, при этом изумрудное свечение мгновенно уступило место яростному ярко-янтарному огню.
– Меня даже не накрывали простыней?! – Ксения перехватила девушку за волосы, натянув кожу на голове. – И на меня беспрепятственно пялились какие-то мужики?!