Стратегия пара
Шрифт:
– Помолчи!
– крикнул Хинчклифф и подвел авто к нашему коврику. Его загорелое лицо сияло от восторга.
– Этот автомобиль - Поэзия Движения. Осуществление Райской Мечты. Этот автомобиль...
– Он перекрыл пар, и Осуществление Райской Мечты степенно покатило вниз по склону.
– В чем дело?
– рявкнул Хинчклифф.
– Я ведь жму на тормоз!
– Тормоз на заднем ходу не действует, - пояснил я.
– Переключите на нейтраль.
– Стыд и позор для старшего механика "Джинна", эсминца, делающего
– Хинч, ты знаешь, что такое нейтраль?
Автомобиль тем временем опять подкатил к нам; но, когда Пайкрофт нагнулся за ковриком, Хинчклифф сердито дернул рычаг, и авто со скоростью креветки поползло вниз, в клубы собственного дыма.
– Наверное, не знает...
– сказал Пайкрофт.
В третий раз автомобиль взобрался вверх.
Пайкрофт, коврик и я двинулись туда, где совместно дымились автомобиль и Хинчклифф.
– Ну что, не так-то просто, как казалось, Хинч?
– спросил я.
– Проще простого. Я поведу его в Инстед Уик... решено?
Выслушав предложение, с которым ко мне обратился флотский механик первого класса, я кивнул. Если на то пошло, гению даже приятно оказать услугу, но не сдержался и добавил:
– Только мой шофер будет рядом... первое время.
– Причем не забывай, что ты семейный человек, - буркнул Пайкрофт, проворно взбираясь на заднее сиденье с правой стороны.
– Да уж... стоит нам повстречаться, на редкость суматошным выдается денек.
Мы заняли свои места и отбыли, взяв курс на Лингхерст, до которого, судя по дорожному указателю, было 11 и 3/4 мили.
Мистер Хинчклифф, напряженный, как сжатый кулак, говорил только с шофером и только на профессиональные темы.
А графство Сассекс не спеша плыло мимо.
– Насос!
– заорал вдруг шофер.
– Падает уровень воды!
– Я не слепой... О, дьявол! Где этот проклятый рычаг?
– Хинчклифф как бешеный стал шарить правой рукой по стенке, пока не наткнулся на изогнутый прут, как-то связанный с насосом, и, уже ни о чем ином не думая, судорожно его дернул.
Еще секунда, и мы были бы в кювете, но шофер успел повернуть руль.
– Если бы я был лучезарным павлином, в хвосте которого две сотни воспаленных глаз, они понадобились бы мне все до единого для этой работенки!
– сказал Хинч.
– Не болтай! Следи за дорогой! Это тебе не Северная Атлантика! прикрикнул Пайкрофт.
– Ах, черт тебя возьми! Давление пара упало на пятьдесят фунтов! вскрикнул Хинчклифф.
– Задуло горелку, - пояснил шофер.
– Тормозите!
– Частенько это чудо такое вытворяет?
– спросил Хинчклифф, спрыгнув на землю.
– При встречном ветре всегда.
Шофер достал спичку и нагнулся. В этом автомобиле горелка никогда не зажигалась на один манер. На сей раз она восхитительно вспыхнула, и Пайкрофт в ореоле золотого
– Я как-то... видел разрыв мины в Бантри... до срока взорвалась, сообщил он.
– Все отлично, - сказал Хинчклифф, приглаживая обожженным пальцем подпаленную бороду. (Он слишком низко наклонился, наблюдая за действиями шофера.) - Интересно, этот кладезь веселых сюрпризов еще не исчерпался?
– Полнехонек, - снисходительно крякнув, сказал шофер.
– Пересядьте на мое место, Пайкрофт, - распорядился я, вдруг вспомнив, что и топливный краник, и регулятор, и тяга размещаются у заднего сиденья справа.
– На ваше? Зачем? Вон у меня тут под рукой приборный щит со всякими никелированными побрякушками, а я к нему еще и не притронулся. Правый борт кишмя кишит этим добром.
– Пересядь, а то убью!
– вдруг сказал Хинчклифф, и похоже было, что он так и сделает.
– Эти механики все такие. Когда у них что-то неладно, то всегда кочегар виноват. Плывите дальше сами, автоматические ваши души! Я вам не указчик.
Мы проплыли милю в мертвой тишине.
– Кстати, о кильватерах, - вдруг сказал Пайкрофт.
– Мы о них не говорили, - буркнул Хинчклифф.
– Так вот, кстати о них. Слева по курсу стоит на якоре телега. Это Эгг!
Впереди на тенистой дороге, убегавшей в брумлинглейскую глушь, мы увидали знакомую телегу: она стояла перед зданием почтовой конторы.
На пороге почты стоял Эгг и взирал на нас с неимоверным благодушием. Позже я вспомнил, что хорошенькая девушка из почтовой конторы поглядела на нас с жалостью.
Хинчклифф отер потное чело и перевел дыхание. Я ему посочувствовал: как-никак благополучно миновали первый встретившийся нам экипаж.
– Что вы так вцепились в руль?
– спросил шофер.
– Держите его спокойнее, как будто едете на велосипеде.
– Ха! Ты, верно, думаешь, я разъезжаю на велосипедах у себя в машинном отделении, - последовал ответ.
– У меня других забот хватает. Эта посудина - сущая дьяволица.
– Кстати, как утверждают, одно из достоинств этого автомобиля, вмешался я, - состоит в том, что для него не требуется шофер.
– Конечно. Семь шоферов для него требуется, а не один.
– "Здравый смысл - единственное, что вам нужно", - процитировал я рекламу.
– Запомни это, Хинч. Здравый смысл, и больше ничего, - вставил словечко Пайкрофт.
– Ну а теперь, - сказал я, - пора набрать воды. Осталось не больше двух дюймов.
– Когда кончится вода, трубки сгорят?
– Сгорят.
– Никогда не участвовал в автомобильных гонках и впредь не собираюсь.
– Хинчклифф решительно перекрыл пар.
– Пай, вытряхивайся, нам придется самим волочить этот драндулет по дороге.