Стратег
Шрифт:
Еще один шар. Друзья прислали данные. Надо их обработать.
Земля. Центр космической связи.
Байконур. Стратег
Появился «кузнечик» и пошел на посадку, возвратив Стратега к действительности. Шаттл был действительно похож на кузнечика. Шесть подвижных опор позволяли совершать посадку где угодно, вне зависимости от рельефа местности, если понадобится, даже на вершине горы.
Стратег на мгновение залюбовался, как грациозно заходил на посадку «кузнечик». Стратег успел загореть, был одет в шорты и выцветшую майку, у него были не по моде длинные
«Кузнечики» были самым быстрым и надежным средством передвижения. Они дежурили на низкой орбите около Земли, и, когда поступал вызов, ближайший шаттл, совершив космический перелет, устремлялся вниз, чтобы совершить посадку в непосредственной близости от клиента. Перелет в любую точку Земли занимал не более часа. Для этого «кузнечик», оборудованный противоперегрузочными креслами, устремлялся вверх, выходя в ближний космос, в котором перемещался до нужной точки орбиты, и снова шел на посадку, доставляя своих пассажиров в пункт назначения. Быстро, удобно, но дорого. Поэтому строго ограниченное число лиц имело доступ к этому виду транспорта, если не считать коммерческих полетов. Стратег мог, конечно, вызвать военный корабль, но это привлекло бы излишнее внимание.
«Кузнечики» были исключительно гражданским транспортным средством, но к управлению ими допускались только опытные военные пилоты. Этим «кузнечиком» управлял молодой сержант. Стратег проигнорировал его предложение занять место в пассажирском салоне. Удивление неожиданным пассажиром достигло предела, когда тот занял место в кабине рядом с пилотом. Чтобы избежать ненужных объяснений, Стратег сам вставил свое удостоверение в бортовой компьютер. Выражение лица пилота менялось по мере того, как на экране высвечивалась надпись: «Стратег Земли и космических Колоний. Полный доступ».
– Извините, не признал. Сержант Петров, – запоздало представился пилот и отдал честь.
– Все в порядке, сержант. Я сам не признаю себя в этом пляжном наряде. Курс на Байконур. Центр космической связи.
– Слушаюсь.
– А ты небось лихачишь, когда один, без пассажиров?
– Ну, не без этого, – замялся сержант, не зная, как вести себя в присутствии самого Стратега.
– Вот и выжми из этой железяки по полной.
Пилот с сомнением окинул взглядом Стратега.
– Забываешься, сержант, – угадав ход его мыслей, с иронией в голосе произнес Стратег. – Я обладатель малинового берета. Выполняй, пока я не занял твое место.
Последние слова потонули в реве двигателя, и Стратега вдавило в кресло. Задетый за живое пилот решил показать все, на что способен. Этого Стратег и добивался. Он мог спокойно вынести такие перегрузки, которые сержанту и не снились. Во время старта, когда перегрузки достигли максимума, он с улыбкой на лице стал настраивать аппаратуру связи, чем окончательно завоевал доверие сержанта Петрова.
Стратег бросил последний взгляд на Землю. Они летели над островком Порту Санту, в сорока километрах к северо-востоку от Мадейры. Одной из достопримечательностей его главного города Вила Балейра является дом, в котором жил Христофор Колумб. Его Стратег не успел посетить. Земля стремительно исчезала. Откуда-то из этого региона уходили в плавание корабли Колумба, чтобы открыть Америку. Куда приведет Стратега это путешествие и чем оно для него закончится?
Америка! Когда-то давно, в детстве, он тоже мечтал открыть ее…
Детство Стратега. Дальний
(продолжение)
Отец рассказывал, что если забраться на вершину сопки, то в хорошую погоду можно через Берингов пролив увидеть Америку.
На фоне сопок дом смотрелся одиноко. Вокруг, куда ни брось взгляд, одна серая галька. Даже карликовые березы здесь не росли. Сашуле, как ласково называла его мама, это не нравилось, однажды он даже принялся упорно швырять камни подальше от дома в надежде обнаружить под ними траву. Камней не убавилось, и трава не появилась.
Вскоре у него появился первый друг – Володька Залевский. Он приходил рано утром, и мальчики вместе исчезали почти на целый день, забывая иногда про обед. Они исследовали окрестности. Первым их открытием оказался ручей, по берегам которого рос щавель. Они собирали его, а мамы варили потом вкуснейший суп. Вскоре они добрались до того места, где ручей впадал, как они считали, в Тихий океан. Сидя на нагретых солнцем камнях, мальчишки любили помечтать. Америка! Это загадочное слово притягивало к себе как магнит. Ах, хоть бы одним глазком взглянуть на нее! Неудивительно, что теперь они путешествовали только в сторону заветных сопок. А однажды наткнулись на учебное стрельбище и вернулись домой с карманами, полными отстрелянных гильз. Сашулиной маме приходилось выливать из сапог сына холодную воду, а она и так всегда боялась, что он простудится и заболеет. При этом она постоянно причитала: «Вот если Бог милует и ребенок не заболеет, пошлю сестре на именины десять рублей», или, когда его не было допоздна: «Если вернется домой живым и невредимым, пошлю к майским праздникам посылку в деревню, на родину мужа». Сын каждый раз возвращался, не болел и вообще рос здоровым и крепким. Надо отметить, что мама все свои обещания всегда исправно выполняла.
Незаметно наступило короткое полярное лето. Солнце отказывалось покидать небосвод, словно цепляясь за него. Мальчик двое суток провел без сна, ждал, когда стемнеет, пока мать не догадалась занавесить окна.
– Сашуля, иди спать, видишь, уже стемнело.
– А вот и светло, – отдергивая занавеску, упрямо отвечал сын, отказываясь идти в постель.
Заставить его что-нибудь сделать было практически невозможно, можно было лишь объяснить. После того как отец рассказал, что стемнеет теперь только через пару месяцев, проблем со сном больше не возникало.
В конце концов неразлучные друзья убедились, что осуществить свою идею – добраться до сопок, взобраться на одну из них, увидеть Америку и вернуться домой – за один день невозможно.
Несмотря на то, что Володька был на целый год старше, выход нашел именно Саша.
– Раз не дойти пешком, надо дотуда доехать! – заявил он.
– На чем? – скептически сощурился Володька. – С вездеходом самим не справиться, с танком тем более.
– Надо, чтобы кто-то подвез…
– Военные к сопкам не повезут. Просто сдадут нас родителям.
– Тут ты прав. А вот чукчи, на оленях…
– Здорово, молодец! А обратно? – приуныл Володька. – Чукчи не станут ждать, пока мы по сопкам лазить будем.
– Ты же сам сказал, военные! Они с радостью сдадут нас родителям.
– С чего это вдруг они окажутся в это время у сопок? – последовал ехидный вопрос.
– Очень даже и окажутся. Подожжем пару тротиловых шашек, вот они и прибегут ловить своих диверсантов.
– Ну, тебе прямо в штабе работать! – восхищенно проговорил старший друг. – Только надо будет руки вверх поднять и громко кричать, что сдаемся, а то пристрелят…