Страсть
Шрифт:
— А как же, — обиженным тоном ответил Эш.
— Тогда о’кей, — сказала Бетани, торопливо произнеся эти слова, чтобы не передумать.
Она понимала, насколько это глупо. Сейчас она совершала самый дурацкий из всех своих дурацких поступков, но отступать не собиралась.
Джейс продолжал следить за каждым ее движением. Он словно забыл о существовании Эша. Он не видел ничего, кроме нее.
— Сначала я должна закончить работу.
— В этом нет необходимости, — возразил Эш. — Ты можешь уйти в любое время.
— Не могу, — покачала
— Торжество вот-вот закончится. Гейб не собирается растрачивать время на танцы. Ему хочется поскорее увезти Миа домой и уложить в постель, — сказал Эш. — Я компенсирую тебе вторую половину.
У Бетани все внутри похолодело. Она отступила на шаг. Кажется, даже ее лицо стало ледяным.
— Я передумала, — заявила она.
— Это еще что за игры? — взвился Эш.
А Джейс молчал, но следил за каждым ее шагом. Бетани вдруг показалось, что он может не выпустить ее отсюда. Кухня превратилась в подобие западни, отчего боковая дверь становилась все более манящей.
— Я не продаюсь, — тихо сказала Бетани. — Я жалею, что спросила про обед. Я должна была сразу отказаться. Вы предлагали секс втроем. Но я не хочу, чтобы мне за это платили.
В нее стала вгрызаться боль. Далекие воспоминания, которые так никуда и не делись. Выбор, который она делала каждый раз. Последствия каждого раза. Все это смыкалось вокруг нее, образуя непроницаемую стену. Всего один день. Только один день в солнечном мире Но солнце было не для нее. Оно никогда не было для нее.
Джейс тихо пробормотал какое-то ругательство. Первый звук, который он произнес за все это время. Потом его губы сомкнулись. Он был рассержен.
Его взгляд задержался на Эше, и тогда Бетани поняла: Джейс сердит вовсе не на нее, а на Эша. Здорово сердит.
— Я же говорил тебе: не делай этого, — выдавил из себя Джейс. — Все испортил. Надо было меня слушать.
А ситуация становилась все паршивее. Эш явно хотел действовать, Джейс — нет. Эш хотел подгрести к ней, Джейс, похоже, даже не собирался. Все это было до жути унизительно.
— Мне надо работать, — торопливо произнесла Бетани и начала потихоньку пятиться к двери, выходившей в бальный зал. Ее спина почти уже уперлась в дверь.
И вдруг Джейс оказался у нее на пути, мгновенно преградив ей дорогу к бегству. Он стоял почти рядом. Бетани чувствовала его запах и жар тела. Этот жар окутал ее, и ей почему-то стало хорошо. Настолько хорошо, что захотелось сделать какую-нибудь глупость. Например, прижаться к Джейсу. Зачем? Хотя бы затем, чтобы почувствовать шершавость его щеки.
Потом его пальцы приподняли ей подбородок. Прикосновение было совсем нежным. Бетани просто не могла не ответить. Она послушно подняла голову, и их глаза встретились.
— Заканчивай работу. Мы подождем. Потом у нас будет обед, который правильнее было бы назвать ужином. Назови, что бы ты хотела заказать. И где ты предпочтешь есть: в ресторане или в номере?
Все
Заставив себя усилием воли оторваться от глаз Джейса, Бетани оглядела свою одежду. В фильмах героини обычно говорили: «Я должна съездить домой и переодеться». А у нее сейчас ни дома, ни одежды. Они же не поведут ее в дешевую забегаловку. А для шикарных ресторанов, куда эти двое привыкли ходить, ее тряпки не годились.
Бетани откашлялась, чтобы скрыть смущение:
— Можно и в номере. А насчет заказа — мне все равно. Было бы горячее и вкусное. Только не надо всех этих изысков. По правде говоря, я бы съела горячий гамбургер. И картофель фри. — У нее даже засосало под ложечкой. В таком состоянии она, пожалуй, и человека могла бы прикончить за гамбургер и порцию жареной картошки. — Да, и еще апельсиновый сок, — торопливо добавила она, вспомнив, что еду надо чем-то запивать.
Эша такое меню явно удивило, но Джейс и бровью не повел:
— Значит, гамбургер, жареная картошка и апельсиновый сок. Я сумею это устроить. — Он взглянул на часы. — Через пятнадцать минут зал опустеет. Сколько времени тебе нужно, чтобы закончить работу?
— Сомневаюсь, что за пятнадцать минут все гости разойдутся, — сказала Бетани. — Наверное, самые важные и уйдут, а другие останутся. Особенно когда вокруг столько еды и выпивки. И потом…
Джейс не дал ей договорить.
— Я сказал: через пятнадцать минут в зале никого не останется.
Это не было его предположением. Он говорил так, словно обещал ей.
— Сколько времени тебе нужно, чтобы закончить работу? — нетерпеливо повторил Джейс.
— Где-то полчаса.
Его пальцы скользнули по ее щеке, коснулись виска, поиграли с прядками, выбившимися из прически.
— Значит, через полчаса увидимся.
Глава третья
Двадцать пять минут — ровно столько понадобилось Бетани, чтобы убедиться: она спятила. Двадцать пять минут, чтобы понять, какую жуткую ошибку она совершила.
Бетани вымыла руки, затем снова ощупала карман. Ей хотелось убедиться, что сложенные банкноты по-прежнему там. Кухня тоже практически опустела. Разошлись почти все, за исключением уборщиков. К счастью, убирать полы она не нанималась. Свою работу она выполнила.
Она мешкала, поглядывая то на одну дверь, то на другую. За первой ее ждала свобода, за второй — Джейс и Эш.
Джейс не соврал. Через пятнадцать минут бальный зал действительно опустел. Бетани не очень представляла, как ему удалось выпроводить гостей, но он это сделал. Похоже, Джейс был из тех людей, которые всегда добиваются желаемого.