Страшно прекрасен
Шрифт:
Действительно, что? Как сказать ему, что он чертовски прекрасен, и это пагубно влияет на мою психику?
– Авель?
Дьявол, он всерьёз ждал от меня ответа. Но сказать что-либо я так и не смог. Мысли путались, я начинал потеть. Я больше не мог так долго стоять возле этого красавца. Надо было бежать. Так, принц больше не держал меня за руку. Значит, надо оттолкнуть его и сваливать. Далеко и надолго.
– Тебе опять плохо? – Оскар схватил меня за плечи и встряхнул.
– Пусти! – в ужасе воскликнул я.
– Нет
А затем он сделал кое-что похуже. Обнял меня, при этом сказав:
– Бог ты мой, обнимаю страхолюдину.
Не выдержав всего этого, мой мозг отключился. Очередной проклятый обморок.
Глава 4
Я был не на Земле. Не в этой Вселенной, не в этом мире. Я будто плыл на чём-то, напоминающем облако. Пахло мятой, сыростью, дождём. Ощущалось полное умиротворение. Я улёгся поудобнее на это нечто, похожее на облако. Масса изогнулась под тяжестью моего тела, но выдержала. Она укутала меня, как бы обняла и дала ощущение безопасности. Просыпаться не хотелось. Я знал, что ждало меня в реальности.
Плывя на массе (возможно, это всё же было облако), я видел излучающие мягкий свет звёзды. Они мигали мне, улыбались, касались моих волос. В этом мире я чувствовал нечто прекрасное, радостное. Мимо меня пробежали лучики солнца. Они торопились, толкались и счастливо подпрыгивали, махая мне. Кажется, я нанюхался какого-то дерьма, или же в реальности меня пытались разбудить чем-то непонятным. Но я не сдавался. Я всё глубже уходил в этот прекрасный мир.
Итак, на чём я остановился? Ах да, мимо пробежали счастливые лучики. Я не пытался их поймать, ведь они бы всё равно прошли сквозь пальцы. Облако начало опускаться. Я испугался, что просыпаюсь, но рано было делать выводы. Я оказался на лужайке. В нескольких шагах от меня было небольшое озеро, в котором отражалось чистое голубое небо. А облако, что меня сюда привело, одиноко плыло в стороне, всё отдаляясь и отдаляясь, пока окончательно не скрылось за горизонтом.
Я оглянулся. Лужайка не была сплошь из травы – она была усеяна различными цветами. Я не знал все их виды, но некоторые познания были. К примеру, я узнал те всевозможные оттенки лепестков, соцветия-корзинки которых названы в честь звезд. Астры. Узнал и фиолетовые цветы – фиалки. Печально покачивались ландыши, и играючи подпрыгивали тюльпаны. С удивлением я понял, что сам стоял уже среди гордых нарциссов. По своей неосторожности я наступил на один из цветков. Вдруг подул сильный ветер. Нарциссы под напором воздуха закачались, но даже после того, как ветер стих, они не успокоились. Кажется, я был в бреду, иначе с чего мне начинало казаться, что они гневно шипели на меня?
Они не просто шипели. Бело-жёлтые нарциссы вплотную окружили меня, у них появился рот, а в нём – я мог поклясться! – острые зубки. Они надвигались на меня, а те, кто уже был у моих ног, начали кусать ткань джинсов. Я вскрикнул и попытался отбиться ногами. Это решение было ошибкой. Они разозлились ещё сильнее и стали быстрее приближаться. В ужасе я понял, что их было далеко не мало. И я бы узнал, чем всё это закончилось, если бы с воплем не очнулся. Хотя лучше бы меня сожрали те цветки.
Я увидел встревоженное лицо принца. Он издал облегчённый вздох. Я немедленно сел и забился к изголовью кровати. Привычным жестом
– Да не бойся, это же я!
Вот именно поэтому я и боюсь! Это же ты, проклятье моё несчастное!
– Как самочувствие? Ты сначала улыбался, а потом кричал во сне.
Судя по всему, я опять был в медицинском кабинете. Пахло, на удивление, не лекарствами, как было в первый день. Весь лазарет был пропитан женской парфюмерией. В одинокое окошко слабо пробивался солнечный свет. Дверь была в противоположной от меня стороне. То есть убежать и рассчитывать на то, что меня не поймают, было глупо. Но валить от Оскара надо было. В противном случае я рисковал оказаться в психушке с обостренной фобией.
Я вновь обратил внимание на окно. Оно печально смотрело на меня. Солнечные лучи оставили его в покое, и холодный ветер заставлял створку изредка ударяться о стену. Очередной удар получился громким, и это заставило Оскара подскочить. Надолго он не стал заострять внимание на окне. Всё ещё смотрел на меня. Полагаю, ждал ответа. Но я не придумал ничего лучше, как сказать, указывая на окошко:
– Ого, какая огромная птица!
Оскар незамедлительно повернулся. Я за долю секунды вскочил и побежал к выходу. Но меня ожидал жестокий облом. Кто-то с той стороны открыл дверь. Вошла высокая девушка в белом халате. Предположил, что она второй медицинский работник. В первый мой день была совершенно иная девушка. Красивее. Намного.
– О, очнулось наше спящее чудовище, – весело сказала она. – И самочувствие отличное, такой бодренький.
Отчего-то я её невзлюбил. И что-то подсказывало, что из-за прозвища. Оскар не смог сдержать хихиканье. Я оскорблённо вышел из лазарета. За мной следом вылетел принц. Он пристроился рядом и пытался сквозь завесу волос разглядеть мою морду. Надо отметить, что эти жалкие попытки завершились провалом.
– Ты точно в порядке? – не отставал он со своим беспокойством.
Безусловно, в порядке я не был. Присутствие Оскара причиняло мне вред. Я шёл быстрее, чтобы избавиться от его общества. Печально, но не всё в этой дерьмовой жизни так просто. Я понял простую истину: чем сильнее отталкивал от себя золотоволосого, тем сильнее он лип ко мне. Как бумерангом возвращался.
– Думаю, сейчас ты не в состоянии сидеть на парах. Лучше пойти домой и отдохнуть. А то с обмороками не шутят. Это, между прочим, уже второй раз. И опять я тебя отнёс в лазарет. А благодарности так и не услышал.
Его слова ударили по моей совести. Фобия фобией, но человек действительно помогал мне, пусть и сам был причиной моей потери сознания. Надо было выдавить из себя слова благодарности.
– С-спасибо.
Оскар от удивления замер. Я воспользовался этим и хотел было скрыться за углом, но парень быстро пришёл в себя и опять зашагал рядом.
– Ого! Неожиданно. Значит, не такой уж и чёрствый.
Я мог бы сейчас задохнуться от возмущения. Меня, самого чувствительного человека в мире, назвали чёрствым! Но задумался. В последнее время, точнее, в последние годы я действительно стал меньше обращать внимания на задир. Возможно, Оскар не был далёк от истины.