Странствующий
Шрифт:
3/4 А ты молитвой Иисусовой пробовал ограждаться? 3/4 ровным голосом спрашивает Валерий.
3/4 Да ты что! Они же все бесноватые! Это же зомби! Их от Иисусовой молитвы аж трясет! Они готовы тебя растерзать!
3/4 А ты не пробовал относиться к ним как к обыкновенным людям, исполняющим свои служебные обязанности? По-доброму… Ведь Господь их тоже любит, тоже спасает, только у них путь спасения другой.
3/4 Что? 3/4 зыркает Василий. 3/4 Да это же враги! Ты понимаешь 3/4 враги!
3/4 А не ты ли
Василий замолкает и, насупившись, идет молча. Должно быть, он жалеет уже, что с нами связался, а может и раздумывает, что бы напоследок с нас поиметь... В это время наш путь пролегает мимо торгового центра с огромными витринами. Несколько иномарок с тонированными стеклами сотрясаются от громкой музыки внутри салонов. Их владельцы вразвалку восседают под яркими синими зонтами уличного кафе, презрительно наблюдая за прохожими. Василий с восхищением рассматривает это сборище свежеиспеченных «хозяев жизни».
И вдруг он приходит в неистовый восторг и, открыв рот, останавливает нас перед резиновой фигурой, изображающей милиционера в форме. В области живота находится огромная кнопка, вокруг которой яркая надпись: «бить сюда!» Цена аттракциона 3/4 десять рублей.
3/4 Братки, дайте червонец, умоляю! Я сейчас ему вдарю. Я все ему скажу, что о них думаю.
3/4 Успокойся, Василий, 3/4 просим его по очереди.
3/4 Ну дайте, ради Бога!
3/4 Только Бога сейчас поминать не стоит!
3/4 Это почему?
3/4 Потому что ты сейчас в обнимку с Его антиподом. Видишь, как он тебя науськивает? И, кажется, ты вполне готов ему подчиняться.
3/4 Ладно, я еще сюда вернусь. У вас что, денег нет? Так давайте насобираем! Вон и церковь рядом. Я там уже стоял. Подают неплохо. Здесь люди богатые имеются.
Оглядываю коренастую фигуру, полную сил и здоровья, и удивляюсь. Впрочем, что это я? Сегодня я такой же нищий, как он. Нет, положительно надо и мне попробовать. Ради опыта. Ради смирения.
На церковной паперти сидит парочка в черных драповых пальто с опухшими лицами. Мы присаживаемся рядом, кладем перед собой головные уборы. Из церкви выходят люди. Не замечая опухших, кладут в наши кепки мелочь. Зато одна старушка подает целый червонец. Да еще взглядом ласковым материнским согревает и к себе в гости приглашает. На домик показывает 3/4 вот, мол, мои «хоромы». Нас это радует, но тех двоих почему-то раздражает, и опухшая женщина хрипло командует подельнику:
3/4 Ну-ка, Митька, сгоняй за «крышей».
Он послушно поднимается и, прихрамывая, заворачивает за угол. В это время из церкви выходит молодая женщина весьма приятной наружности в дорогом светлом костюме и подходит почему-то ко мне. Задумчиво останавливается, спокойными умными глазами вопросительно смотрит на меня, потом на Валерия.
3/4 Пода-а-айте, сестра, Христа ради,
3/4 Да мне не жалко, ребята, только у вас все равно деньги отнимут.
3/4 А мы не позволим! 3/4 сообщаю с готовностью, бросая суровый взгляд в сторону представительницы местной мафии.
3/4 Ну, еще не хватало драку у церкви устроить. Лучше, пойдемте ко мне. Я вас и накормлю, и помыться у меня можно, если желание имеется.
Нет, не получилось у нас понищенствовать да поюродствовать. Что ж, значит, нет на то высшей воли. Со вздохом встаю, остальные тоже. Не сговариваясь, высыпаем с Валерием мелочь в полиэтиленовый мешок, подаем опухшей женщине и сходим со ступеней. Василий что-то ворчит под нос.
В это время из-за угла выходит хроменький Митя. За его хилой фигурой следует бритоголовый качок лет семнадцати. В упор гляжу в его злющие глазки на детском округлом лице. Он нерешительно замирает. Мы же удаляемся. Видимо, представителю криминальной «крыши» надо как-то оправдать свою нерешительность, и он замогильным голосом констатирует: «Уходят… Испугались, лохи городские…»
Идем гуськом по узкой улице, сворачиваем в уютный проулок и доходим почти до края поселка. Потом сидим на просторной кухне частного дома. По всему видно, здесь недавно закончили ремонт: все вокруг сияет новизной и чистотой. Наша благодетельница Ирина, облачившись в передник с веселыми ромашками, ловко собирает на стол. С интересом выслушивает эмоциональный рассказ Василия о его сложных отношениях со стражами порядка. Только почему-то смотрит она все время не на Васю, а на нас с Валерием, молча перебирающих четки под столешницей.
3/4 Ну, а вас, ребята, в милицию часто забирают? 3/4 спрашивает Ирина, когда рассказчик истощился и с аппетитом набросился на салат и горячий борщ.
3/4 Ни разу не трогали. Наговаривать не стану, 3/4 сообщает Валерий, так как я молчу: сказать мне пока нечего.
3/4 Вот видите, Васенька, вам есть у кого поучиться, 3/4 мягко советует хозяйка нашему агрессивному коллеге.
3/4 Делать нечего!.. 3/4 огрызается тот, накладывая себе в тарелку пяток румяных котлет с горой жареной картошки.
3/4 Как же, ведь мы христиане, и во всем должны мирные решения искать. Разве не так?
3/4 Как говорил святой Филарет, врагов веры нужно уничтожать. Зря, что ли, у нас половина святых 3/4 воины?
3/4 Ну, ладно, кушайте на здоровье, 3/4 вздыхает Ирина, смиренно отступая.
Пока Василий молчит, в доме стоит тишина. Здесь уютно и спокойно. Огонек оранжевой лампадки в Красном углу, будто капля янтаря под солнцем. Сама же хозяйка излучает дивную тихую доброту и ненавязчивое гостеприимство. Она почти не ест, только салат слегка вилкой трогает. Несколькими фразами описывает свое житье-бытье.