Странствие
Шрифт:
Время замедлило ход.
Им на миг показалось, что тела невесомо парят, но проснувшееся желание возвращало их к грешной земле.
Нежно лаская, он медленно её раздевал. Ожидать наступления темноты не было смысла – в это время в Питере Белые ночи.
Алисе казалось, что с ней это происходит впервые. От того ли, что он был так деликатен и осторожен, а может из-за долгого сексуального воздержания?
Двигаясь в ритме музыки, но не отвлекаясь от волнующего занятия, они дошли до кровати. Положив Алису на прохладное шёлковое покрывало, он снял с неё оставшиеся одежды.
Глядя на обнажённое тело, Алексей быстро
Их разгорячённые тела переплелись, губы сомкнулись, и только руки скользили вдоль тел сверху вниз.
Он был удивительно нежен. Истинный скульптор, едва прикасаясь пальцами рук к бархатной коже, он ваял её тело: лицо, шею, пышную грудь, её тонкую талию и плоский животик, огибал бёдра, спускаясь к лодыжкам, и от них устремлялся в проём, исследуя сокровенную тайну. И так вновь и вновь, проходя всю фактуру своим удивительным инструментом, полируя губами каждый краешек, каждую выпуклость, он совершенствовал это божественное творение по своему замыслу с неподражаемым мастерством.
Опускаясь всё ниже, пробуждая своим чувственным языком каждую клеточку её тела, он прижался своими губами к её нижним пульсирующим губам.
От этого изысканного удовольствия Алиса билась в конвульсиях, издавая при этом сладострастные звуки.
Завершив эротическую прелюдию любовной симфонии, Алексей перешёл к первому акту Неторопливо, боясь нарушить гармонию, он вошёл в неё и осторожно начал играть.
И зазвучала музыка тел – жаркая, ритмичная, зажигательная. Временами слегка затихая, а потом снова усиливаясь, она наполняла тела творческим вдохновением…
Это было волшебно, сказочно, неописуемо.
Реальность исчезла, они слились с вечностью в страстном танце любви…
…И настал момент кульминации. Словно выпущенная из лука стрела пронзила мишень, заключительный аккорд этой симфонии достиг своего апогея.
Божественный нектар оросил благодатную почву, разливаясь блаженством в уставших телах.
…Ночь была долгой. Точнее, её не было вовсе. Лишь на час солнце скрылось за горизонтом, и вскоре забрезжил рассвет.
Когда, обессилив от наслаждений, Алиса медленно погрузилась в сон, над городом уже взошло солнце, и начался новый день.
Путь восьмой. Гений
Д о самого горизонта раскинулась солнечная долина. На беспредельном просторе кружит свежий ветер. Падая сверху вниз, он колышет высокие травы, пробираясь меж гибких стеблей к лону земли, чтоб его оживить. Играя, он касается почвы, давая ей свою свежесть и вбирая в себя её жар. Медленно, словно под тяжестью груза, он, успокоенный, поднимается вверх и устремляется ввысь.
Солнце дарит земле живительное тепло, а ветер, этот божественный Дух, оплодотворяет её своей творческой силой.
Благодарная солнцу и ветру, земля возбуждённо вздыхает, радуясь благодатным условиям для плодородия.
Так незримо вершится в природе сложная алхимическая работа.
Лазурно-зелёная долина напоминает бескрайнее море, по ровной глади которого едва заметно скользит лёгкий бриз.
Голос волнующейся травы чем-то похож на гомон прибоя, когда тот накатывает на берег, а после, сбегает,
Посередине долины пролегает узенькая тропа , по которой неспешно бредёт Странник. Поступь его уверенна и тверда, чувства укрощены , а мысли спокойны. Солнечный свет обволакивает его любовью, даруя тепло и покой. Окружающий мир наполняется красками.
Словно по велению мысли, на стеблях появляются бутоны цветов. Медленно просыпаясь, они осторожно раскрывают свои лепестки и вдыхают ими солнечный свет.
«Как удивительны краски и причудливы эти цветы! Будто хамелеоны, они меняют и форму, и цвет. Тюльпаны, сбрасывая лепестки, вдруг распускаются розами, нарциссы становятся васильками, а маленькие синие колокольчики превращаются в крупные красные мальвы. И все изменения происходят здесь очень быстро, словно каждый цветок спешит сыграть множество разных ролей. Истинно сказочная страна!»
Насладившись волшебным преображением цветов, Странник обратил свой взор к солнцу. Оно, вращаясь, сияло разноцветными искрами, испуская во все стороны пламенные лучи.
Странник заметил, что солнечных лучей было ровно двенадцать, и это напомнило ему круг Зодиака.
Вскоре в музыке ветра появились новые звуки. В общей гармонии они были еле слышны, но по мере движения Странника к их источнику, становились более различимы. Эти звуки напоминали журчанье воды, он слышал их, проходя вдоль ручья.
Внезапно Странник остановился, увидев прямо перед собой человеческую фигуру. Яркое солнце затмило его взор, и лишь теперь он мог её разглядеть.
Это был Гений, полупрозрачное существо с миловидным женским лицом, стройной фигурой и кудрявыми светлыми волосами. Он не был ни мужчиной, ни женщиной, но при этом сочетал в себе и женское, и мужское. Его лёгкая одежда была соткана из золотистых пучков света, а за спиной виднелись розоватые крылья.
Солнечный Гений, держа в обеих руках по чаше, переливал воду жизни из серебряной в золотую. Его левая рука находилась вверху, а правая была опущена вниз. Между чашами струилась чудесная жидкость, меняя при этом свой цвет от тёмно-синего до ярко-красного и обратно. Движение жидкости создавало радугу, простирающуюся между двумя чашами. Но при этом бесконечном переливании не терялось ни одной капли, а сам Гений выглядел спокойным и безмятежным.
Глядя, как зачарованный, на волшебную жидкость, Странник вдруг ощутил, как что-то втекает в него. Неизвестная и непонятная сила, замкнутая в кольцо, пульсировала внутри, смешиваясь и преобразуясь в нечто неведомое и волнующее.
Внутри Странника, словно в реторте алхимика, смешивались стихии. Соединяясь, огонь пожирал воду, а вода гасила огонь. И в результате этой борьбы возникал пар – энергия нового, третьего элемента.
С немым вопросом Странник взглянул на Гения, но взор Гения был обращён к земле.