Странный каприз
Шрифт:
— Поставьте сюда, — предложила она, указывая на столик.
Руки ее, сжимавшие бокал, дрожали, но Присцилла стояла к Крейгу спиной и надеялась, что он этого не заметит. Его бокал она протянула ему так резко, что чуть не расплескала коньяк. Может быть, Крейг и собирался предложить тост, но Присцилла без лишних слов поднесла бокал к губам и сделала хороший глоток, чувствуя, как по жилам разливается животворное тепло.
Крейг смотрел куда-то в сторону и, казалось, раздумывал о чем-то. Присцилла
— С чего мне начать? — деловито спросил он.
— Расстегнуть пуговицы сзади. Их там всего две; три, если считать верхнюю юбку.
— Может быть, юбку вам лучше снять через голову, — предложил Крейг.
Платье было взято напрокат, поэтому, прежде чем производить с ним столь рискованные операции, Присцилла освободилась от подвесок и прочих украшений. Сняла она и парик, завитый в мелкие букли, — это потребовало немало времени и труда.
— Мне нужно полотенце, иначе все платье окажется в пудре, — заявила Присцилла, отсоединяя одну за другой держащие парик шпильки.
Крейг молча вышел и через несколько секунд вернулся с большим полотенцем, которое так же молча протянул ей. Присцилла тщательно укуталась в полотенце и попыталась снять парик, но его цепко держали оставшиеся шпильки! Избавившись наконец от них всех, Присцилла сняла парик и со вздохом облегчения повесила его на столбик кровати.
— А теперь займемся пуговицами!
Высокий жесткий воротник сзади платья спереди сменялся глубоким вырезом. К несчастью, белья той же эпохи вместе с платьем напрокат не давали, и Присцилла с трудом нашла в своем гардеробе подходящий лифчик. Сейчас она стояла неподвижно, чувствуя, как гибкие пальцы Крейга ловят в дебрях оборок и кружев крохотные пуговицы и сражаются с микроскопическими петлями.
Присцилла стояла перед зеркалом, и, когда платье упало с плеч, она предстала во всей красе. Единственный подходящий лифчик представлял собой узкую полоску кружев, едва прикрывающую грудь. Что до Крейга, он старался в зеркало не смотреть вовсе.
— А как снять юбку? — спросил он.
— Там есть завязки. Пара у верхней юбки и пара у нижней.
Крейг вздохнул и с мрачной решимостью погрузил руки в водопад шелка и золотого шитья. Завязок он не нашел; зато Присцилла хихикнула от щекотки и попыталась выскользнуть из его рук.
— Ради Бога, стойте спокойно, иначе я никогда не найду! — рявкнул Крейг и поднес к губам бокал бренди.
В зеркале Присцилла видела, что брови его сурово сошлись на переносице, а на скулах алеют гневные пятна.
— Мне показалось, что Клара что-то завязывала сзади, — проговорила она, поворачиваясь к нему, — но, может быть, я ошиблась? Попробуйте поискать
— Спереди ищите сами! — прорычал Крейг, тщетно стараясь отвести взгляд от ее груди, едва прикрытой лифчиком.
— А я хочу, чтобы нашли вы.
Сокрушенно покачав головой, Крейг запустил руку в кружева и сразу нащупал тесемки, завязанные каким-то хитрым узлом. Потянув сгоряча за один конец, Крейг почувствовал, что узел только затянулся туже. Присцилла подвинулась ближе к нему.
— Не надо, — глухо произнес он, с усилием отводя взгляд от ее полуобнаженной груди. — Присцилла, зачем вы это делаете?
— Мне нужна ваша помощь. Я никогда в жизни не расшнурую эти завязки сама.
— Ручаюсь, вы можете сделать все! — прошипел Крейг сквозь стиснутые зубы.
— Раньше и я так думала, — задумчиво ответила Присцилла, — но теперь вижу, что ошибалась.
Крейг бросил на нее убийственный взгляд и, с отчаянием дернув завязки, распустил узел.
— Дальше вы справитесь без меня, — произнес он, утирая пот со лба.
— Но я хочу, чтобы это сделали вы. Нижние юбки тоже держатся на завязках, причем в таких местах, что мне самой не дотянуться. Знаете, в те времена галантные кавалеры считали высшей честью раздевать своих дам.
— Я не мастер по части раздевания женщин! — взорвался Крейг. — Почему вы не поехали к своей подруге? Она справилась бы с этим куда лучше меня.
— Ну пожалуйста! Это займет минуту, не больше!
— И не просите.
— Ну почему, интересно, на вас в самые неожиданные моменты накатывает упрямство? — пожала плечами Присцилла и, нащупав следующую пару завязок, без труда расправилась с ней. — Дайте мне руку, — попросила она, — я выйду из платья.
Крейг неохотно протянул руку. Присцилла оперлась на него всем телом, прижавшись полуобнаженной грудью к его руке, и, кажется, стояла так, не двигаясь, очень долго.
— Не могу, — произнесла она наконец. — Придется снимать через голову. Господи, я ведь его просто не подниму!
— Я ухожу, — заявил Крейг.
Присцилла погрозила ему пальцем.
— Как не стыдно трусить! Что вы, никогда полуодетых женщин не видели? Неужели вы меня боитесь?
— Что за чушь!
— Правда? Прекрасно. Тогда помогите мне выбраться из этого чертова платья, пока я не проделала в нем дыру этими идиотскими остроносыми туфлями!
— Может быть, лучше сначала снять туфли?
Приподняв юбки, Присцилла с грустью окинула взором свои сверкающие туфельки, а затем, как современная Золушка, подняла изящную ногу.
— Хорошо, — сказала она со вздохом и, сбросив туфли, отшвырнула их ногой под кровать. — А теперь вы избавите меня от юбок? Честное слово, Крейг, это не так легко, как кажется.